Самый Лучший Ветер (СИ) - Сергеев Артем Федорович - Страница 73

— Пойдем перекурим. — предложил ему я. — Успокоишься, а то чего-то тебя на подвиги потянуло.

Арчи согласно кивнул и только потянул из кармана курево, как тут же засунул его обратно и с интересом уставился куда-то мне за спину. Я оглянулся и увидел приближающихся к нам Хельгу и Аламеа, толкающую перед собой свой заветный сервировочный столик.

— Мальчики! — опять нараспев сказала Хельга, с удовольствием оглядев опустевшие блюда и опустившись в креслице во главе стола. — Вижу, понравилось. Тут последняя перемена, десерты, решила лично принести.

— Да как такое может не понравится? — серьезно спросил у нее Далин и показал Аламеа на осоловевшего Антошу. — Десерты туда.

Девушка покатила столик по указанному адресу, но Арчи успел выхватить у нее две одинаковые металлические вазочки с мороженым, одну из которых дал мне.

— Отходите от традиций, — с удовольствием попробовав зеленоватое содержимое вазочки, попенял он Хельге. — Фисташки в море не растут.

— Зато на островах растут, — парировала она, внимательно следя за работой Аламеа и восторженной реакцией на вкусности Антоши. — А из морской капусты мы не делаем, хоть и можем. Не подходит нам по формату — вкус простой и унылый, что ты с ним ни делай.

Хельга дождалась ухода Аламеа, которая успела сунуть Далину счет и жестом руки попросила его отдать.

— Дело у меня к вам, — объяснила она недоумевающему гному. — Так что за счет заведения, по-дружески.

— Не пойдет, — твердо отказался тот. — Так дела не делаются. Особенно с друзьями. По-дружески ты нам золотую карту выдала и этих оглоедов эльфийским вином поишь, остальное в дружбу не входит.

— А что входит? — заинтересовалась Хельга. — Расскажи-ка мне, гноме.

— А очень все просто, — с удовольствием отозвался захмелевший и от того словоохотливый гном. — Антоха, слушай сюда тоже и очень внимательно, ик. Вот смотри, есть два типа людей. Допустим, открыл я дело, и идет оно у меня спервоначалу не очень. Так оно обычно и бывает.

— Ну да, — подтвердила Хельга, спокойно глядя на Далина. — Редко кто сразу со старта успехов достигает, обычно приходится помучиться.

— Во-от, — тыкнул в нее пальцем разошедшийся гном и одним могучим глотком добил свое пиво. — Золотые слова, уф. Что тогда ты делаешь, а? А начинаешь ты тогда подтягивать всех своих друзей, знакомых и родню. Думаешь, если хоть и не заработаешь на них, то хоть на поддержание штанов хватит, на первое время, ну или видимость работы создашь. И вот приходит к тебе такой, с позволения сказать, друг. И начинает максимальную скидку себе выбивать, скотина, давит на дружбу, на чуйства и все такое прочее. Так вот, Антоха, таких друзей — за хвост и в музей, это не друг, запомни. Дружбу лучше всего проверять деньгами, это — высшая проверка.

— А говорят, наоборот, — усомнилась Хельга. — Что дружбу и деньги никогда нельзя смешивать, проиграешь.

— Это у молодняка так, — отмахнулся Далин. — Мозгов нет, опыта жизненного нет, жадности природной навалом, а если еще и в нищете вырос, так вообще туши свет. Зато друзей навалом, вот и получаются разочарования.

Антоша забыл про все свои десерты, что выстроились перед ним аккуратной дугой и, вытянувшись в струнку, напитывался гномьей мудростью. Арчи, глядя на него, хихикнул, и даже Хельга заулыбалась.

— Настоящий друг, — продолжил Далин, показав стоящей в отдалении Аламеа на свою пустую кружку, — он не такой. Он придет к тебе и даст правильную цену, чтобы тебя поддержать, вот так. И других приведет. Скидку выпрашивать не будет, заплатит по справедливости. Понял меня, Антоха?

Тот замедленно кивнул, обдумывая гномьи слова.

— А вот часто же говорят, — неуверенно начал Антоша пытать Далина, — пойду, допустим, к другу, он мне по-дружески подешевле сделает.

— А потом эти же самые люди говорят, — повернулся гном всем телом к юнге, — что фигня вышла и никогда больше к друзьям по делу обращаться не будут. Мол, друг сделал плохо, а к ответу его не подтянешь. Или говорят, что нельзя друзей на работу брать, работать плохо будет, а ты ничего сказать не сможешь. А вот когда меня сразу после увольнения из армии друг на работу взял, я работал так, что чертям тошно было, никому сидеть не давал. Тогда Бифур посмотрел на меня, на то, как я работаю, и впервые за несколько лет в отпуск к родне и съездил. Потому что знал, что я его не подведу. И не обижайся, но вот именно ты и есть хреновый друг и племянник, вот сколько из-за тебя Саныч мук принял, а? Вот он по отношению к тебе правильный родственник, а ты по отношению к нему дерьма кусок, вот тебе и вся правда. Ты ведь даже спасибо ему не сказал!

— В принципе, правильно все и очень просто, — подумав, сказала Хельга не на шутку разошедшемуся гному, отвлекая его от ошалевшего и повесившего голову от такого потока правды Антоши. — Есть тут какое-то рациональное зерно. Но только узок круг этих самых друзей настоящих, выходит.

— Ты нашего Далина недооцениваешь, в-натуре, — усмехнулся Арчи. — Он просто боится, что дело твое по сумме нам дороже счета за обед выйдет.

— Дебил, — уже всерьез разозлился гном и даже приподнялся, угрожающе нависнув над магом. — Помощь друзьям оказывают бесплатно, понял? Но это если действительно помощь, понял? Ты же, Хельга, к нам не просто так подошла, что-то серьезное у тебя? Ты же не будешь нас прикатывать что-то тебе привезти подешевле?

— Упаси господи, — отмахнулась она. — Поставки все у меня налажены и без вас, ну кроме вина эльфийского естественно. Уж больно вы непостоянны. Сегодня тут, завтра там. А вот дело у меня по большому счету только к тебе, Арчи. К Ларе бы лучше, конечно, только ее здесь нет.

— Внимательно слушаю, — поудобнее расположился на кресле маг. — Жги давай.

— Чертовщина у меня дома какая-то творится, — чуть-чуть помедлив, призналась Хельга. — Неделю уже. До того дошло, что я дома не ночую, здесь живу. Экономку отпустила, садовник еще держится, упрямый и злой такой старикан. Из бывших квартермастеров, сам понимаешь, весь в шрамах, живого места на теле нет.

— Уже интересно, — признался Арчи, отставляя в сторону фужер с недопитым вином. — А чего тянешь так долго, маги у вас на острове что ли кончились? Тут ведь дело такое, запускать нельзя.

— Да шевеления заметила какие-то непонятные в последнее время вокруг себя, — ответила Хельга, пожав плечами. — Как бы дороже не вышло. Потому что магов здесь два, и оба у рынка кормятся, ну их к черту. Я-то все Лару ждала, подруженьку, весточку ей передала с оказией, а тут вы.

— Это тебе повезло, — сказал Арчи абсолютно спокойной Хельге. — Ты бы бабулю могла и месяц и два прождать. Не знаю, что у тебя там, но повторю — запускать нельзя. Не доверяешь местным магам — обратись к залетным, дирижабли тут рядом, на лошадке до поля полчаса ехать.

— Нет, — легко и без раздумий отказалась Хельга. — Ученая я уже, хватит. Я лучше дом потеряю, но никого чужого туда не пущу. Мне эти рыцари бескорыстные на белых конях, которые совершенно случайно рядом оказываются, подозрительны очень. Пойми, я это уже проходила.

— Хозяин барин, — спокойно согласился Арчи. — Тебе виднее. Я, конечно, всегда говорю, что надо доверять людям, но это больше шутка такая. Понял, Антоха?

— Вот именно, — подтвердила Хельга, — что мне виднее. Я же говорю, непонятное что-то происходит. Все друзья мои сейчас в море, время как по заказу выбрано. А эти два мага разлетелись ко мне со своей помощью сразу же, а ведь я даже рассказать никому ничего не успела. Генри, садовник мой, их на порог не пустил, причем он даже не знал кто они такие, ни в лицо, ни по имени. Просто, говорит, вижу что погань первостатейная в дом рвется, достал свою саблю абордажную и приготовился насмерть стоять. А ему можно верить, он же всю жизнь в море, всякого насмотрелся и людей насквозь видит. И они смели бы его, не заметив, но я слава богу дома была. Веришь, я во двор вышла, а они, не обращая на меня внимания, в дом прутся. Экономка сообразила, заперлась изнутри на засов. И Генри сообразил, засвистел по-своему, по-пиратски, тут же босяки портовые набежали, уж очень они рыночных не любят. Отбились кое-как. Но с тех пор дом как в осаде, народ непонятный вокруг крутится сутки напролет, а внутри еще хуже.