Влюбленный эльф (СИ) - Эм Михаил - Страница 15

Да, пожалуй, этот вариант наиболее вероятный, поэтому Варсиэль сделал все правильно: подготовился к бегству в долгосрочном автономном режиме. Эмиграция к соседям не поможет: гномы только и жаждут, что его крови; выживание среди троллей представляет собой еще ту задачу; гоблины в смысле предоставления убежища ненадежны — могут, чего доброго, выдать его Эльфийской конгломерации. Родная держава, естественно, предоставит необходимые бумаги о совершенных Варсиэлем страшных преступлениях.

Выходит, лучший способ избежать ареста — выйти на время из игры, самоустраниться из политики, чтобы о тебе даже не вспоминали. Ничего сподручней гномьих землепроходческих технологий для этого не придумаешь. Несколько месяцев — и ситуация кардинально поменяется, тогда Варсиэль в буквальном смысле слова выйдет из-под земли и восстановит былые связи и былое положение.

Варсиэль вспомнил низкий коридор «Червя» и передернул плечами. Однако, другого исхода — в случае, если президент решит принести его в жертву, — не находилось.

В размышлениях Варсиэль преодолел путь от дома до штаб-квартиры организации, которой руководил.

С окончания разговора с президентом прошло немного времени. Но наверняка президент успел пообщаться с Императорским Гномом и принял решение: значит, судьба Варсиэля определилась — хотя по-прежнему остается неизвестной. Если решено его арестовать, арест последует в течение ближайших часов либо ночью — гномы ждать долго не станут. Задачей президента является вовсе не его предположительный арест, а умиротворение гномов, поэтому промедление для президента смерти подобно. Война с гномами ознаменует конец президентской карьеры.

Варсиэль встряхнулся от тяжелых раздумий и начал действовать.

Первым его распоряжением, сделанным из рабочего кабинета, стал приказ о доставке в «Червя» запасов пищи долгосрочного хранения, также свежих фруктов — обязательность их загрузки на борт руководитель ВБР подчеркнул особо.

Затем Варсиэль объявил в штаб-квартире боевую тревогу и распорядился надрезать все фрукты. Впрочем, одно вытекало из другого: объявление тревоги означало автоматическую порчу всех фруктов — по крайней мере, согласно инструкции. Но на памяти Варсиэля такого не было никогда. Два поколения, не знавшие войны — за это время у сотрудников выработался мирный стереотип поведения. Ничего не стоило захватить с собой — в секретное учреждение! — сливу или грушу в качестве завтрака.

Пока сотрудники, взволнованные услышанным, приходили в себя, Варсиэль вызвал двух бойцов, участвовавших в столь неудачной акции на фруктовом заводике: командира отряда Грача и рядового… как его?.. Рыжего — того самого, который выкинул дипломатического представителя Хабкороса из окна второго этажа.

Варсиэль наврал президенту, что бойцы наказаны: он придержал наказание именно на такой крайний случай.

Пока бойцы добирались до его кабинета, Варсиэль просмотрел их личные дела. Так он и думал: Грач женат, детей нет, а Рыжий холост. Шестеро в «Черве» — нет, семеро, гнома из Музея дружеских объятий придется забирать с собой любой ценой: кроме него, некому водить эту чертову землеройную машину.

Вошли бойцы, доложились.

Варсиэль, посуровев, сообщил:

— Не исключено, что в настоящее время наш президент принимает решение об аресте и отдании под суд виновных в гибели дипломатического представителя Гномьей популяции в Эльфийской конгломерации. Виновными будут признаны непосредственный исполнитель, — на этих словах Рыжий молча выругался и забил крылышками, — так и все его непосредственные начальники, вплоть до самого верха.

Крылья Грача оставались в сложенном состоянии.

— Этими начальниками являются командир отряда, — Варсиэль вперил взгляд в Грача, — а также я, как руководитель спецслужбы, допустивший подобный промах. Если вы считаете, что мои сведения неточны, можете развернуться и уходить, я отменяю свой вызов. Нам больше не о чем разговаривать.

Грач и Рыжий остались на месте.

— Хорошо. В таком случае предлагаю скрыться во временное убежище вместе с женами и детьми. Впрочем, детей у вас нет, поэтому дети отпадают. Других родственников взять не могу, убежище ограничено по вместимости.

Возражений также не последовало.

— Отлично. В таком случае ты, — Варсиэль кивнул на Грача, — немедленно свяжись с женой и сообщи о пункте сбора: Музей Дружеских объятий, землепроходческий комбайн «Червь». Пусть отбывает сейчас же. А мы занимаем оборону здесь, в моем кабинете. Если попыток захвата моего кабинета не последует, значит, сведения оказались ложными, опасность миновала. Командир отряда получит выговор, рядовой боец — увольнение. По крайней мере, шкура не пострадает. Если будет предпринята попытка захвата моего кабинета — не исключено, что и всей штаб-квартиры, — мы немедленно фруктопортируемся на пункт сбора. Точнее, вы. Мне придется заскочить за дочерью. Если все понятно, я с Рыжим занимаю позиции, ты, Грач, пиши записку жене. Записку отправим с нарочным.

Все кивнули и — все-таки они были вышколенными ребятами — занялись делом. Грач черканул пару строк жене: Варсиэль вызвал нарочного и тут же отправил со срочным донесением. Рыжий занял позицию у окна. Его волосы заискрили предупредительным желтым, готовые при необходимости метнуть во врага магический заряд.

Варсиэль выглянул в коридор и, ничего обычного не заметив, заперся на замок. Остальные сотрудники наверняка поступили так же — все-таки была объявлена боевая тревога. Сложней станет, если до конца рабочего дня нападение не состоится — тогда придется решать, давать ли отбой боевой тревоги и отпускать сотрудников по домам либо оставаться на ночь и ждать. Впрочем, возможен паллиативный вариант: сотрудников распустить, а самому с семьей скрыться.

Варсиэль выглянул на улицу, и что-то его насторожило — непонятно что, потому что никакого движения возле входа в штаб-квартиру не наблюдалось. Вот именно, не наблюдалось! Из соседних зданий вышли несколько эльфов, оглянулись в поисках лошади или единорога, но, ничего не обнаружив, отправились пешком. Из зданий еще и еще выходили эльфы — рабочий день подходил к концу, все торопились домой. Однако, из-за угла и близлежащих опушек на улицу не выходил никто! И ни одна лошадь или единорог не выскакивал на проезжую часть, с седоками или без них.

— Замечаете? — спросил бойцов Варсиэль.

Рыжий обратил к шефу недоумевающее лицо.

— Движение перекрыто, — сообщил Грач.

— Верно. Пятнадцать сотен мгновений на подготовку, затем начнут штурмовать. Сразу после того, как убедятся, что из здания никто не выходит.

— Надеюсь, нарочный с письмом проскочил.

— Полагаю, да.

— Фруктопортируемся?

— Не стоит, твоя жена еще не получила письма. Подождем начала.

Ожидание, в течение которого ничего не происходило, было долгим и напряженным. Но и оно подошло к концу.

В конце улицы промелькнули тени — промелькнули и скрылись за древесными стволами: в одной месте, потом в другом, в третьем.

— Когда подойдут ближе, пальните в них, — приказал Варсиэль.

Через пару сотен мгновений раздался первый выстрел: Грач, хорошенько прицелившись, сплел волосы в светящуюся косичку и выдал под ноги крадущимся трассирующую очередь. Многочисленные тени выскочили из-за деревьев и вновь слились со стволами, раздался искаженный магическим усилителем голос:

— Все, кто находится в штаб-квартире ВБР! Немедленно выходите с приглаженными прическами! У нас ордер на арест вашего руководителя Варсиэля. Сдайте нам Варсиэля, других задач перед нами не поставлено.

— Теперь пора, — распорядился Варсиэль. — Фруктопортируйтесь в Музей дружеских объятий. Скорей всего, попадете сразу в «Червя» — фрукты там. Я скоро буду.

Грач и Рыжий обняли друг друга за плечи и сплелись заискрившимися волосами.

Варсиэль закрутил волосы вокруг собственной головы, сосредоточился и принялся растворяться в воздухе.

1.12. До завтра, Мюриэль!

С утра Ариэль мечтал поскорей попасть в детский садок, чтобы поиграть с Мюриэль в волшебные треугольники.