Влюбленный эльф (СИ) - Эм Михаил - Страница 14

Варсиэль уселся в кресло и пристегнулся. Гном заработал тумблерами, словно заиграл на кнопках непонятную мелодию. Повинуясь этой мелодии, «Червь» ожил и задрожал всеми своими сочленениями.

— Куда направимся, масса?

— Пока никуда. Я хочу убедиться в работоспособности аппарата. Углубись в землю на пару шагов.

Варсиэля в кресле откинуло назад и прижало к спинке — это «Червь» изменил угол наклона. Одновременно дрожание усилилось: вибрации, наверняка приглушенные, все же достигали командной рубки и жилых помещений. Ожил экран: трехмерная пространственная проекция развернулась, демонстрируя изменение направления.

Через мгновение дрожание прекратилось.

— Мы углубились на два шага, масса, — сообщил гном.

— Хорошо, Дор, оставь так.

Гном заработал тумблерами, и индикаторы на управляющей панели потухли.

— А скажи, Дор, ты можешь научить меня управлять «Червем»?

— Боюсь, что нет, масса. Эльфы такие…

Гном замялся.

— Такие несообразительные?

— Точно так, масса. У эльфов нет технической смекалки, а без технической смекалки управлять «Червем» не получится. Вы только не обижайтесь, масса.

— Ладно, Дор, я понял и не обижаюсь. Скажи, какова скорость «Червя»?

— До двадцати тысяч шагов в час, если почва рыхлая. В гранитных породах намного меньше.

— Запас топлива?

— О, масса, очень большой. Около двадцати циклов автономной работы. «Червь» использует ядерный аккумулятор.

— Что такое ядерный аккумулятор, Дор?

— Долго объяснять, масса. Но работает.

— Как вы, гномы, обходитесь без магии? — не выдержал Варсиэль.

— Не знаю, масса. Привычка.

— Хорошо, Дор. Тогда покажи мне другие помещения.

Сообразительный гном проводил Варсиэля по остальным помещениям землепроходческого комбайна, большинство из которых были жилыми. Помимо жилых помещений, на «Черве» имелось все необходимое для автономного существования: кухня, гостиная, она же столовая, по паре душевых кабинок и туалетов. Несколько помещений занимали ремонтные мастерские и складские помещения.

— Сколько эльфов сюда влезет, Дор? — спросил Варсиэль.

— «Червь» рассчитан на 32 гнома, масса. При желании может набиться и больше народа.

— А они не задохнуться?

— Ни в коем случае, масса. В подземных пустотах полно воздуха, к тому же генерировать воздух можно из некоторых минералов, на «Черве» имеется предназначенное для этого оборудование. Под землей трудно остаться без воздуха, масса.

— И много таких аппаратов у вашего Императорского Гнома, а, Дор?

— Очень много, масса. Точно не скажу, но много.

— Если много, почему они не сталкиваются под землей? Крушения не случаются?

Гном засмеялся:

— Что вы, масса?! Земля внутри очень большая, гораздо больше, чем на поверхности.

— Я удовлетворен твоими ответами, Дор. Теперь идем на выход.

С некоторым трудом они выбрались из «Червя», поменявшего расположение. Теперь аппарат, в своей головной части, располагался наклонно к поверхности: его перед был воткнут — точнее, вбуравлен — в землю ровно на два шага, как и обещал гном.

— Оставь так, Дор, не трогай, — заметил Варсиэль. — И вот что я тебе еще скажу, но смотри, никому не разболтай. Не исключено, что на днях пройдут важные государственные учения. Будет объявлена тревога, по причине войны или какому-нибудь другому поводу. Не важно, ты можешь к этим лживым объявлениям не прислушиваться. Важно, что в любой момент может потребоваться проверка «Червя» в полевых условиях. Я распоряжусь, чтобы на борт загрузили съестные припасы, сегодня же будет исполнено. И, если потребуется, будь готов управлять «Червем». Ты ведь хочешь испробовать «Червя» под землей, Дор?

— Да, масса.

Гнома затрясло от предвкушения счастья.

— Тогда договорились. Учения могут начаться в ближайшие день-два, совершенно неожиданно. Ты можешь все время находиться здесь, чтобы в нужный момент не пришлось тебя искать, Дор?

— Да, масса. Я переночую в самом «Черве». Вы всегда сможете меня здесь отыскать.

— Ты свойский парень, Дор — настоящий гном. Не забудь, сегодня принесут съестные припасы, проследи, чтобы их правильно уложили.

— Я все сделаю, масса.

На этом глава ВБР посчитал, что приготовления к эвакуации закончены, распрощался с доверчивым гномом и покинул территорию Музея дружеских объятий.

1.11. Подготовка к побегу

После посещения Музея дружеских объятий Варсиэль ненадолго забежал домой.

— Ты здесь? — спросил он, отворяя дверь квартиры.

Впрочем, Варсиэль прекрасно видел, что жена дома: Аниэль занималась гимнастикой, уперев руки в бедра и трепеща крылышками согласно новой лечебной методе.

Аниэль — после своего маленького приключения в министерстве, когда она оказалась принудительно раздета перед лицом нижестоящих сотрудников, — получила серьезный психологический надлом. Варсиэль вообще сомневался, что жена сможет вернуться в министерство: вчера вечером и сегодня с утра она немного заговаривалась.

— Дома, — ответила жена, продолжая упражнения. — Такая релаксация, ты не представляешь. Очень полезно перед тем, как дать нагоняй сотрудникам.

— Ты собираешься в министерство?

Аниэль передернуло.

— Нет, хотя меня ждут. Но я нарочно не приду, пускай еще немного подождут. Попробуйте обойтись без министра, хотя бы несколько дней.

Но Варсиэля в данный момент интересовало не психическое состояние жены, а нечто другое.

— Ты отправила Мюриэль в детский садок?

— Разумеется. Ты сам сказал, что девочка должна его посещать.

— Я помню. Я теперь скажи — но точно, без раздумий, — ты дала Мюриэль какие-нибудь фрукты?

Вопрос был неожиданным, Аниэль даже прекратила лечебное трепетание.

— А что случилось?

— Ничего. Я спрашиваю, дала ли ты Мюриэль какие-нибудь фрукты?

— Положила в рюкзачок пару яблок.

— Она их съест?

— Ты пожалел дочери яблоки?

— Нет, просто интересуюсь, — отвечал заботливый отец.

— Вряд ли. Скорее всего, принесет домой. В детском садке хорошо кормят.

— Я понимаю, так большинство родителей поступает?

— Наверное, я не знаю.

— Хорошо, Аниэль, а теперь слушай внимательно, — произнес Варсиэль совсем другим тоном. — Сейчас ты пойдешь в Музей дружеских объятий. Там во дворе лежит землепроходческий комбайн, такая огромная и длинная штуковина для подземных путешествий. За ней присматривает гном по имени Дор. Найдешь гнома и скажешь, что пришла от его утреннего гостя, чтобы участвовать в учениях. Ты все поняла.

— Ты что, очумел? — спросила супруга по инерции. — Какие еще учения?

— Ты все поняла? — повторил Варсиэль интонацией, которой общался с подчиненными в Волшебном Бюро Расследований. — Повтори.

Эта интонация мужа была Аниэль хорошо знакома: когда муж разговаривал в таком тоне, его словами нельзя было пренебрегать — их следовало выполнять незамедлительно. По молодости она несколько раз обожглась и повторять тот обидный опыт совершенно не хотела. Поэтому Аниэль прекратила гимнастику и покорно повторила:

— Пойти в Музей дружеских объятий, найти гнома, стерегущего землепроходческий комбайн, сказать, что прибыла от тебя, на учения.

— Немедленно!

— Немедленно. И долго мне в этом комбайне прикажешь пребывать? — возмутилась наконец женщина. — Когда твои учения закончатся?

— Скорее всего, они и не начнутся.

— А если начнутся? Кто Мюриэль из детского садка заберет? — вспомнила мать.

— Я заберу.

— Ах, ты? Хорошо, сейчас оденусь и, вместо того, чтобы разгребать завалы в своем министерстве, пойду искать твой землепроходческий комбайн. Доволен?

— Не сейчас, а немедленно.

— Немедленно.

— Встретимся там.

Варсиэль покинул свою квартиру и, по пути в родную контору, задумался. То, что Аниэль выполнит его указание, он не сомневался, но всей душой желал, чтобы тревога оказалась ложной. Разговор президента с Императорским Гномом, по всей видимости, неизбежен, но Варсиэль не узнает о нем до наступления очевидных последствий. Подслушать разговор, к сожалению, нельзя: гномья связь, в отличие от магической, прослушиванию не поддается. Главы государств поговорят, и последствия их разговора могут оказаться самыми разнообразными: их лучше предвидеть заранее. Например, президент может решиться на замену главы ВБР. Это наименее возможный вариант событий: авторитет Варсиэля среди светлых эльфов слишком велик, чтобы его можно было отстранить без крупного скандала. Скандалы президенту в настоящий момент не нужны. Куда менее приятный и, к сожалению, боле вероятный вариант: президент решится арестовать Варсиэля, чтобы судить. Смерть дипломатического представителя Гномьей популяции не может стать поводом ареста главы силового ведомства, но повод всегда найдется. Переломанная шея гнома явится, в глазах общественности, последней каплей, переполнившей чашу президентского терпения. Варсиэля осудят, Императорский Гном будет удовлетворен — опасность вооруженного конфликта с Гномьей популяцией исчезнет.