Дом Земли и Крови (ЛП) - Маас Сара - Страница 157

Губы Ханта сжались в тонкую линию.

— Дерьмо.

— У них были глаза на каждом складе, но жрицы вывели нас из города-в надежде добраться до штаб-квартиры Дома Земли и Крови в Хилене, где моя мама могла бы попросить убежища. Даже мой отец не осмелился бы вторгнуться на их территорию. Но это всего лишь три дня пути, и ни одна из жриц Коринфа не смогла защитить нас от воинов Фейри. Итак, мы ехали пять часов до храма Соласа в Ие, частично для отдыха, но также и для того, чтобы забрать нашу святую стражу.

— Рэнделл. — Хант улыбнулся. Но он только приподнял бровь. — Погоди… Рэндалл был жрецом солнца?

— Не совсем. Он вернулся с фронта год назад, но то, что он делал и видел во время службы… это сбивало его с толку. Очень сильно. Он не хотел возвращаться домой, не мог встретиться лицом к лицу со своей семьей. Поэтому он предложил себя в качестве послушника Соласу, надеясь, что это как-то искупит его прошлое. Ему оставалось две недели до принесения обетов, когда Верховный Жрец попросил его сопроводить нас в Хилену. Многие жрецы-обученные воины, но Рэндалл был единственным человеком, и Верховный Жрец догадался, что моя мать не доверяет мужчине-Ваниру. Прямо перед тем, как мы достигли Хилены, люди моего отца догнали нас. Они ожидали увидеть беспомощную, истеричную женщину. — Брайс снова улыбнулась. — Они нашли легендарного снайпера и мать, которая готова была перевернуть всю землю, лишь бы сохранить свою дочь.

Хант выпрямился.

— И что же случилось?

— Что и следовало ожидать. Мои родители разбирались с этим беспорядком позже. — Она взглянула на него. — Пожалуйста, никому об этом не говори. Это… никогда не было никаких вопросов о фейри, которые не вернулись бы в Город Полумесяц. Я не хочу, чтобы они сейчас появились.

— Я не скажу ни слова.

Брайс мрачно улыбнулась.

— После этого дом Земли и Крови буквально посчитал мою мать сосудом для Ктоны, а Рэндалла-сосудом для Соласа, и бла-бла-бла религиозное дерьмо, но это в основном сводилось к официальному порядку защиты, с которым мой отец не смел связываться. А Рэндалл в конце концов отправился домой, взяв нас с собой, и, очевидно, не принес своих клятв Соласу. — Ее улыбка потеплела. — Он сделал ей предложение к концу года. С тех пор они были отвратительно влюблены друг в друга.

Хант улыбнулся в ответ.

— Приятно слышать, что иногда у хороших людей все получается.

— Да. Иногда. — Между ними повисло напряженное молчание. В ее постели-они были в ее постели, и только сегодня утром она фантазировала о том, как он ложится на нее сверху кухонного стола…

Брайс с трудом сглотнула.

— «Клыки и челка» начнется через пять минут. Хочешь посмотреть?

Хант медленно улыбнулся, как будто точно знал, почему она сглотнула, но откинулся на подушки, расправив под собой крылья. Хищник, довольный, ожидающий, когда его жертва сама придет к нему.

Чертова Хель. Но Хант подмигнул ей, закинув руку за голову. От этого движения мышцы на его бицепсах покрылись рябью. Его глаза сверкнули, как будто он тоже это прекрасно понимал.

— Хель, да.

***

Хант даже не подозревал, как сильно ему нужно было задать этот вопрос. Как же сильно он нуждался в ее ответе!

Друзья. Это даже отдаленно не касалось того, что было между ними, но это было правдой.

Он прислонился к возвышающемуся изголовью кровати, и они вдвоем наблюдали за похабным шоу. Но к тому времени, когда они дошли до середины эпизода, она уже начала комментировать этот бессмысленный сюжет. И он присоединился к ней.

Началось еще одно шоу, соревнование в реальности с разными Ванирами, совершающими подвиги силы и ловкости, и это тоже было вполне естественно наблюдать. Все это казалось совершенно естественным. Он позволил себе погрузиться в это чувство.

И разве это не самое опасное, что он когда-либо делал?

Глава 58

На следующее утро, когда она одевалась на работу, мать отправила ей сообщение, сообщив время и место встречи с лекарем. Сегодня в одиннадцать. В пяти кварталах от галереи. Пожалуйста, сходи.

Брайс ничего не ответила. Она, конечно же, не пойдет на эту встречу.

Не тогда, когда у нее была запланирована еще одна встреча в мясном рынке.

Хант хотел подождать до ночи, но Брайс знала, что продавцы будут гораздо охотнее болтать в более спокойные дневные часы, не пытаясь соблазнить вечерних покупателей.

— Что-то ты сегодня опять притих, — пробормотала Брайс, когда они пробирались по тесным коридорам склада. Это был уже третий их визит — два других оказались бесплодными.

Нет, продавцы ничего не знали о наркотиках. Нет, это был стереотип мясного рынка, который они не ценили. Нет, они не знали никого, кто мог бы им помочь. Нет, их не интересовали деньги за информацию, потому что они действительно не знали ничего полезного.

Во время каждой дискуссии Хант держался на расстоянии, потому что никто не хотел разговаривать с легионером и падшим рабом.

Хант крепко сжал свои крылья.

— Не думай, что я забыл, что мы прямо сейчас пропускаем встречу с лекарем.

Она никогда не должна была упоминать об этом.

— Я не помню, чтобы давала тебе разрешение совать свой нос в мои дела.

— Мы опять к этому возвращаемся? — Он фыркнул от смеха. — Я думал, что объятия перед телевизором позволят мне, по крайней мере, высказывать свое мнение без риска, что мне откусят голову.

Она закатила глаза.

— Мы не обнимались.

— А чего именно ты хочешь? — Спросил Хант, оглядывая витрину, полную старинных ножей. — Бойфренд, приятель или муж, который будет просто сидеть рядом, не имея никакого мнения, и соглашаться на все, что ты скажешь, и никогда не осмелится попросить тебя о чем-нибудь?

— Конечно, нет.

— Только потому, что я мужчина и у меня есть свое мнение, я не превращаюсь в какого-то психованного, властного придурка.

Она засунула руки в карманы кожаной куртки Даники.

— Послушай, моя мама прошла через многое благодаря психованным, властным придуркам.

— Я все понимаю. — Его взгляд смягчился. — Но все равно, посмотри на нее и на своего отца. Он высказывает свое мнение. И он кажется чертовски психованным, когда речь заходит о защите вас обоих.

— Ты даже не представляешь, — проворчала Брайс. — Я не ходила ни на одно свидание, пока не попала в ККУ.

Брови Ханта поползли вверх.