Невеста по случаю (СИ) - Каблукова Екатерина - Страница 54

- Хорошо, - и пробурчал нам в спину, когда мы уже направились к деревьям, - Ох уж эти художники, стыд и паскудство!

Боно скорчил трагическую мину, а я, не сдержавшись, хихикнула:

- Похоже, Далии будет о чем позлословить и без девушек!

- Мадонна! – художник даже остановился, прижав свой знаменитый берет к груди, - Я надеюсь, вы не будете рассказывать ей о наших приключениях!

- Как пожелаешь, хотя наверняка ей расскажет кто-нибудь другой.

- Не думаю, что она станет слушать этих бравых ребят! – он подошел к огромному валуну, лежавшему на склоне, легко сдвинул его в сторону, приложив свою руку к вкраплениям черного хрусталя. - Прошу!

Я прошла в прохладный тоннель. Гль’ойны сразу же зажглись над головой. Пыли на полу явно поубавилось, слишком уж часто мы теперь пользовались этим тоннелем. Пол плавно уходил вверх, ведя по склону холма, подниматься было несложно, и мы не торопились.

- Боно, а откуда ты знаешь про ход? – вдруг спросила я, - Граф тебе показал?

- Скорее, приказал спроектировать, - художник улыбнулся, - Вы же знаете мэссэра графа, он всегда предусматривает запасные ходы.

- Но не в этот раз, - вздохнула я, вспомнив сегодняшнее заседание.

- О, подождите, уверяю вас, он наверняка приготовил всем сюрприз!

- Вы так в него верите…

- И вы верьте, - Боно остановился, открывая проход в само здание, - Где вы желаете выйти, мадонна?

- Полагаю, как можно ближе к спальне принца Козимо – надо же ему все рассказать!

Боно исполнил мое пожелание буквально, и мы вошли в комнату, где лежал Козимо. Не знаю как, но Боно умудрялся отодвигать панели совершенно бесшумно. Мы шагнули в комнату.

На этот раз принц был один. Он полулежал на подушках, откинув голову и закрыв глаза, словно дремал. Я хотела уже отступить, когда он встрепенулся.

- Кто здесь?

- Козимо, это мы, - пришлось подойти.

- Лиза, Боно, с вами все в порядке? – принц выдохнул, пряча длинный тонкий кинжал под подушку.

- Да, а что случилось?

- На Гаудани напали при выезде из города, - глумливая улыбка исказила бледное лицо Козимо, - Закидали помидорами и тухлыми яйцами.

- Я предупреждала, - вздохнула я, - Но начальник его отряда спровоцировал его ехать именно запланированным путем. Полагаю, сам он сбежал?

- Да. Как я понимаю, вы с Боно поехали незапланированным? Кстати, чем обусловлено это ваше вторжение?

- Мне надо поговорить с тобой наедине. Гаудани слишком импульсивен, а графиня… - я замолчала, - Сам понимаешь, я не хочу волновать ее понапрасну.

- Да, - Козимо посмотрел на Боно, я покачала головой:

- Нет, пусть останется, разговор касается и его.

- Хорошо, - принц снова откинулся на подушки. Я села на стул и с наслаждением вытянула ноги:

- Ты видел Лоренцио?

- Нет, говорят, он явился, благоухая всеми ароматами Лаччио, и удалился в свои комнаты. Так что происходит?

Я помолчала, затем решила начать с главного:

- Антонио защищает Роя.

- Что? – голубые глаза смотрели на меня с недоверием, - но это невозможно! Он уже лет десять, как…

- Тем не менее сегодня он вышел именно как защитник и не давал Рою и рта открыть.

Козимо задумчиво покусал губу:

- Может, он и прав: зная Алайстера, не сомневаюсь, что у него сейчас отвратительное настроение. А в таком настроении он может наговорить лишнего!

- Антонио и сам был немногословен, - возразила я.

- Думаешь, что он – заодно с Иеронимо?

- Не знаю. У меня нет доказательств, Козимо. Все, кто мог знать о татуировках у пастырей, молчат.

- То есть пока тупик… - принц сложил руки вместе и задумчиво постучал пальцами друг о друга, - Лиза, ты точно не хочешь вернуться в свой мир?

Я покачала головой и хотела добавить, но в дверь постучались, и на пороге появилась Саша в сопровождении пастыря Антонио. При виде меня подруга буквально замерла, затем с совершенно отстраненным выражением лица подошла к Козимо и начала щупать пульс.

- Пастырь, что привело вас сюда? – принц взглянул на бывшего учителя.

- Вы, выше высочество, - Антонио улыбнулся, - Я приехал справиться о вашем здоровье и узнать, могу ли я помочь вам?

- Не думаю.

- Да, я вижу, что вы окружены заботой, - пастырь улыбнулся вдруг смутившейся Саше, - Кстати, вижу, что вам уже сказали, что я взялся защищать вашего кузена.

Еще одна улыбка, на этот раз, слегка лукавая, адресованная мне.

- Вы видели меня сегодня в зале? – я не стала отрицать. Он чуть наклонил голову, - А… Рой?

- Не берусь утверждать, заметил ли вас граф Алайстер, но лично я ему на вас не указывал. Судя по его вполне терпеливому поведению, нет.

- Делрой и терпеливое поведение? – фыркнул Козимо, - Скорее, летом пойдет снег, чем Алайстер будет терпеть хоть что-нибудь!

- Он сейчас не в том положении, Козимо, - одернула я принца.

- Именно, поэтому я бы рекомендовал вам, мадонна, больше так не рисковать.

Я выразительно посмотрела на принца, он слегка замялся, затем внимательно посмотрел на Антонио:

- Вы не могли бы, пастырь, оголить шею на несколько минут?

Тот усмехнулся:

- Если вы ищете татуировки, о чем уже знает весь Лаччио, то помимо шеи, - он распустил завязку у горла, и продемонстрировал нам шею и часть плеча, - есть еще руки, - пастырь закатал рукава, - и ноги.

Он приподнял свои одежды. Козимо выдохнул и с укором посмотрел на меня:

- Все чисто!

- Это еще ни о чем не говорит! – упрямо возразила я. Антонио усмехнулся:

- Хорошо. Если я поклянусь магической клятвой, что не желаю зла Делрою Алайстеру?

Я демонстративно посмотрела на Козимо. Он кивнул:

- Будьте так любезны.

- Только поклянитесь, что вы не желаете зла, смерти и тюремного заключения, - добавила я. Антонио усмехнулся:

- Прекрасные дополнения, мадонна! Клянусь, что не желаю зла, смерти или увечья, а также неволи графу Делрою Алайстеру! – его обе руки засветились белым светом.

- Принимаю! – отозвался принц. Свет погас. Антонио выдохнул:

- А теперь, когда наши разногласия решены, давайте поговорим.

- Вы же за этим и приехали сюда, а не справиться о моем здоровье, - язвительно заметил Козимо. Удивительно, но Саша до сих пор держала его за руку, и он не сопротивлялся. Антонио улыбнулся:

- Да, принц, в том числе и за этим. Хотя, должен заметить, вы, как всегда, недооцениваете себя.

- Скорее, переоценивает, - пробурчала я, Саша посмотрела на меня с укором, принц сделал вид, что не услышал:

- Так что же вы хотели обсудить?

- Убийства женщин… - пастырь пристально посмотрел на Боно, - Все они были… натурщицами…

- И позировали в основном в спальнях, - договорила я.

- Именно так. В связи со слухами о том, что кто-то расспрашивал о татуировках на телах…

Я в досаде прикусила губу. Теперь, если даже кто-то из этих женщин остался в живых, то будет молчать.

- Кто… - голос Боно оборвался, он откашлялся и продолжил, - Кого убили?

- Анны среди них нет… её никто не может найти…

- Будем надеяться, что она просто сбежала, - я попыталась приободрить художника, мысль о том, что эта жизнерадостная женщина может быть убита, заставляла дрожать.

- Возможно… или же её взяли наши недруги, желая выпытать, кто стоит за неудобными вопросами.

Я была почти уверена, что Антонио не просто так употребил слово «выпытать». Боно нервно сглотнул.

- И для чего вы рассказываете все это нам? – в голосе Козимо ощущалось волнение.

- Для того, чтобы предостеречь от неразумных действий. За этим я и приехал. В Лаччио усиленно сеют недовольство аристократией в целом и Лагомбардией - как страной, которая берет на себя слишком много. Сегодняшнее происшествие с Лоренцио Гаудани - тому пример.

- Я слышал, что его забросали тухлыми овощами, - заметил Козимо.

- Это на обратном пути, - мрачно отозвалась я и пересказала про нищего. Принц нахмурился:

- Лиза, тебе и твоей подруге необходимо вернуться в свой мир!