Невеста по случаю (СИ) - Каблукова Екатерина - Страница 55

- Думаешь, те, кто стоят за этим, не найдут меня? – я усмехнулась, - Нет, Козимо, Саше действительно надо вернуться, а я останусь здесь, как положено, чтоб и коня на скаку… и в горящую избу…

Мужчины как-то странно переглянулись, но промолчали. Саша тоже молчала, только выпустила руку Козимо и отошла к окну.

- Я тоже останусь, - глухо сказала она, - И это не обсуждается.

Козимо вздохнул и с какой-то тоской посмотрел на пастыря, тот покачал головой:

- Принц, поверьте, это бесполезно…

- Я надеялся на другой совет, - вздохнул он, - Хорошо, не будем терять времени. Что вы предлагаете?

Антонио помолчал, затем заговорил, тщательно подбирая слова:

- Положение, признаться, достаточно сложное. Последний Истинный пастырь внес разлад в наши ряды. И теперь Конклав просто разваливается на части. Нельзя предугадать, кто на чьей стороне.

- А Рой? – я чуть не придушила старика, который разглагольствовал о политике в то время, как надо было думать, как спасти человека.

- Каким бы ни был его приговор, если изберут Истиного пастыря, то он легко может отменить решение суда. Беда в том, что Джерардо слишком мягок, он хорош на мир, но не на войну.

- Почему же вы предложили его кандидатуру? – воскликнула я.

- Я не знал, что все зашло так далеко. Зараза распространилась, и теперь наша истинная вера в опасности.

- Или вы просто теряете сферы влияния, - заметила я. Антонио улыбнулся:

- Если сейчас вера ослабнет, начнутся междоусобные войны. Этого нельзя допустить.

- Я знаю лишь одного человека, который сможет удержать все, Антонио, - твёрдо сказал Козимо, - Этот человек – вы!

Мы с Сашей обменялись понимающими взглядами, пользуясь тем, что никто не видит, она показала мне большой палец, восхищаясь тем, как этот интриган все обставил.

- Кто еще обещал вам свою поддержку, пастырь? – достаточно резко спросила я.

- С чего вы решили…

Я выставила вперед руку, отметая все возражения:

- Никто не начнет заручаться согласием тех, кто в опале, без остальных. Мы нужны вам лишь потому, что голоса Риччионе и Лагомбардии могут оказаться решающими. Так кто?

- Франки, альманцы, бессарабы и несколько горных княжеств.

- Их голосов хватит, чтобы избрать вас? – уточнил принц.

- Если Риччионе и Лагомбардия согласятся…

- А могут быть варианты? – язвительно откликнулась я, - по-моему, у нас нет выбора.

Антонио виновато улыбнулся, развел руками и повернулся к принцу:

- Ваше высочество?

Тот устало вздохнул:

- Лиза права. Выбора у нас действительно нет…

- Хорошо, раз все решено, тогда я откланяюсь, хочется достигнуть городских ворот до захода солнца.

- Надеюсь, у вас хорошая охрана? – поинтересовалась я у него, - Я теперь очень за вас волнуюсь.

Пастырь улыбнулся:

- Не беспокойтесь и не переживайте так за своего жениха, он вернется к вам цел и невредим, даю слово.

Он вышел. Я проводила его взглядом и повернулась к остальным.

- Вы ему верите?

- Антонио никогда не бросает слов на ветер.

- Козимо, ты не видел этого человека очень давно! А теперь он приезжает сюда и шантажом буквально требует, чтобы его возвели на престол! – напустилась я на принца, он умоляюще поднял руки:

- Лиза, пожалуйста, давай обсудим это завтра! Я слегка устал…

Я осеклась:

- Извини. Я…

-Ты беспокоишься за Делроя, - покорно произнес он, - Как и мы все.

- Нет, Козимо, не так, как вы все! Знаешь, в чем разница? Ты не ждешь от него ребенка!

- Лиза! – ахнула Саша. Она с изумлением смотрела на меня, словно видела впервые. Я развернулась и направилась к выходу.

- Мадонна, - очень осторожно вдруг спросил Боно, все это время в задумчивости просидевший у окна, - Скажите, а что вы будете делать с конем в горящей избе?

- Угадай, - я вышла, едва сдержавшись, чтобы не хлопнуть дверью.

Глава 18

- Лиза, подожди! – Саша догнала меня на галерее, куда я выскользнула, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Я обернулась:

- Саша, давай завтра… я устала…

- Пять минут назад ты прыгала, как жираф по прерии!

- Жирафы не прыгают. И вообще, это гормоны были.

- А теперь?

- А теперь они упали…

- Так, может, тебя под капельницы? – участливо спросила подруга.

- Лучше сразу пристрелить, - я оперлась руками на перила. Камень под ладонями был еще теплый.

Солнце уже зашло, сумерки промчались, и на небе появлялись розовые звезды. Мне вдруг стало любопытно, успел ли Антонио добраться до города.

- Тебе плохо? – встревожилась Саша. Я покачала головой:

- Нет.

Мы помолчали.

- Может быть, тебе действительно лучше вернуться в наш мир? – предложила я. Настал ее черед вздыхать:

- Я бы хотела задержаться здесь… - она словно набиралась решимости, - Лиза, а кто для тебя Козимо?

- Друг, - почти не задумываясь, ответила я, - правда, из тех, к кому не стоит поворачиваться спиной…

Я вдруг внимательно посмотрела на подругу и ахнула:

- Саша! – наконец-то все встало на свои места: и ее поведение, и желание избегать со мной встреч, - Ты что думала, что я и Козимо?

- Ну… - даже в темноте было видно, что она покраснела, - Ты заходишь к нему в комнату, словно в свою, и потом - вас видели вместе… и вообще, он так к тебе относится…

- Он ко мне так относится, потому что дрожит за свою жизнь, - отрезала я, - А что касается «вместе», то ты с ним провела наедине гораздо больше времени, чем я!

- Лиза, ты же знаешь, что я никогда бы не… - запротестовала подруга, - Тем более, зная, что у тебя будет от него ребенок.

- Теперь ты знаешь, что не от него, - достаточно грубо оборвала я Сашу, - А от Алайстера.

- Ты уверена?

- Саша! – возмутилась я, - Ты что, поверила всем словам, которые про меня наговорили?

- Ты сама рассказывала про Гаудани.

- Там ничего не было. Ни с кем ничего не было, кроме Роя… и я до сих пор не знаю, какой у него резус, - я горько усмехнулась. Саша протянула ко мне руку, но я покачала головой, - Не надо, я еще могу держать себя в руках…

Мы опять помолчали. Цикады напевали все громче, они скрежетали так, что хотелось запустить в дерево чем-то тяжелым.

- Скажи, а Козимо… у него кто-то есть? – вдруг спросила подруга.

- Понятия не имею, - я слегка насмешливо посмотрела на нее, - Все-таки ты влюбилась?

- Не знаю, - она заморгала часто-часто, смахивая слезы, - просто мне с ним рядом так… хорошо…

- Это потому, что он лежит и у него нет сил! – авторитетно возразила я, - подожди, он воспрянет духом!

- Этого-то я и боюсь, что я для него просто та, кто лечит, - тихо сказала она и тряхнула головой, - Блин, Лиза! Это я тебя должна утешать и поддерживать, а не ты меня!

- Ладно тебе, - отмахнулась я, - Смотри, какая луна.

Она была огромной, бледно-розовой, висевшей над кроной высокого дерева, по форме напоминавшего свечу. Цикады старались вовсю, воздух просто до одури был напоен ароматом цветов, их запах вновь напомнил мне ночь в Риччионе, когда Джованио Риччионе пел серенаду малышке Джемме. Сначала я подумала, что это был Боно, но потом… я вдруг нахмурилась, странно, ведь Джованио Риччионе и художник очень различались внешне… да и походка… Боно ходил весьма грациозно, словно танцор или гимнаст, Джованио – степенно и величественно, как и подобает родственнику принца, а вот трубадур… он слегка пошатывался, словно… кажется, Саша еще что-то говорила… но я не слушала, полностью погруженная в свои мысли.

- Лиза, что, тебе плохо? – она встревоженно смотрела на мое побелевшее лицо. Наверное, я выглядела так, словно вот-вот упаду в обморок:

- Саша, тогда, в Риччионе… кажется, я поняла, кто убил Джемму…

- Какую Джемму?

- Неважно, - отмахнулась я, - Козимо прав, тебе лучше уехать отсюда.

- Куда? В однушку к маме, которая постоянно прислушивается к моим телефонным разговорам? Или в свою элитную клинику? – фыркнула она, - Здесь у меня хотя бы спальня своя.