Леди чародейка (СИ) - Герцен Кармаль - Страница 26

Снова настала пора томительного ожидания – ее замок, ее крепость находились слишком далеко от людских земель и Ильмарата.

Ожидание скрасила горячая ванна с душистой пеной и рассыпанными по пенному облаку благоухающими лепестками роз. Когда гостья явилась в замок на призыв, Ламьель даже не потрудилась выйти из ванной.

– Мне нужно знать обо всех чужаках, что посетили Ильмарат за эти несколько дней, – вместо приветствия обронила она.

Кеханна смотрела на нее в растерянности.

– Но… Ламьель… в Ильмарат приходит столько людей…

– Это не обычный человек. У нее – или же него – должно быть сердце Истинного Дара. – Ни к чему ей было знать, как опасна для Ламьель его магия. Ни к чему показывать свою уязвимость.

– Но…

Ламьель резко поднялась, заставив воду в ванной всколыхнуться и душистой волной выплеснуться на каменный пол. Совершенно не стесняясь своей наготы, подошла к несговорчивой гостье.

– Если будет нужно, ты опросишь каждого в Ильмарате – и будешь делать это до тех пор, пока не узнаешь о человеке с сердцем Истинного Дара – рубиновом сердце, хранящем в себе великую магию. Кто-то непременно должен был заметить – или почувствовать – его. А если нет… – Ламьель коснулась пальцами гладкой щеки Кеханны. По пальцам колдуньи заструилась вода, лицо нимфы посерело, разом лишившись красок. Прохладная вода стекала по руке Ламьель и с тихим звоном капала на пол.

Кеханна подалась вперед, задыхаясь – ей мучительно не хватало влаги, которую из ее тела вытягивала Ламьель. Кожа потрескалась, казалось, готовая в любой миг осыпаться.

– Я все сделаю, – прохрипела нимфа.

– Вот и славно, – широко улыбнулась Ламьель, разрушая чары. Капельки воды медленно поднялись с пола, прильнув к ее руке, и заструились к пальцам. А от них живительная влага вернулась в тело Кеханны, даруя ей возможность жить.

Ничто не вдохновляет людей на свершения лучше, чем страх. Не прошло и нескольких часов, как Кеханна привела в замок Ламьель бледную и испуганную нимфу.

Отана рассказала колдунье все, что той нужно было знать – о странной девушке, от которой волнами исходила невероятная сила. И о том, что когда они встретились во второй раз, при ней этой силы уже не было.

Ламьель отпустила обеих нимф – они были настолько испуганны, что даже мучить их было не интересно. К тому же, их страх уже успел насытить Ламьель.

Так кто же эта странная незнакомка и какое отношение она имеет к сердцу Хрустальной принцессы?

Глава двадцатая. Удивительный зоопарк мистера Келбро

На этот раз дорога до особняка мужчины с желтыми глазами заняла куда больше времени. Я чувствовала себя разбитой – ночью отдыхала моя душа, но не тело. Нервно передернувшись при мысли о грубом вторжении чужой души, я ускорила шаг. Оставалось только надеяться, что мне не придется столкнуть с последствиями этой странной магии.

К полудню я наконец добралась до дома желтоглазого. Я порядком вымоталась, но мысль о томящейся в клетке Ари придавала мне сил.

Днем проникать в чужой дом было, безусловно, весьма рискованно, но я не могла дожидаться ночи – кто знает, зачем незнакомцу понадобилась Ари и что он сделает с ней? На любителя кошек он походил в последнюю очередь.

Я приблизилась к запертым воротам. Гусеницы, серебрясь в лучах высоко стоящего солнца, спали – ровно в том положении, что и прежде. Невольно позавидовав их долгому и спокойному сну, я вынула из сумки живой ключ. Осторожно приблизила его к замку на воротах. Зажатая в пальцах кость обросла плотью и потеплела. Старательно гоня из головы мысль, что держу в руках чей-то оторванный палец, я вставила ключ в замок и без помех провернула.

«Только не скрипите!», – взмолилась я.

Словно услышав мой мысленный крик, ворота распахнулись плавно и совершенно бесшумно. Я ступила на выложенную декоративными камнями дорожку и закрыла ворота за собой. Метнулась вправо, в сторону небольшого сада. Пригнувшись, добралась до особняка. Мне пришлось обойти его по кругу, чтобы добраться до открытого окна. Замерев, я прислушалась.

Услышала шаги и приглушенный голос, в котором без усилий узнала голос мужчины со странными глазами.

Мне пришлось простоять под солнцепеком не меньше получаса, прежде чем я услышала, как шаги удаляются. Нужно было решать – оставаться тут, снаружи, в ожидании момента, когда желтоглазый надумает покинуть особняк или же проникнуть внутрь.

Приняв решение, я проскользнула через окно в комнату. Осмотрелась. Комната представляла собой некое слияние библиотеки и рабочего кабинета. Массивный стол, заваленный книгами всех толщин и размеров, стул, обитый бархатом, и шкафы до потолка, полностью закрывшие собой все четыре стены.

В груди нарастала паника – спрятаться здесь было просто негде.

Стараясь ступать бесшумно, я приблизилась к двери. Приложилась к ней ухом, но ничего не услышала. Потянула на себя золоченую ручку, через образовавшуюся щель выглянула в коридор. Тишина. Кажется, на этом этаже хозяина не было.

Выскочила, прикрыв за собой дверь – ничто не должно было указывать на присутствие в особняке чужого.

Ковер приглушал шаги, за что я была ему безмерно благодарна. Я толкнула одну из дверей и попала в небольшую спаленку. Вернулась обратно – там не было ничего не обычного. Из трех дверей, представших в зоне видимости, мой выбор пал на самую дальнюю. Отворив ее живым ключом, я увидела уходящую вниз лестницу. Сообразила – раз дверь заперта, вряд ли желтоглазый находится по ее сторону. А где еще держать похищенного метаморфа, как не в подвале?

Я спустилась по широкой каменной лестнице, жалея, что не имею при себе никакого источника света. Едва не впечаталась в дверь, расположенную в нескольких шагах от подножия лестницы. Открыла ее и замерла, пораженная свалившейся на меня какофонией звуков. Лай, мяуканье, вой, скрежет, визг, щелчки и блеянье.

Порхающие под потолком магические сгустки освещали огромное пространство подвала. С ужасом я взирала на ряды клеток, в которых бесновались звери. Большинству из них определение «странные» подходило как нельзя лучше. Я видела и зверя с псевдособачьим бесшерстным телом и головой осьминога, льва ростом с жирафа с неправдоподобно длинными ногами. Существо с десятком клешней, полукруглым ореолом окружившим уродливую голову. Женщину с изящной человеческой фигуркой, длинными гладкими отростками вместо рук и безволосой головой, лишенной рта, и черными глазами в пол-лица. И это только те, кого я встретила в первых рядах клеток.

– Ари, – прошептала я. Голос упорно отказывался мне повиноваться. Глубоко вздохнув, я предприняла новую попытку. – Ари!

Клетки достаточно вместительные, чтобы Хранительница могла перевоплотиться в человека, а значит, и откликнуться на мой зов. Но она молчала – или же ее голос заглушали издаваемые безумным зверинцем звуки.

Выбора нет. Мне нужно пройти вдоль клеток и самостоятельно ее отыскать.

Звери бесновались при моем приближении, исступленно бросались на прутья клеток. К счастью, им было до меня не дотянуться. Я прошла один ряд до самого конца, но не увидела ни белоснежную кошку, ни удивительно красивую зеленоглазку. Прошла второй раз, уже не вздрагивая всякий раз, как слышала дребезжание клеток, едва выносящих ярость их пленников.

В конце третьего ряда удача наконец мне улыбнулась. В одной из клеток гордо – словно и не замечая окружающих его металлических прутьев – стоял великолепный снежный барс. Черные пятна–розетты покрывали густую серебристо-белую шерсть, длинный хвост обвился вокруг задней лапы.

В клетке рядом с фантастически красивым барсом я увидела свернувшуюся клубочком Ари – в кошачьем обличье. Я бегом преодолела разделявшее нас расстояние и опустилась на колени возле клетки метаморфа. Попыталась просунуть руку, чтобы коснуться мягкой шерстки, но не тут-то было – сетка была слишком частой и мелкой.

– Ари! – взволнованно воскликнула я. – Ари, проснись, ты нужна мне! Мне нужно, чтобы ты перевоплотилась!