Леди чародейка (СИ) - Герцен Кармаль - Страница 25

Ари была там, за этими стенами. Испуганная, уставшая, одинокая. Алистера Морэ без ее помощи мне никогда не найти. Даяна расколота на части, ее сердце – в моих ножнах. А я стою и сетую на то, что мое тело лишь на какое-то время не будет мне принадлежать.

Разозлившись на себя, я приняла решение. Развернулась и уже знакомой дорогой бросилась назад. В темноте. В страхе, что в любой момент из-за стены деревьев на меня выскочат шааты или кто-нибудь еще похуже. В неверном свете луны ветви деревьев походили на искореженные, изломанные руки, тянущиеся ко мне в прощальном объятии. Весь мир затих, словно вспугнутый обрушившейся на него ночью, словно сдавшийся ей в плен. Я слышала только звук собственных шагов, свое прерывистое дыхание… и тяжелый стук сердца. Каждую минуту я боролась с собой, заставляла себя смотреть вперед вместо того, чтобы судорожно оглядываться по сторонам.

В конце концов, не выдержав, я бросилась бежать. Гнало меня не только сгустившееся во мраке напряжение, но и страх опоздать. Без Ари я в этом мире – бесполезная пустышка. Во мне нет магии, есть только упорство и желание дойти до победного конца. Вот только иногда этого бывает мало…

Показалось, что в этот раз до ярмарки я добралась куда быстрее. Я ожидала увидеть опустевшие лавки, но жизнь здесь по-прежнему била ключом. Туда-сюда сновали придирчивые покупатели, торговцы старательно пытались привлечь их внимание к своему товару.

С появлением новых лиц на прилавках появились и новые диковинки, но теперь, увы, мне было не до них. Я бродила по огромной ярмарке, лениво удивляясь разлитому в пространстве свету, который исходил от маленьких лун, порхающих в воздухе.

Когда на мое запястье легла чья-то рука, я уже знала, кого увижу. Так и оказалась – проклятая колдуньей Ламьель незнакомка выжидающе глядела на меня.

– Решилась, – полуутвердительно произнесла она.

Я молча кивнула.

– Ладно, вся ночь – моя до рассвета. Утром дам тебе ключ.

– Вся ночь? Вы же говорили…

– Сделать живой ключ не так-то просто. В прошлый раз речь шла не о нем, а о поисках кошки, – снисходительно объяснила старушка. – Создание ключа требует большую плату.

– Хорошо, – решительно сказала я. – Что мне нужно делать?

– Пойдем в мой дом. Не хочу, чтобы ты лишилась души на глазах у всего народа.

От слов старушки по телу пробежали противные мурашки. Шумно выдохнув, я заставила себя пойти вслед за ней.

Минуя Древо Тайн, пожилая женщина, представившаяся Вийрой, углубилась в чащу и уже через несколько минут привела меня к деревянному домишку. Восприятие, затуманенное страхом того, что должно было вскоре произойти, выцепило лишь несколько деталей: скудную обстановку, огромное количество свободного пространства и отсутствие каких бы то ни было украшений, обычно присутствующих в доме любой женщины.

Вийра махнула рукой в сторону деревянной кровати с поношенного вида покрывалом. Размеренно дыша, я села на самый край и нервно осведомилась:

– И как же все это будет происходить?

– Лучше тебе не знать, – «успокоила» меня Вийра. Приблизилась, держа в руках иглу с раскаленным докрасна концом.

Пока я озиралась по сторонам в поисках источника огня – которого, к слову, так и не обнаружила, – Вийра схватила мою руку – уже в третий раз за наше недолгое знакомство. Не успела я даже и слова сказать, как игла нагло пропорола тонкую кожу на запястье.

Я сумела сдержать крик – не хотела давать едва знакомой женщине возможности видеть мою боль. Слезы все равно брызнули, когда раскаленная игла проникла под кожу. Я воскресила в памяти лицо Дайаны. Знала, ради чего терплю все это – и боль, и потерю контроля над собственным телом. Хрустальной принцессе сейчас было куда хуже, чем мне.

Когда Вийра закончила издеваться надо мной, на запястье красовались две буквы в окружение витиеватых вензелей – очевидно, символ нашей с Вийрой связи, благодаря которой мое тело на время будет отдано ей.

Я подалась вперед, вопрос едва не сорвался с моих губ… но в этот самый миг окружающий мир потух, погрузив меня в пучину забвенья.

Очнулась я, казалось, спустя несколько мгновений. Поднялась с кровати, безо всякого удивления наблюдая сквозь окно, как в небе распускается алый цветок рассвета. Я не хотела знать, как Вийра распорядилась моим телом, что происходило в те часы, что меня – меня единой – не существовало. Я хотела просто покончить со всем этим.

– Вийра? – негромко позвала я.

Она показалась из соседней комнаты – повеселевшая, довольная. Маска мрачности уступила место лукавой улыбке. В руках старушка держала деревянный ларец размером с мою ладонь. Подгоняемая нетерпением, я поспешно взяла ларец из ее рук и откинула крышку. Удивленно воззрилась на… тонкую пожелтевшую от времени кость, похожую на длинный, лишенный плоти, палец.

– Что это?

– Живой ключ, который открывает любые двери, – благоговейным шепотом ответила Вийра. Кивнула на входную дверь. – Попробуй.

Недоуменно хмурясь, я направилась к двери. Зажав в правой руке ключ, приблизила его к замочной скважине. В тот же миг ощутила странное тепло, исходящее от него, и опустила глаза вниз.

Лучше бы я этого не делала.

Словно почуяв близость к замку, ключ запульсировал в моей ладони. Желтоватая кость начала обрастать розовато-красной плотью. Чудом не обронив ключ, я нервно сглотнула и отвела взгляд. Когда приступ тошноты отступил, я вновь взглянула на ключ. Теперь он как никогда походил на уродливый палец, обтянутый бледно-розовой кожей. Прозрачный ноготь, которым он заканчивался, изогнулся в подобии наконечника ключа, повторяя зазубрины замка.

Я вставила живой ключ в замочную скважину и с легкостью провернула. Дверь открылась от слабого толчка, меня обдало порывом ветра. Как нельзя кстати. Вдыхая свежий утренний воздух, я поспешно затолкала ключ обратно в ларец, а последний – в излюбленную безразмерную сумку. Повернулась к Вийре и попрощалась с ней. Особой благодарности к ней я не испытывала – сделка была более чем справедливой.

Глава девятнадцатая. Цена предательства

Собственными глазами смотреть на мир было куда приятнее, чем чужими. И все бы ничего, если бы не стойкие чары Истинного Дара, не исчезающие даже после смерти Дайаны и не позволяющие Ламьель проникнуть в ее дом.

Но теперь, когда она вновь стала полноценной – спасибо синеглазке, – колдунья предприняла новую попытку. Ей нужно было отыскать сердце Истинного Дара, а кто в Ордалоне справится с этим лучше, чем теневая гончая?

С наступлением ночи призвать орду гончих не составило труда. Сотканные из самой тьмы, они покорно застыли у ног Ламьель в ожидании ее приказа. И он последовал: отыскать всех, кто когда-то выходил из разбитого зеркала в особняке проклятого Алистера Морэ. Теневые твари бросились исполнять приказание, а Ламьель принялась терпеливо ждать. Чему-чему, а уж терпению за столетия своего бесплотного существования она научилась.

Гончие принесли ответ – в образах, пронесшихся в ее голове с прикосновением к сотканному из тьмы телу. Не все она сумела разгадать, но кое-что поняла совершенно отчетливо: следы, в которых угадывался отпечаток мощной магии – Истинного дара, – вели в Ильмарат, а затем прочь от него. Ламьель приказала гончим продолжать слежку.

Алистер никак не мог побывать в Ильмарате. Значит, там была Ари, эта ободранная кошка, мнящая себя королевой красоты? Или же кто-то еще? И что же ему там понадобилось?

В каждом городе, в самой захудалой деревушки у Ламьель были свои глаза и уши. И Ильмарат не был исключением.

Колдунья открыла дверцу роскошного шкафа с искусной резьбой. Вынула одну из шкатулок, коих здесь было несколько десятков, откинула крышечку. В ней клубочком свернулась прядка волос нежного салатового цвета. Ламьель отделила от прядки волосок и обернула его вокруг указательного пальца. Чем сильнее она сжимала, тем отчетливее обладательница салатовых прядей слышала(ощущала) ее призыв.