Частные уроки рунографии (СИ) - Шведова Анна - Страница 54

- Ну, дорогая графиня, - с гордостью оглядываясь (и куда только делся страх?) и довольно потирая ручки, произнес маэстро, - Я сдержал слово.

- Так это и есть знаменитая сцена? - задумчиво произнесла Софит, - Недурно. Это все очень интересно.

Вопреки сказанному, графиня отнюдь не интересовалась убранством театра. Глаза ее рассеяно скользили по стенам, все больше и больше обращаясь к двери... Она явно прислушивалась, она кого-то ждала.

Терри тоже ужасно нервничала. С того самого момента, как они вошли во дворец, у нее не было ни единого шанса поговорить с Софит, и с каждым шагом в ней все больше укреплялись смутные пока подозрения. Много требовало объяснений, и если бы Софит их предоставила, Терри, наверное, успокоилась бы. Например, где отец? И почему они пришли именно сюда? И как они собираются встретиться с королем? И что она ему в конце концов скажет? У ступеней великолепной лестницы, ведущей в Мадорьен, мысль о том, как она убедит Его Величество в том, что отец не виновен, казалась здравой, теперь же она отдавала явным безумием. Все это как-то странно.

Терри, поставив лампу на маленький столик у мягкой софы, вдруг заметила, что занавес с одной стороны небрежно поддернут, и из-под него торчит... Света было не так много, чтобы строить глупые предположения, потому девушка подошла ближе. Из-под занавеса торчала чья-то туфля с красивой серебряной пряжкой. Вернее, нога с туфлей.

Терри охнула, не сдержавшись, и рывком отдернула занавес.

У ее ног лежали два тела - лакея (это его нога выглядывала наружу) и стражника, сваленного на лакея сверху. Кровавая лужа лучше всяких слов говорила о том, что несчастные не выбирали себе место для ночлега. Их убили.

"Отец?" - про себя охнула Терри и бросилась за лампой, оттолкнув в сторону изумленно застывшего на месте Нарцисса. Но тут темная глубина второй части будуара, которая располагалась позади занавеса, сама собой осветилась - через открытую дверь на противоположной стороне кто-то вошел. Два человека. Первый нес лампу на вытянутой руке - этого старика Терри не знала, но украшенный перевязью и тяжелой цепью с каким-то важным сановничьим знаком придворный камзол свидетельствовал о высоком положении его носителя. Старик был бледен, растрепан и порядком растерян, а увидев в будуаре посторонних людей - растерялся еще больше. Остановившись в дверях, он уставился на женщин блеклыми водянистыми глазами:

- Кто вы? Что вам здесь нужно?

В отличие от него человек, шедший за ним следом, был полон энергии и решительности.

- Некогда, некогда, милейший Турранс, у нас еще полно дел! Сиси, ты опоздала! - Хуби Ведморн подтолкнул старика вперед и вышел из тени. Его светлые, слегка навыкате глаза походили на глаза мертвой рыбы - такие же пустые и безжизненные.

- Слишком долго пришлось уговаривать этого попугая, - безразлично ответила Софит, кивая на Нарцисса. На маэстро было жалко смотреть: он как раз подтягивал шнурами роскошный занавес (чтоб не испачкался в крови убитых, как с возмущением подумала Терри), да застыл на месте в нелепой позе. Рот его приоткрылся, глаза выпучились. Растерянный донельзя взгляд вперился в Софит.

- Графиня, - сдавленно пролепетал человечек, - но я же...

- Ну же, кричи! - неожиданно произнес Хуби, хлопнув в ладоши, - Теперь нам шум не помешает.

- Графиня, - еще тише, еще глуше, со слезами в голосе прошептал Нарцисс, не отрывая ищущего взгляда от Софит, но та равнодушно отвернулась.

- Тряпка, - звучно сказал барон Ведморн и сделал некий быстрый жест рукой. Терри не успела понять, что это было, как маэстро вдруг захрипел и упал на пол. В груди его торчал нож. По камзолу стало быстро расползаться красное пятно.

- Что вы делаете? - в ужасе закричал старик-сановник, - Зачем вы его убили?

- Чтобы выманить мышку из норки, - весело ответил Хуби, но улыбка его походила скорее на оскал, а светлые глаза в неярком свете лампы казались пьяно-стеклянными. Похоже, ему очень нравилось убивать.

- Какую мышку? Какую норку? Вы пьяны, барон Ведморн. Вы... Вы сказали мне, что хотите вернуть королевский талисман. Я принес вам корону из королевской опочивальни. Вот! Вставляйте этот ваш талисман как полагается, делайте же скорее свое дело и уходите! - голос старика (а теперь Терри поняла, кто это - Главный Камердинер) истончился до визга, и трудно было понять, что в нем больше: страха или негодования, - Убирайтесь отсюда, пока я не позвал стражу!

- Э нет, милейший, стражу звать ты не станешь. Иначе стража спросит, а как же это я попал в личные покои Его Величества? Кто же провел меня? А я скажу - ты. Потому что ты вор. Талисман украл, а теперь еще и корону. Ну же, кричи. Я жду.

- Это не я! Я не крал! - Главный Камердинер смотрел на тяжелый золотой обруч, зубцы которого украшали многочисленные драгоценные камни, со смесью ужаса и обреченности, - Я не хотел... Это не кража...

- Кража, кража, - ласково произнес барон, неуловимым мягким движением подаваясь к сановнику и вдруг оказываясь у того за спиной, - Раньше было принято ворам отрубать руки, но королевская корона это вам не украденное яблоко... К тому же роль свою ты уже выполнил.

Молниеносным движением, которое глаз Терри едва ли успел заметить, Хуби перерезал несчастному горло - лишь лезвие тускло блеснуло в свете лампы.

Девушка еще не успела осознать последствия этого жеста, вернее, этого жестокого убийства, а ее тело быстрее разума рвануло в сторону. Однако стой Терри у двери, она успела бы сбежать. Но на пути к свободе была Софит. А та не собиралась упускать добычу.

- К-куда? - пальцы графини, даром что тонкие и холеные, обладали немалой силой, - На тебя, девочка, у нас большие планы. С тобой мы еще не закончили.

- Что вам от меня надо? - Терри храбрилась, но у нее это плохо получалось. Затравленный взгляд ее то и дело попадал на чье-нибудь мертвое тело и растекающуюся по полу кровь.

- Ты можешь гордиться собой, - едко ответил Хуби, - тебе оказана редкостная честь быть главной фигурой в нашей игре. Разумеется, главной злодейской фигурой, потому что героической фигурой у нас всегда был и будет Его величество Король.

- Король! - ахнула Терри, безрезультатно пытаясь вырваться из рук Софит. Но та умело вывернула ей руку за спину и без труда контролировала малейшее движение девушки.

- Король! - передразнил мужчина, - Клянусь Ушами Вехъеворда, король, полагающийся на защиту таких глупых и наивных созданий, просто не должен существовать! Я просто обязан оказать услугу этой стране и покончить с глупостью! Ну, зачем еще я мог придти в королевский дворец посреди ночи, деточка?

- Сейчас сюда набегут маги и стража, вот тогда и посмотрим..., - процедила Терри, чувствуя, как предательские злые слезы, вызванные беспомощностью ее положения, наполняют глаза и вот-вот норовят вылиться наружу.

- Маги не прибегут, деточка, да и зачем они здесь? - Хуби упивался своей игрой и не скрывал этого. Он нагнулся, вытащил нож из груди Нарцисса, медленно вытер лезвие о полу расшитого шелком камзола маэстро, - Я ведь магию не использую, этим меня не уловишь. Да и маги нынче сильно заняты. Они сейчас ловят одного ужасно зловредного колдуна, который задумал убить одного наивного короля. Для чего этот колдун подкупил приближенного к королю сановника, - нога барона в великолепной туфле ткнула в бок лежащего на полу камердинера, - и хотел было украсть один очень важный талисман, который по преданию хранит королей этой страны от всяких недугов и бед. Но другой колдун, вернее сказать, приближенный маг Его Величества, каким-то образом прознал о готовящейся краже и, дабы она не свершилась, измыслил бесподобную вещь: украл сам. Украл и спрятал. Его, разумеется, посадили в тюрьму. Бедняжка! Он был так предан королю! И за преданность ему отрубят голову.

- Терран! - спохватилась вдруг графиня, - Кстати, а где он?

- Не волнуйся, Сиси, - снисходительно улыбнулся Хуби, - Твой Ангир сидит под присмотром Росомахи.

- Росомаха сумасшедший, - заявила вдруг Софит, и в голосе ее Терри с удивлением услышала испуг и злость, - А Ангир не мой. Недомерок проклятый.