Время кенгуру. Книга 2 (СИ) - Эм Михаил - Страница 26

Но как Эта Особа бесстыдна! Так и норовит продемонстрировать свое голое тело, как будто у Андрэ нет законной жены. Стоит показаться речке или озерцу, как она тут же обнажается и бежит полоскаться! При этом совершенно не стесняется ни папана, ни графа Орловского. Конечно, те делают вид, что не обращают внимания на ее неприличный вид, но это только из вежливости. Впрочем, я заметила, что папан, кажется, обращает. Надо будет предупредить его: если такое еще раз повториться, я все расскажу маман, тогда папан сильно не поздоровится.

Конечно, весь этот спектакль с раздеванием предназначен в первую очередь для Андрэ. По-моему, его это ситуация забавляет. Не понимаю, как муж может быть столь легкомыслен. Хорошо, что у Андрэ есть верная жена, которая всегда в нужную минуту разденется и своим телом прикроет его мужской взгляд от соблазнов. Натали помогает мне по мере возможности в охранной деятельности.

Когда Андрэ вернется из боевого похода, я обязательно поговорю с ним по поводу отношений с Этой Особой. Что он в ней нашел, в самом деле? В последнюю перед походом ночь она, во-первых, дольше других сидела в купальне. Все уже ушли, а она еще сидела. Что она там делала? Может, ждала графа Орловского или какого-нибудь другого любовника, который пробрался в наш дом на тайное свидание? Во-вторых, когда Эта Особа пришла из купальни, то сразу попала на все готовенькое. Мы с Натали как следует разогрели Андрэ и готовились довести его до исступления, как врывается эта особа и сразу начинает делать ему минет, как будто мы с Натали не можем его сделать. Возмутительное поведение!

Мужчины слабы, они ничего не замечают. Зато мы с Натали все видим и оцениваем правильно. Если какая-то невоспитанная женщина — хоть из будущего, хоть откуда — входит в спальню с опозданием и сразу завладевает членом моего мужа, как будто он ее собственность, это свидетельствует о недостаточном воспитании. Маман и папан Этой Особы не научили ее правильно себя вести и не научили правильно ублажать мужа. Когда мужской член входит в тебя, необходимо немного подвигать бедрами взад-вперед — плавно, но энергично. А что делает Эта Особа?! Оказавшись на мужском члене, она сразу начинает стонать, совершенно не заботясь о чувствах своего партнера. Наблюдать за этим просто неприятно. Мужчины, несмотря на свой угрожающий вид, на самом деле такие ранимые — с ними нужно уметь обращаться.

Когда Андрэ вернется из похода, нам предстоит серьезный разговор. Мне кажется, не стоит брать Эту Особу обратно в будущее. Если я смогу обжиться в будущем, как надеется Андрэ и в чем я совершенно не сомневаюсь, то и Эта Особа легко обживется в 1812 году. Я даже могу попросить папана, чтобы он ее куда-нибудь пристроил. Хотелось бы, чтобы в публичный дом, а если не в туда, то, допустим, белошвейкой. Мы с Андрэ легко обойдемся в будущем без Этой Особы, так мне кажется.

Кстати, Натали придерживается ровно того же мнения, что и я.

Я, через неделю

Уже несколько дней мы уверенно продвигались к цели. Препятствий не находилось, ведь мы двигались по густонаселенному побережью, по прекрасному шоссе из каменных плит. Если что нас и задерживало, так это немалое расстояние, которое требовалось преодолеть. Будь у нас вертолет или хотя бы дирижабль, мы оказались бы на месте в день отлета. Однако, подобными устройствами мы не располагали.

Через неделю мы все-таки добрались до цели.

Когда дорога взошла на холм, перед нами открылась деревня, в которой впервые были обнаружены пришельцы. В самой деревне, естественно, не было ничего примечательного: интерес представляло стоящее у берега парусное судно. Не знаю, почему местные решили, что это птица — с моей точки зрения, на птицу парусное судно походило мало.

Что же, наша задача усложняется. Если бы пришельцы оказались путешественниками во времени, подобными нам, мы бы быстро нашли общий язык. А вот с конкистадорами общего языка могло не найтись. Что в общем логично: ребята приехали завоевывать новый континент, а тут появляются непонятные товарищи и заявляют, что место занято. В результате у конкистадоров возникает рефлексивное желание выхватить шпагу или нажать на курок.

У них ведь огнестрельное оружие, если не ошибаюсь — не только холодное? А пистолеты графа Орловского отданы на хранение Великому инке. Впрочем, без зарядов они бесполезны. Интересно, соответствуют ли калибры пуль, которыми пользуются конкистадоры, калибрам пистолетов графа Орловского?

— Послушай, Григорий, — спросил я графа, — у конкистадоров имеется огнестрельное оружие, ты не помнишь?

— Мушкеты, — ответил Орловский, не задумываясь.

— Пули от мушкетов подойдут к твоим пистолетам?

— Не думаю, — ответил граф. — Слишком много времени прошло с тех пор.

Орловский был прав, разумеется.

Если у конкистадоров имеются мушкеты и если конкистадоры настроены воинственно, нам будет сложно договориться. Да и о чем договариваться? Намерения конкистадоров нам с Орловским прекрасно известны. Следуя указаниям Великого инки Атауальпа, мы должны уничтожить отряд конкистадоров. Но, простите, какими подручными средствами?

Я начинал жалеть, что не взял у Атауальпы… ну не пару миллионов, но хотя бы пару тысяч воинов. Впрочем, я не был уверен, что завалить конкистадоров инкскими трупами — хорошая идея.

Спасибо, что корабль конкистадоров не отплыл восвояси. Не знаю, что конкистадоры делали возле этой приграничной деревни. Скорее всего, местные власти что-то им посулили, и теперь гости дожидались обещанного. А может, ремонтировали корабль — я не знаю.

Как бы там ни было, мы дошли и убедились в том, что имеем дело с конкистадорами. Также в том, что конкистадоры должны быть уничтожены, потому что добрых намерений у конкистадоров не может быть по определению. Но конечно, сначала с этими людьми следовало пообщаться — желательно, на равных и с осторожностью. Так сказать, прощупать почву. А потом уже бить точно в яблочко и наверняка, чтобы с завоеванием Америки у мерзавцев вышел полный швахомбрий.

Глава 13

Я, сразу после

— Как будем действовать, Григорий? — спросил я графа Орловского.

— Нападем? — предложил граф.

— Может, прежде пообщаемся? — усомнился я.

— О чем?

— О том, что завоевывать чужие континенты нехорошо?

— Надеешься, усовестятся?

— Нет, конечно. Однако, мы можем сообщить, что место кормежки занято. Пускай отправляются завоевывать другой континент.

— Какой?

— Антарктиду.

Граф Орловский задумался.

— Мифический южный континент?

— Почему мифический? Вполне себе реальный, только немножко холодный. Это здесь, неподалеку.

На том и сговорились.

Прежде всего, мы пообщались с сотенным деревушки, возле которой встал на якорь конкистадорский бриг. Сотенный сообщил, что переговоры с пришельцами затруднены из-за незнания языка. Однако, для обучения пришельцев языку кечуа необходим приказ из Теночтитлана.

Пришельцы ведут себя смирно: вглубь территории проникнуть не пытаются, оборудовали временный лагерь на берегу. Предлагали занятные вещицы, но у сотенного нет полномочий что-либо закупать. Также просили еды, но без разрешения из Теночтитлана отпустить общественные запасы невозможно. В результате пришельцы ловят рыбу и всеми силами демонстрируют миролюбие. При этом ходят вооруженными, пиками и какими-то непонятными дубинами, которые носят на плече.

«Мушкетами», — догадался я.

«Ты чертовски догадлив», — похвалил меня внутренний голос.

«Иди в задницу», — попросил я.

Внутренний голос отстал.

Что касается конкистадоров… Они явно чего-то ожидали, и это ожидание мне не нравилось. Следовало выяснить их ближайшие намерения, после чего действовать.

Я со своим отрядом спустился к побережью.

Лагерь конкистадоров представлял собой несколько установленных в ряд сундуков, за ними пару палаток. На песок были вытащены шлюпки. Можно было предположить сменный график дежурства: переночевав на твердой почве, конкистадоры возвращались на корабль, чтобы уступить место следующей смене. Я понимал европейцев: плавание в Новый свет было нелегким и продолжительным.