Рыцари Гирты (СИ) - Фиреон Михаил - Страница 101

— Господи помилуй… — устало опускаясь на окровавленные камни двора, прошептала Инга. Она хотела перекреститься, но у нее не было сил. Она чуть улыбнулась: от чудовища остались только сухие горы развороченных, разбросанных по всему двору, с отвратительным смрадом стремительно обугливающихся в пламени пожара кусков сухого мяса и горы идеально-белых, переломанных, вырванных из него гравитационной аномалией костей.

— Инга? — быстро оборачиваясь к сестре, спросил Фанкиль, смахнул со щеки кровь от ссадины, но сестра не ответила, замерла, из последних сил пытаясь сохранить равновесие. Моментально догадавшись что с ней, Фанкиль бросил щит, подхватил ее на руки, нащупывая пульс, вцепился в ее шею, но не смог его найти. Безвольно откинув голову назад, она упала на его руки, растрепавшиеся, изляпанное в грязи и крови волнистые волосы мочалом рассыпались по ее плечам и мокрой от крови черной орденской одежде. Глаза распахнулись, застывшие и расширенные, как будто в ужасе, зрачки бессмысленно замерли, в них, как в зеркалах, плясало пламя пожарища, еще больше раздутого поднятым взрывом ветром.

Но Фанкиль не растерялся, тут же подхватил ее на плечо и бросился к арке ворот. Оставив свой меч, Вертура шагнул ему навстречу.

— Я помогу! — с готовностью протянул руки детектив, но рыцарь не услышал его, пробежал мимо.

Откуда-то сверху запоздало грянул выстрел. Затем еще один. Лейтенант Турко, что пытался подняться после контузии, с грохотом доспехов снова повалился навзничь, поднял щит, попытался им укрыться.

— Йозеф! — было дернулся спасать и его детектив, но инспектор Тралле со скрежетом зубов удержал его, потащил назад, подальше от выхода во двор, с досадой наблюдая, за коллегой. Но раненый лейтенант все же успел сориентироваться: со всей поспешностью и отчаянием бегущего от хищника зверя, перевернулся на живот, бросив свои щит и топор, вскочив на четвереньки, страшно вращая глазами, задержав дыхание, оставляя за собой кровавый след, метнулся под прикрытие стены. Вертура бросился ему наперерез, подхватил, чтобы тот не оступился с разбегу на скользких камнях под аркой в темноте. Вслед ему запоздало защелкал затвор. В обойме ружья Алистера Дронта закончились выстрелы.

— Ну, что с ней? — деловито спросил Даскин, когда полицейские собрались вне досягаемости для ружья-жезла и стрел, у моста у раскрытых створок ворот в горловине туннеля.

— Остановка сердца! — оскалился, зло и быстро крикнул ему Фанкиль — где ее сумка?

— Отойди! — бросил Даскин и резко одернул кого-то, метнулся в сторону от ворот, рядом с которыми Инга оставила свое докторское снаряжение.

— Йозеф? — насыпая себе нюхательного табаку, позвал инспектор Тралле вставшего на колени и тяжело упавшего лицом на мостовую полицейского. Шумно, всем носом вдохнул с руки.

— Да… — прошипел тот, переворачиваясь на спину, бессмысленно и слепо ощупывая правой рукой левую — рука… Что, оторвало? Нет?

— Лео! Молодец! — покатился по двору неприятный и резкий крик — отлично! Давай теперь сюда и ты!

Грянул еще один выстрел. Алистер Дронт стрелял осколочными снарядами в ворота, пытаясь задеть кого-нибудь рикошетом. Кому-то осколок попал в броню, другой впился в щит. Все отошли к мосту, подальше от его стрельбы.

— Сэр Жорж скоро будет тут! Он уже едет! Слышишь? — кричал, надрывался магистр Дронт, издеваясь из окна горящей башни — за ребра тебя повесит, Лео!

Но Фанкиль не слушал его. Он стащил с Инги нагрудник и, запрокинув ее голову, подложил доспех ей под шею. Окинул всех быстрым взглядом, остановился на детективе.

— Марк! — быстро и зло приказал он, схватил Вертуру за руки и положил его ладони на грудь сестре — давите на сердце. Как я скажу, пятнадцать раз со всей силы. Я буду дышать. Считаете и давите.

Он сорвал с себя шлем, перекрестился и, зажав пальцами ей нос, припал ртом к ее губам, тяжело вдохнул. Отсчитал три раза и сделал жест детективу. Тот начал давить. Даскин встал над ним, поставил к ногам найденный саквояж Инги. Пришел бездельник Коц, по привычке выгнувшись, заломив руки в разрезы штанов, в бессмысленном ожидании уставился на полицейских.

— Нитроглицерин, четыре миллилитра — коротко приказал Даскину Фанкиль. Тот с готовностью раскрыл сумку и достал из нее ампулы, взломал одну. Неумелым движением наполнил шприц.

— Сердце пережгли? — передавая рыцарю лекарство, с пониманием спросил Даскин, присев рядом на корточки, облокотился спиной о холодную стену, схватил у кого-то из рук тлеющий фитиль, от которого прикуривали и поджигали стрелы, закурил.

— Да, спазм — тяжело вздохнул, быстро кивнул Фанкиль — Марк. Я дышу. Давите.

— А дружок твой пьяница, где? — бросил бездельнику Коцу какой-то дружинник.

— Нету больше — угрюмо, по-солдатски, огрызнулся тот и запустил руки в разрезы штанов, ответил студент.

Кто-то высунулся из-под арки ворот, пустил стрелу, но Алистер Дронт уже снова перезарядил свое ружье, отдышался поле бега по лестнице к окнам наверх и ответил прицельным выстрелом. Раненый рыцарь с наполовину оторванной ногой повалился спиной на камни и, захрипев, заскреб руками, пытаясь отползти к мосту вглубь туннеля.

Сослуживцы вытянули его за руки, положили рядом с другими ранеными к стене.

Инспектор Тралле присел рядом с лейтенантом Турко. У того была перебита левая рука. Ткань бригандины на животе и груди была разорвана в клочья, но усиленные пластины все же остановили осколочный выстрел. Ударом щита было разбито все лицо полицейского. Инспектор снял с пояса жгут и перетянул лейтенанту руку выше локтя. Заглянул в докторскую сумку Инги, начал доставать вату и бинты.

— Сухожилие и кость перебиты, и одна, похоже, засела — констатировал он, пытаясь понять, что с рукой лейтенанта. Прибавил ободряюще и ворчливо — ничего, Хельга вынет, сошьет все как было, это она умеет.

Закончив с коллегой, он обратился к раненому дружиннику, достал обезболивающее, покачал головой, сказал подошедшему графу Пильге, что кровотечение из бедренной артерии в поле не остановить, сделал обоим раненым уколы морфина. Лейтенанту отмерял по имеющейся в саквояже памятке, умирающему ввел полный шприц.

— Готово — поднялся от все также бесчувственно лежащей у стены Инги Фанкиль, тяжело вздохнул, еще раз проверил ее дыхание и пульс, перекрестился, обернулся к воротам, быстро прочел «Отче наш» в сторону моста и темной арки туннеля. Склонил голову, снова осенил себя крестом, надел шлем. Он снова был сосредоточен, холоден и готов к сражению. Оправив на груди свой доспех, кивнул драгунам — так. Несите всех вниз.

Обернулся, глядя на двор в раздумьях, что теперь делать.

Пожар в замке разгорался все сильней, никто его не тушил. Из зданий, откуда еще можно было выбежать, спешили уйти последние оставшиеся в замке служащие и защитники. Женщин и слуг пропускали, но одному солдату драгун ударил в лицо латной рукавицей.

— Ты стрелял! — сержанта свалили с ног, начали бить. Тот попытался встать, но ему со злости ударили шестопером по голове и он молча упал лицом на каменный пол туннеля.

За какого-то молодого дружинника, которого хотели заколоть уже без разговоров, вступилась молодая женщина с ребенком. Прикрыла его своей грудью, горестно вскинула руку, уставилась на озлобленных осадой мужчин с отчаянием, страхом и вызовом. Рассерженный ее выходкой рыцарь хотел убить и ее, но его товарищ скривился, протянул руку, покачал головой, опустил его меч, и их пропустили.

Галерея и библиотека герцога Ринья были уже в огне. С другой стороны горели казарма, трапезная и корпус для насельников. Все выходы из донжона были перекрыты. Но из окон третьего этажа, откуда уже тянуло дымом, то и дело показывались округленные от страха, перепачканные в копоти, лица. Отрезанные от выхода люди высовывались из окон, махали черными тряпками, кричали что сдаются, просили чтобы им помогли. Из надвратной башни по узкой лестнице спустились двое драгун, что обследовали замок, смотрели, где можно еще пройти. Привели напуганных до смерти, безутешно плачущих, едва не угоревших в подсобном помещении девиц, что занимались хозяйственными работами в замке маршала Георга Ринья и спасенную из огня кошку, которую, чтобы не царапалась, несли зажатой в толстом плаще. Сообщили, что из башни уже не выйти, и что в ней осталось как минимум полтора десятка человек. Полицейские попытались взять со двора лестницу, чтобы приставить к окну и дать им спуститься, но Алистер Дронт выстрелил снова, свалил наповал одного. Еще одним выстрелом разбил лестницу в щепки.