Кукла его высочества - Тень Эвелина - Страница 82

— Сегодня в восемь вечера я соберу всех в большом тронном зале и сообщу о твоем новом положении.

Он помедлил и добавил негромко, глянув на меня черными, как бездна, глазами из-под полуопущенных ресниц:

— Я очень прошу тебя, Анаис, не заставляй меня становиться монстром. Только не с тобой.

Мейра! Я не нашлась, что ответить. Теряю свою хваленую реакцию, однако. А первый принц развернулся, взялся за ручку двери и очень вежливо сказал:

— Я был бы рад, моя дорогая, если бы ты надела вечером рубиновый гарнитур, который я подарил.

Он прицельно остановил взгляд на моих сережках и осведомился учтиво:

— Теперь ведь уже можно, да, Анаис?

И, не дожидаясь ответа (ну а что мне надо было сказать?!), Родерик Делаэрт церемонно кивнул напоследок и вышел.

Мейра! Я с досады пнула прикроватную тумбочку. Понимаю, что она ни в чем не виновата, но и я как бы тоже! Мейра! Где ты бродишь, Мейра?! Неужели не видишь, как я увязла? Конечно, приказывать духу-покровителю я не могу, да и других дел у нее предостаточно, но… мне казалось, это в наших общих интересах! К тому же Мейра — существо многомерное, она может быть в нескольких местах одновременно, так почему… я не сдержалась и еще раз в сердцах пнула бедную тумбу… ее сейчас со мною рядом нет?!

— Велийра? — В комнату осторожно заглянула лийра Бри, и занесенная для очередного пинка нога повисла в воздухе. — Завтракать уже поздновато, — сообщила старшая фрейлина и услужливо спросила: — Прикажете подать обед?

— Да, благодарю вас, — ответила я, непринужденно опуская ногу на календусский ковер и обретая полную, достойную эрцегини устойчивость.

Лийра скрылась за дверью, а я в задумчивости посмотрела на тумбочку, которую спасло вмешательство фрейлины. Фыркнула, перевела взгляд на кровать и нахмурилась недовольно, обнаружив на ней перчатки принца. Нет, ну а что он по спальне постоянно свои перчатки раскидывает… как носки?! Мейра! Я хихикнула. Откуда взялось это сравнение с носками, понятия не имею, но оно меня весьма развеселило и отвлекло от злобных раздумий.

Дверь в комнату отворилась, и вошедшие служанки очень быстро накрыли стол для легкого обеда. От услуг фрейлин я отказалась, оставила только лийру Бри. Мне не хотелось никого видеть и ничего обсуждать.

— Ваши наряды прислали вчера вечером, — сказала старшая фрейлина, когда я закончила поглощать пищу, вкуса которой не чувствовала. — Они великолепны.

Я кивнула довольно-таки равнодушно, и лийра Бри, чутко отследив мое настроение, достала из шкафа небольшую квадратную коробку, украшенную бархатными цветами.

— А еще лихра Ветелье просила вас принять это. — Старшая фрейлина протянула мне презент. — И передать, что это подарок, посланный феями-мастерицами в благодарность за вашу заботу об их сестре.

Лийра Бри помолчала и спросила почтительно:

— Вы понимаете, что это значит, велийра?

— Догадываюсь, — ответила я и с интересом сняла крышку. Мейра! Я ахнула восхищенно, и лийра Бри издала приглушенное восклицание вслед за мной.

— Какая красота! — зачарованно прошептала, со всеми возможными предосторожностями вынимая из коробки изумительной работы брошь, сделанную в виде уменьшенной копии цветка аглации магикус. Сотня прозрачных крохотных лепесточков переливалась и вспыхивала всеми цветами радуги, подстраиваясь под освещение или выбранный наряд. Я с благоговением коснулась одного из них, и он нежно затрепетал, даря ощущение хрупкой свежести и подлинного совершенства. — Соткали… из собственной магии, — с придыханием произнесла я, растроганно разглядывая тончайшие узорчатые лепестки. — Какое поразительное чудо!

— Поистине волшебный подарок! — поддержала меня лийра Бри.

— Передайте лихре Ветелье мою искреннюю благодарность, — попросила я. — И мою признательность феям-мастерицам. Скажите им, я… буду помнить.

— Да, велийра, — старшая фрейлина поклонилась.

Я положила брошь в коробку и отправилась… в ванную комнату. Ну до назначенного принцем часа осталось не так уж много времени, а мне надо выглядеть соответственно положению эрцегини, а не… игрушки. Так что пора заняться собой. Дверь в ванную открыла осторожно, внутрь заглянула трусовато, но потом вспомнила, что отключила Оскалку, вошла увереннее и… просчиталась.

— Анаиска! — Острые зубы клацнули прямо у моего лица, и я едва не выронила коробку с драгоценным подарком из рук. — Куда пропала?! Что происходит?! — заверещала зубная фея, нарезая по воздуху круги. — Э-э… — Тут фея на минутку зависла, и я наконец-то ее рассмотрела.

— Ты надела мое платье! — умилившись, воскликнула я и даже ручонками взмахнула (коробка опять чуть не полетела на пол).

— Для твоего платья у него размерчик не тот, — хмыкнула Оскалка, подбоченившись.

— Ты все отлично поняла! — укорила я ее и потребовала: — А ну-ка покрутись! Ой-ой, ты красивенькая какая! Фасон умопомрачительный! А цвет-то, цвет какой! Глаза слепит! Ну вот, теперь выглядишь приличной феей! — Я улыбнулась довольно и, слегка смущаясь, призналась:

— Я боялась, ты откажешься принять от меня платья.

— Это потому, что ты подло меня дезактивировала и исчезла, ничего не объяснив и не попрощавшись? — испытующе уставилась на меня Оскалка.

— Ну… в общем да, — кивнула я, хотя против слова «подло» у меня имелись кое-какие возражения.

— И что теперь, таким модным платьям пропадать? — вопросила зубная фея. Должно быть, риторически. И еще повертелась передо мной, уже без всякой дополнительной просьбы. — Посмотри, Анаиска, какая изысканная работа! — Она с восторгом огладила многослойную юбочку. — Сделано с любовью. Феями для феи.

— Точно, — согласилась с ней и поставила бархатную коробку на полочку в ванной. Улыбнулась загадочно. — А у меня есть еще одно фейское творение.

Я подняла крышку, и Оскалка сунула в коробку свой любопытный нос.

— Это мне? Это тоже мне?! — захлебываясь, запищала она, дрыгая всеми четырьмя лапками.

— Куда тебе? — возразила я. — Брошь почти с тебя размером!

— Это да, — опечалилась зубная фея. — А тогда… кому?

Она воззрилась на меня с изумлением. Не знаю уж, притворным или искренним.

— Мне! — гордо возвестила я и достала брошку из коробочки, откровенно ею любуясь.

— Везет же некоторым, — вздохнула Оскалка и вдруг подпрыгнула. — Анаиска, а давай мы ее в настоящий цветок аглации положим? Брошка пропитается магией и надолго ее сохранит, отличный амулет-накопитель выйдет!

— А давай! — загорелась я идеей, и мы совместными усилиями разместили фейский подарок посреди лепестков аглации (Оскалка трогательно держалась лапками за застежку на броши, не доверяя мне одной делать такое ответственное дело).

— Прекрасно! — Мы заявили это довольным хором и тут же рассмеялись.

Я включила воду, наполняя ванну, и стала перебирать банки в шкафчике, отыскивая полюбившиеся мне взрыв-шары.

— Так что, Анаиска, — зубная фейка непринужденно опустилась мне на плечо, — я жду.

— Чего? — удивилась я и тут же хихикнула ехидно. — Ну у тебя же пятилетний контракт, так что… жди. Время позволяет.

— Укушу! — взвизгнула Оскалка и, подпрыгнув, щелкнула зубами в опасной близости от моего носа. Я испуганно от нее отмахнулась.

— Совсем уже? — посмотрела на нее выразительно.

— Это ты совсем уже! — ответно выпучилась на меня Оскалка. — Рассказывай уже, что произошло!

— Ну… много чего, — уклончиво сказала я и, повернувшись к ванне, бросила туда взрыв-шар. Сегодня выбрала в виде календусского амарала. Пару минут мы с феей завороженно наблюдали за распаковкой заклинания, потом диалог возобновился.

— Будешь молчать — я тебя покусаю, — честно предупредила Оскалка.

Я тяжело вздохнула.

— Тебя какой изверг включил? — спросила я.

— Фрейлина твоя, Марасте назвалась. — Фея уселась на краешек ванны и энергично поболтала лапками. — Хотела узнать, не известно ли мне что-нибудь о твоем исчезновении.

— Понятно, — поджала я губы. — Лишу ее сладкого.