Невеста смерти (СИ) - Скрипник Людмила - Страница 99

— Молодцы! Сработали четко! Никто не дернулся! Тут уже Друз вовсю надсмотрщиков переписывает поименно. Гайя, еще раз прими мое восхищение! Планировать ты умеешь. И воплощать тоже.

— Да пожалуйста, — улыбнулась она другу. — И запомни, что без вас всех это так и осталось бы планом.

— Сама как? — он нагнулся к ней, пока Марс был занят встречей Друза у дверей таблиния. — Совсем паршиво?

— Терпимо. И да, Таранис… Его мы берем с собой. Как и Вариния.

— Мы же это обговаривали. Конечно, берем.

Дарий обернулся, чтобы окликнуть кельта, но тот уже вовсю обнимался с Марсом, вернее, Марс сжимал его в могучих объятиях, не в силах сдержать радость от встречи с другом, а Таранис… От Дария не ускользнуло, что кельт явно испытывает жуткую боль, но вот повреждений, кроме ссадин на скуле и брови, не увидел. Те, хоть и выглядели воспаленными, но не могли причинить столько мучений взрослому тренированному мужчине.

— Тебя били египетские твари? — спросил он сзади на ухо, отстраняя слегка руки Марса от груди Тараниса.

— Египетские? Нет вроде, здешние… Но не без этого. Да ладно, ерунда. Разберусь.

— Ну-ну, — покачал головой Дарий, прекрасно зная, как умеют пытать египетские жрецы, не оставляя следов на коже.

— Друз, что у тебя?

Мужчина протер покрасневшие от дымного пламени светильника глаза. Он весь остаток ночи и до самого полудня пытался разобраться с запутанными донельзя документами, найденными при обыске таблиния лудуса. Друзу нравилось работать с кодикиллусами и пергаментами — они никуда не бежали и не брыкались, а просто требовали внимательности и тщательности, чего ему было не занимать.

Он поднял глаза на префекта, просматривающего те свитки, которые уже лежали на его столе с пометками — на какие места следует обратить внимание особо.

— Да букет! Хоть в вазоны ставь! А незаконных удержаний столько… Жаль, некоторых уже не вернуть. Этот поганец Требоний что творил? Он нашел еще таких же, жаждущих только денег и забывших про Сенат и народ римский. Они каким-то образом как обычных военнопленных оформляли покупку через невольничий рынок захваченных в плен военачальников покоренных племен.

— То есть тех, кого проводят перед Императором на триумфе, а затем содержат в соответствии с их статусом, готовя к обмену на попавших в плен римских воинов?! — префект даже потемнел лицом от такой неожиданной новости.

— Да, — подтвердил страшную догадку Друз. — Они их тут выводили на арену вместе с обычными пленниками. И даже не постеснялись записи сделать. Видимо, для того, чтобы подороже продать именитых бойцов своим посетительницам.

— Каким еще посетительницам? — потер виски префект.

— Римским, каким еще?! Тут и подпольный лупанарий был. Только наоборот. Женщины покупали… Ну и на Гайю очередь расписана а полгода…

— О Юпитер…. - выдохнул префект. — На Рагнара этого что накопал?

— Да. Искал в первую очередь на тех, про кого Гайя и Марсом сказали. Рагнар кораблем каким-то их там командовал. Он по нашим меркам морской трибун. За него можно было выменять десятка полтора наших! Северяне же пленников не убивают, они там их даже за общий стол сажают, так что ребята в Британии может, и живы, кто от ран сразу не умер! — Друз, прошедший Туманный Альбион с боями, даже застонал в слух от осознания всего этого, потому что и его друзья, захваченные раненными на поле боя, могли все еще ждать, когда их обменяют и вернут в Рим. Было б на кого менять…

— Так, — угроза в голоса префекта оставляла мало надежды Требонию пережить допрос, и Друз подумал, что хорошо хоть Гайя велела сразу увезти отсюда задержанных. — А кельт этот? Их с Марсом ближайший помощник? Про Вариния вообще не спрашиваю, потому что там вина и самоуправство сенатора Фульвия, и он еще будет мальчишке публично на Форуме извинения приносить. Жаль вот, имущество уже у добросовестных покупателей.

— Имущество? — задумчиво отзывался Друз, почесывая за ухом стилом и вчитываясь в очередной пергамент. — Так если мы его заберем, свое заработает… А, вот! Нашел! Таранис этот возглавлял отряд, который их рощу какую-то дубовую защищал. Наподобие этих египетских храмовых воинов и наших беллонариев, жрецы-воины. Тоже не баран начихал. Кстати, его не наши подстрелили, а тамошние дикари-предатели. Видать, не всем по вкусу был…

— При чем тут вкус? — поморщился префект. — Предателей везде хватает. Вспомнит Публия того же…

Глава 8

Императорский дворец на Палатине был хорошо знаком спекулаториям — как рабочее место. Вместе с обычными преторианцам они несли службу по охране Октвиана Августа и его близких. Но сегодня Гайю, Марса и Дария вызвали совсем для другого. В сопровождении префекта, все четверо при полном параде, в белоснежных туниках и алых плащах, со сверкающими доспехами и шлемами на сгибе руки, они чеканным шагом пересекли тронный зал и замерли перед свои молодым, но снискавшим уважение императором. Чуть поодаль стояли Таранис, Рагнар и Вариний в сопровождении Друза, вооруженного несколькими свитками документов.

— Что ж, — веско произнес Август. — Вам удалось. Я доволен. И рад, что от начала и до конца посмотрел вас в действии. Теперь я уверен, что когорта спекулаториев не стала мертворожденным дитятей. Она нужна Империи. И каждый из вас Империи нужен. Марс, я разобрался с твоим делом, хоть ты и не просил меня об этом. Ты храбро сражался, когда твой отец допустил здесь, в Риме, политические ошибки. Но ты-то тут причем? Ты своей кровью смыл все его грехи. Так что дом на Квиринале возвращается тебе в полной сохранности. Повезло, там никто и не жил, но содержали в готовности, так как собирались принимать там наместника Египта. Гайя, тебе по праву присваивается следующее звание. Отныне ты старший центурион. А вот что касается вас, иноземные друзья…

Октавиан задумался, глядя на Тараниса и Рагнара, таких непохожих на римских воинов даже в нормальной одежде, щедро предоставленной друзьями — эти их длинные волосы, татуировки…

— Гайя, что скажешь? Уже на правах старшего центуриона ты берешь их к себе?

— Конечно!

— Вот сама и стриги, если захочешь, кожу с них снимай. А хочешь, можешь так и оставить. Авось на параде под шлем спрячут. А так, так вы же все равно лица закрываете… Все, забирай. А с Варинием вообще все ясно. Кроме его желания служить Сенату и народу римскому, как его отец. Есть такое желание?

Юноша энергично кивнул, не в силах справится с волнением.

— Отлично, — Октавиан уселся на трон, расправив тогу и зная, что уже через час слова о его мудрости и справедливости даже к бывшим врагам Рима, проявившим воинскую доблесть на благо Империи.

Они вышли на высокую лестницу, ведущую из дворца к подножию холма.

— Что приуныл, малыш? Жалеешь, что погорячился и попросился к нам? Можно еще успеть перевести тебя в легион поспокойнее, — поинтересовался префект.

— Нет, что ты! — взволновался юноша. — Это такая честь! Другое дело, что я не смогу…

— Научишься, — улыбнулась ободряюще ему Гайя.

— Научусь. Но мне еще надо подумать, где все вооружение и коня взять. Воин же сам себя должен вооружить. Еще и потому сразу так не попадают в хорошие когорты.

— Вот ты о чем, глупый! — искренне рассмеялась Гайя. — У меня там жалования накопилось… Даже казначей ругался. Так что могу облегчить и тебе и ему жизнь.

— А это удобно?! — переспросил ошарашенный Вариний.

— Конечно! А знаешь, кто мне мои первые доспехи подарил? — лукаво улыбнулась она.

— Неужели сам префект? — догадался Вариний по ее тону и взгляду.

Она кивнула.

— Ну, положим, тогда еще старший центурион… — заметил префект.

— Вот и традиция когорты родилась! — воскликнула Гайя, оборачиваясь к Марсу. — А тебя, Марс, поздравляю! Искренне! Ты и правда это заслужил!

Она протянула ему руку, и он пожал ее. И тут случилось непредвиденное — если бы не Таранис, то пошатнувшаяся и рухнувшая замертво Гайя скатилась бы со ступенек мраморной нескончаемой лестницы.