2018: Далёкое Отечество (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 74

Четыре угловых башни, одна большая центральная — планировка более чем стандартная. Замок не новый, но регулярно ремонтирующийся и содержащийся в хорошем состоянии. Довольно высокие и толстые стены, широкий ров с водой, заболоченная местность вокруг. Неприятная цель для штурма. Наступать фактически можно лишь с одной стороны, нужно минимум трое хороших магов-инженеров, способных снести ворота или проломить крепостную стену. Ну или готовить старый-добрый осадный парк, строить контрвалационную и цирккумвалационные линии, рубить лестницы и осадные башни… В общем, дело не на одну неделю, если у тебя нет под рукой магов или отборных осадных частей, способных с одними штурмовыми лестницами взять средней силы крепость.

Или если у тебя нет под рукой очень хорошо вооружённых союзников.

В осаду замок взяли три дня назад. Сотня мобильной пехоты, как именовала посаженных на самоходы легионеров принцесса, взяли расположенную поблизости деревню-посад почти моментально и без особого сопротивления. Синяки и шишки для самых упёртых или глупых — не в счёт. Следом прибыла ещё сотня легионеров вместе с федеральным отрядом поддержки и полсотни всадников, которые взяли крепость в блокаду. Не тотальную, но достаточную для того, чтобы никто не улизнул из замка.

Разумеется, осаждённым был зачитан рескрипт принцессы и поступило предложение продемонстрировать лояльность Империи. Ответ был отрицательным и нецензурным, и содержал в себе оскорбление особы императорской крови (трижды) и непосредственно имперских солдат (многократно).

Решение о показательной акции в адрес графа Круха Её Высочество приняла без особых промедлений — подходящий объект она уже давненько присматривала, но в округе как назло попались либо чрезмерно трусливые, либо чрезмерно осмотрительные нобили.

Наблюдательный пункт расположили предсказуемо — на небольшом возвышении, с которого открывался неплохой вид на замок. Несколько стоящих вместе солдат двух государств перебрасывались короткими фразами на смеси имперской и федеральной латыни, время от времени осматривая позиции через бинокли — Афина нашла их куда более удобными, чем обычные подзорные трубы, а оптика была и вовсе просто превосходной. Нет, конечно, в Империи умели производить зрительные трубы, но вот стоили они при этом… Хотя, конечно, зачем вообще нужны подобные трубы, если есть артефакты дальновидения и птицы-разведчики?

Разве что кто-нибудь вроде федералов вдруг наловчился делать их много и задёшево.

Вообще, принцесса считала, что поступила хорошо, не став дожидаться, пока отпущенные легионеры дождутся поставок из своих военных городков, а экипировала своих солдат в то, что предоставили федералы. Одежда, обувь, шанцевый инструмент, заплечные сумки… Да даже банальная кухонная утварь! И от самых хороших бойцов будет мало толка, если кроме мечей и доспехов у них не будет ничего. Извечная дилемма командующих — мало собрать армию, надо её ещё как-то прокормить и содержать до вступления в бой.

По-хорошему в обычных условиях Афине пришлось бы потратить несколько месяцев просто на то, чтобы скопить хоть какие-то запасы и наладить элементарную систему снабжения, чтобы проводить сколько-нибудь удалённые операции. Тут не чужая территория, бесконтрольно добывать фураж с местного населения не получится, а магазинная система снабжения в условиях царящего хаоса рушится почти сразу же. Имперский гражданин, конечно, сознателен… поэтому при первом же удобном случае обнесёт имперский же склад в полном сознании и будучи в здравом уме.

А тут — благодать. Федералы поставили и поставляют всё потребное, включая еду. Афина даже как-то действительно внезапно нагрянула с проверкой и лично оценила, чем кормят её солдат. Оказалось довольно вкусно и достаточно сытно, а полевые кухни были настолько просты, что принцессе даже обидно стало — почему имперские ремесленники не додумались до такой вполне посильной для них вещи? Конструкция ведь элементарная, цена не слишком высокая, никакой магии, а выгода очевидна.

Афина находила, что подобному у федералов стоит поучиться как бы не в первую очередь. Да, магострелы, летающие машины, бронированные самоходы и сверхмощная артиллерия прекрасна, но Империя всё это повторить явно не сможет ни завтра, ни через год, ни, скорее всего, и через десять лет. В то время как элементарные мелочи принесут выгоду прямо сей момент. Не говоря уже о том, что много чего федералы отдавали без особых колебаний, как какой-то ненужный хлам… И этим определённо стоило пользоваться.

— Ваше высочество! — моложавый легионер по-уставному бухнул кулаком по груди.

Шлем с продольным гребнем — всего лишь центурион. Причём, судя по потёртой, но добротной солдатской экипировке, скорее всего, из вновь произведённых после плена. Только шлем и есть из командирских знаков. Ну ничего, это нормально — имперская армия на том и стоит, что даже самый обычный крестьянский сын может выбиться в легаты.

Афина тоже ответила военным салютом — она знала, что легионерам это нравится. Для армии она была не девчонкой-бастардом в доспехах, а особой императорской крови и полководцем. К тому же вытащившей их из плена с чисто символическим штрафом, который можно было погасить в боях.

— Как обстановка, воин? — дежурно осведомилась Афина.

— Готовы к штурму, ваше высочество! Маги Федерации закончили волшбу, готовы обеспечить нам прикрытие и гарантируют пробитые стены, а большего нам и не нужно.

Посол Аурига неотступно следовал за принцессой — молча, но неотвратимо. Он не был её сюзереном — над Корнелиями нет сюзеренов, но Афина всё равно чувствовала себя как будто на экзамене.

Что ж… Если так, то она сдаст этот экзамен, как и любой другой в своей жизни — на отлично с похвалой.

— Я обращусь к мятежникам, — заявила девушка. — Приведите мне ко… дайте транспорт.

— Разумно ли так рисковать, Ваше Высочество? — усомнился легионер.

— Я дарую им такую милость, как моё последнее предложение.

«И они его примут», — уже не стала говорить вслух Афина. «Или умрут».

И, скорее всего — умрут.

Самоход остановился, и Афина неторопливо вылезла через один из верхних люков на крышу. Торопиться особо было некуда, да и не к лицу восьмой наследнице престола перед какими-то мятежниками суетиться. Не говоря уже о том, что даже в неполном доспехе очень уж резво передвигаться не получается. Конечно, можно было бы обойтись и кирасой. А то и одним только нагрудником, но девушка лишний раз расслабляться себе не позволяла, да и кирасы не очень любила — в груди всё-таки тесноваты были.

Ну и в конце-концов, если вылезаешь через тесный люк самохода федералов, то всегда стоит быть настороже — люди в зелёном как будто специально делали свои машины изнутри с максимально возможным количеством мест, где можно зацепиться или удариться. Сплошное воплощение принципа — «если можно сделать неудобно, то надо сделать именно так».

Афина встала на крыше самохода во весь рост, поправила диадему и переговорный артефакт на ухе; перебросила косу за спину и оправила плащ.

— Именем Новоримской Империи, по воле императора Клавдия Корнелия и моим именем, я — восьмая наследница имперского престола принцесса Афина Октаво обращаюсь к рекомому Коммоду Круху, графу и владетелю сих земель! Сложи оружие и предай себя на волю милости Империи для справедливого суда!

Голос девушки, многократно усиленный федеральной магией, громыхнул из установленных на крыше самохода буцин так, что мог посоперничать с раскатами грома.

Афина решила, что получилось очень внушительно — алый плащ, серебристый доспех и громовой голос. Вряд ли, конечно, подобное впечатлит засевших в крепости инсургентов… почти гарантированно не впечатлит. Но на них принцесса и не рассчитывала — её моноспектакль был направлен в первую очередь на тех нобилей, что сейчас наблюдали за ней с наблюдательного пункта, ну и на посла Ауригу, разумеется.

Мятежная крепость хранила молчание.

— Я даю вам право на помилование и возможность искупить свой грех в бою, но эта высочайшая милость завершится в тот миг, когда верные мне маги обрушат смертоносное колдовство на стены этого замка. А затем… — Афина нехорошо усмехнулась. — Вы сполна познаете гнев Империи.