2018: Далёкое Отечество (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 73

Ритенгемот — то есть Собрание Достойных. Совет вождей кланов, который созывают в северных землях раз в несколько кругов и где обсуждают насущные вопросы. Кровный отец Шари тоже туда ездил, будучи военным вождём, хотя путь в полуночные земли на самую границу Империи и северян был неблизкий. Когда-то ритенгемот собрался и вовсе раз в несколько десятков кругов, ибо добираться туда многим кланам надо было многие и многие месяцы. Сейчас проще — можно держаться удобных и быстрых имперских трактов, благодаря которым путь сократится в несколько раз. А если двинуть не верхом, а на бронемашине Федерации так и вовсе…

Шари отметила, что диковинные даже для имперцев артефакты людей в зелёном её уже ни капельки не удивляют. Более того — она вполне неплохо представляет, как быстро перемещаются разные машины людей в зелёном и как на них стоило бы двигаться. Во всяком случае это было куда проще, чем считать время в пути верхом на лошади.

Мелькнула даже мысль, что было бы интересно побыть внутри летающих машин людей в зелёном — они-то и вовсе двигались быстрее чем что-либо в этом мире…

Чем ближе становилось селение, тем чаще Шари замечала знакомые места — одно за другим.

Приметный дуб, на который она любила залазить с друзьями в детстве. Ручей с растущими вдоль него кустами болотного ореха и сластовицы. Покрытый мхом валун, который считался среди детворы домом одного из добрых духов, исполняющего желания. Здесь вечно неуклюжая Шури разворошила осиный улей, после чего им всем пришлось бежать со всех ног в деревню… А здесь были пойманы целующимися Кори и Рихан — их ещё потом сурово отчитала Ленери-эри, которая была не только матерью Рихана, но и одной из хранительниц правды. Не за свидание отчитала, естественно — за то, что не признались раньше, а старейшины уже готовились выдать Кори в другой клан.

Удивительно, но все эти воспоминания не только не бередили сердце Шари, но и почему-то успокаивали девушку. Может, всему виной было то, что Шари была лесной фиари, сильваной, как порой называли её сородичей имперцы. Лесные рождались и жили в вечной охоте, которая не кончалась ни в жизни, ни после смерти. Что есть смерть для лесного фиари? Всего лишь краткая передышка в Адливуне в череде бесконечных возрождений.

Шари ступила на выжженную землю.

На пепелище уже пробивалась свежая трава, показывая, что жизнь всегда будет сильнее, а смерть — это не навсегда. Старый дуб, вокруг которого всегда проходили собрания клана, тоже был жив, хоть и сильно опалён — братья и сёстры из клана Тогара поставили возле него резной памятный столб. Скромный, с по-фиарийски лаконичной надписью «Лёгкого пути в Адливун, братья. Возвращайтесь обратно, замыкая круг».

Девушка подошла к столбу и со вздохом провела рукой по резьбе, а затем стянула с головы шлем, сняла повязку и аккуратно завязала её на столбе.

Да, вот теперь всё правильно. Ни к чему повторять положенные ритуалы, если братья из другого клана уже справили их — как говорится, прощайся лишь однажды. Но что-то… что-то сделать всё-таки было нужно. Так что пусть будет такой знак — Шари верс Сангара останется вместе со своей семьёй здесь, её тоже больше нет в этом мире. А отсюда уйдёт Шари Сергеевна Вяземская, рядовая Российской армии и первая фиари Федерации.

Девушка надела шлем, кивнула Ридану и зашагала к остальным разведчикам.

— Постой! Думаю, это должно принадлежать тебе.

Фиари передал ей прямой меч в простых ножнах. Шари пробежала пальцами по узорчатой гарде, слегка выдвинула из ножен… Да, так и есть — меч кровного отца. Очень хороший, очень дорогой — наградной, гномская работа, имперский герб. Но…

Сильвана вернула оружие Ридану.

— Спасибо, но пусть он теперь послужит клану Тогара, — сказала девушка. — В знак моей признательности.

— Это весомый дар, — покачал головой воин. — Как же ты?

Шари улыбнулась и слегка похлопала по цевью висящего на груди автомата Калашникова:

— Меня ждут другие битвы. Для них мне понадобится другой клинок.

[1] Именной суффикс, в переводе — «могучий». Используется для обращения к воинам.

[2] Именной суффикс, в переводе — «равный». Нейтральный общеупотребительный. В данном случае — признак уважения, т. к. обычно используется при обращении к взрослому фейри.

Афина Октаво

— Мы на месте, ваше высочество.

Принцесса проснулась моментально. Потёрла глаза, слегка потянулась, а затем поднялась с сиденья и вылезла из самохода следом за сопровождающим офицером-федералом, Хелен и Ликой.

Привычка дремать во время подобных поездок у девушки выработалась практически моментально — спала она в последнее время мало, а мягкий ход боевых машин федералов просто-напросто убаюкивал. Это не в седле дремать во время долгих переходов и не в карете трястись — что-что, а даже на хороших имперских дорогах и даже в доброй карете трясло по-прежнему сильно.

Следом из самохода выбрался и посланный из Столицы чрезвычайный посол в сопровождении пары своих телохранителей. Вот эта троица всю дорогу не дремала и в прямом и переносном смысле, особенно посол, цепко осматривающий любые созданные федералами вещи.

Афине же подобное уже почти приелось — достоинства и недостатки любезно предоставленных федералами самоходов она уже успела оценить, а больше ничего интересного в них и не было. А к тому же оружию её мягко, но непреклонно не подпускали. Посмотреть, немного продемонстрировать — всегда пожалуйста, но не более.

Впрочем, принцессу это не слишком огорчало — помощи федералов она, конечно, была безмерно рада, но не более того. Победа нужна, но победа своими руками нужна ещё больше — в конце-концов, это первый раз, когда ей выпадает шанс сделать что-то существенное самой. И не для того, чтобы кому-то что-то доказать… Точнее, нет: чтобы доказать, но лишь себе — без разницы, чья кровь течёт в жилах девушки-бастарда, она может добиться чего угодно и сама, без скидок или упрёков в происхождении.

Афина почувствовала укол раздражения и поспешила его подавить, пока недовольство не обернулось столь огорчающей её очередной вспышкой гнева. Но факт оставался фактом — многие до сих пор не считали её самостоятельной. Даже хуже того — считали пустым местом! Иначе зачем было присылать этого посла? Не предупредив её, не проинформировав, а минуя Афину — сразу к федералам.

Хороший был у кого-то план… наверное. Однако федералы оказались предельно прагматичны и решили не менять переговорщика на половине пути. А то ведь матёрый дипломат вместо молоденькой девчонки мог оказаться куда более невыгодным собеседником — это Афина понимала прекрасно.

Но — обошлось. Очень вовремя, нужно признать — именно сейчас, когда в подавлении беспорядков наступил перелом. Воздух полностью подконтролен федералам, на земле действуют кавалерийские и мобильные подразделения Афины. Дороги становятся безопасными, поселения и города переходят с осадного положения на обычное, самые крупные банды разгромлены… Хотя после обороны Илиона крупных банд, по сути, и не осталось. Мятежные или просто распоясавшиеся нобили поняли, что немного заигрались в дворянскую вольницу и теперь наоборот выстраивались в очередь, чтобы выказать свою лояльность трону. Афина ими даже не занималась лично, поставив Гонорию принимать прошения в письменном виде — как ни странно, но горячая воительница довольно неплохо справлялась с нудной административной работой. Хотя, ныне почти вся дружина принцессы переквалифицировалась из бойцов в гонцов и послов — как выяснилось, вооружённая девушка в имперских цветах лучше всего ассоциировалась с посланником воинственной принцессы.

Но для сегодняшнего дня некоторое количество нобилей Её Императорское Высочество соизволило почтить личной аудиенцией.

«Кое-кому сегодня предстоит выучить добрый урок», — не слишком приятно усмехнулась девушка.

«Учебный материал» представлял собой довольно-таки мощную по меркам Восточного предела крепость — родовой замок графа Коммода Круха.