Скиталец чужих миров (СИ) - Иевлев Геннадий Васильевич - Страница 172

Олита рассказала о том, что он исчез после обстрела лагеря эстерров и что его пытался безуспешно найти капитан большого корабля, на котором Антон был адмиралом. Не найдя его, капитан, со своей командой ушёл. Остались в лесу лишь тот офицер, который в последствии исчез и она, в надежде его отыскать. Капитан оставил им левет адмирала. Помог найти Антона один из эстерров, сообщив им об странном раненом, которого они изначально приняли за врага, но затем, разобравшись, поняли, что это кто-то другой.

— Мы забрали тебя и привезли на Креусу. Ты несколько дней был без сознания, а когда очнулся, то оказалось, что ты почти всё забыл из своей прошлой жизни и помнил лишь, что ты с какой-то далёкой планеты. Ты называл себя землянином. Офицер, сказал, что знает, как вернуть тебе память и мы отправились на твоём летательном аппарате на Эстеррану. Там офицер ушёл куда-то и больше не вернулся. Мы…

— Дальше я прекрасно помню все происходящие с нами события, любимая. — Произнёс Антон перебивая монолог Олиты и подавшись вперёд, прижался своими губами к губам Олиты.

Креуса не сопротивлялась.

Под воздействием, как физической усталости, так и эмоциональной, Антон уснул сразу же, едва сел на свою спальную платформу, даже не дождавшись еды, которую ему ушла приготовить Олита.

Антон открыл глаза. Было сумеречно. Он лежал, хотя не помнил, чтобы ложился.

Выходит, что капитан Дефор Фригг намеренно бросил меня на Эстерране. Замелькали у Антона мысли досады. Несомненно хотел от меня избавиться. Какую цель он преследовал? Надеялся, что сам станет адмиралом. Несомненно. Он погримасничал губами. Но, однозначно, ему нужна поддержка. Значит Ксан Дерр с ним заодно. А штаб флота? Примет мою смерть, как должное: искали, но не нашли. Что ж Дефор Фригг, посмотрим друг другу в глаза после моего возвращения. Нужно обязательно выяснить, что произошло с Мак Коббом. Его преданность своему долгу достойна уважения. Не мог он бросить меня. Что-то произошло там, куда он ушёл Если только… Антон прищурился. Несомненно, когда я был ранен и возможно умирал, разум адмирала Урана Крааса покинул мой мозг и перебрался в голову одного из эстерров. Мак Кобб почувствовал это и несомненно, направился на Эстеррану, чтобы попытаться найти нового носителя разума бывшего адмирала, чтобы с его помощью попытаться вернуть мне память. Его поступок достоин такого же уважения, как и его преданность. Нашёл или нет? Значит он чувствовал присутствие у меня в голове разума не просто трака, а разума бывшего адмирала, но никому не говорил об этом. Или всё же сказал? Загадка!

Резким движением Антон сел, поморщившись от возникшей в спине боли и едва не сбил стоящий перед спальной платформой табурет, на котором стояла большая тарелка с какой-то едой, которую, видимо, Олита приготовила для него после его возвращения, но застав его уже спящим, оставила её на табурете, рассчитывая, что когда Антон проснётся, то съест её. Отставив табурет в сторону, Антон, уже аккуратно, поднялся и направился в санационную пантеона, приводить себя в порядок: предстояла большая работа по изучению управления грузовым кораблём шхертов. Хотя он и знал что-то из управления кораблей шхертов из информационного поля, некогда оставленном ему разумом бывшего адмирала, но на практике ещё ни разу не управлял ни одним из кораблей враждебной цивилизации.

Приведя себя в порядок и вернувшись к своей спальной платформе, он взял несколько плодов с тарелки и направился к выходу: намереваясь незамедлительно приступить к изучению управления грузовым кораблём. К его удивлению, Олита уже была снаружи и подняв голову, вертела ею, непонятно что пытаясь высмотреть в небе, звёзды на котором уже погасли, но Мирана ещё не появилась из-за горизонта, хотя и обозначила сочной розовой зарёй свой восход.

— Ты чем-то встревожена? — Поинтересовался Антон, останавливаясь рядом с ней и тоже устремляя взгляд в небо.

— Мне будто послышался гул. — Заговорила Олита, опуская голову и переводя взгляд на Антона. — Такой звук издавали корабли, на которых спускались с неба таты. Я испугалась и вышла узнать, так ли это. Я очень боюсь их возвращения. — Она, вдруг, шагнула к Антону и обняв его, прижалась к нему.

— Уверен! Они больше никогда не вернутся. — Антон провёл свободной от фруктов рукой, по волосам Олиты. — Я всё сделал, чтобы этого больше никогда не произошло. А гул мог быть от трея цивилизации траков, который должен охранять пространство Миранской системы, хотя непонятно, зачем он сходил с орбиты. Странно! — Антон передёрнул плечами, вдруг, вспомнив, что бывший адмирал намеревался уничтожить все пантеоны Креусы. — Любимая! — Антон попытался отстранить Олиту от себя и видимо, поняв его желание, она отстранилась сама. — Мы покидаем Креусу и потому, перед уходом, нам предстоит большая работа: мне — по изучению корабля шхертов, а тебе — заготовление продуктов на всю нашу семью, на весь путь от Креусы, до «Итинолле». Этот путь, по времени, не должен у нас занять более двадцати суток.

— Мы никуда не пойдём. — Громким голосом произнесла Олита, резко оттолкнувшись от Антона и сделав от него несколько шагов. — Мы уже уходили несколько раз и ни к чему хорошему это не приводило. — Она покрутила головой.

— Любимая! Есть несколько причин, по которым мы обязаны покинуть Креусу. — Антон широко улыбнулся. — Во-первых — это мой долг перед цивилизацией траков, как адмирала космического флота цивилизации, хотя… — Усмехнувшись, он покрутил головой. — Возможно, я им уже и не являюсь, но это уже вопрос второй. Во-вторых: сын вырос и ему нужно учиться. Обязательно! Он должен стать капитаном космического флота и это непременно произойдёт, как бы ты этому ни противилась, а стать им можно лишь закончив академию космического флота на Урокане. И в третьих: у меня есть долг перед цивилизацией землян: я обязан найти и вернуть на Землю её грузовой корабль.

— Нет! — Олита решительно мотнула головой, делая ещё несколько шагов назад, будто опасаясь, что Антон сейчас схватит её и насильно посадив в корабль, увезёт отсюда. — Нет и ещё раз — нет!

— Хочу есть! — Громкий детский голос, произнёсший слова на языке траков, заставил Антона и Олиту разом повернуть на него голову — между ними стоял сын — крутя головой и переводя взгляд с матери на отца и обратно: занятые выяснением отношений, они совершенно не увидели, когда он вышел из пантеона.

— Держи! — Антон шагнул к сыну и протянул ему зажатые в руке плоды и дождавшись, когда тот возьмёт их, вдруг, схватил его под плечи и взял на руки. — Ты хочешь быть капитаном космического корабля? — Произнёс Антон, медленно и чётко произнося слова на языке траков.

— Хочу! А что делает капитан? — Произнёс сын на достаточно хорошем языке траков, изрядно удивив Антона.

— Он ходит в пространстве на таких космических кораблях, которые стоят вон там. — Антон вытянул руку в сторону едва виднеющегося вдалеке грузового корабля шхертов. — Ты хочешь ходить на таком корабле среди звёзд?

— Хочу! Хочу! — Сын запрыгал на руках Антона, энергично болтая ногами, причиняя своим дёрганьем отцу чувствительную боль в спине.

— Значит вопрос решён… — Присев, Антон поставил сына и поднявшись, повернулся к Олите. — Мы уходим и больше к этому вопросу не возвращаемся. Надеюсь, что десяти дней на изучение корабля шхертов мне будет достаточно. — Повернувшись он шагнул в сторону, виднеющегося вдали, грузового корабля.

Чтобы понять и изучить управление файтага, так назывался грузовой корабль шхертов, Антону понадобилось всего лишь четверо суток, так как, поковырявшись в своей памяти, вдруг, обнаружил, что бывший адмирал оставил ему достаточно много информации о кораблях шхертов и принципах их управлением. Он, фактически, перешёл жить на грузовик.

Все эти дни Антон настойчиво пытался войти в контакт с разумом бывшего адмирала, но все его усилия были тщетны. Скорее всего разума бывшего адмирала, действительно, уже не было в его голове, так как он не чувствовал в ней, ни прежней тяжести, ни присутствия в ней какой-то непонятной, будто, вуали. В конце-концов, он окончательно утвердился в своей изначальной догадке, что даже ущербный разум бывшего адмирала смог покинуть его мозг, когда над ним висела угроза смерти, но исчез ли он навсегда, растворившись в пространстве Эстерраны или же нашёл для себя новый носитель, Антон мог лишь гадать.