Оно: всё впереди (СИ) - "Ira_Jones" - Страница 198

— Нормально всё, — буркнула та, отстраняясь от монстра и отряхивая промокшие колени. — Чего это ты обо мне печёшься?

— Я... да я просто... — клоун почувствовала сладкий запах и, опустив глаза, увидел, что из коленки Боуи идёт кровь. — Ты поранилась? Дай, посмотрю.

— Да отстань ты! — отпихнула его Гретта, максимально брезгливо дергаясь.

Но хоть девочка так себя и вела, вину почувствовал именно монстр. Он взрослый, а записал к себе во враги четырнадцатилетнюю девочку. О чём он думал? Ладно, она считает его злодеем, но он-то зачем лишний раз подначивает её? Он уже не тот клоун, который готов был вредить всем и вся, охотясь за страхом и злобой. И ведь главное — чудо, что Боуи до сих пор не пожаловалась на него своему влиятельному отцу, хотя могла и не раз. Пеннивайз выдохнул, поднимая голову в небо. Волосы намокли и вновь закрыли правый глаз. Вокруг было тихо. Ни души. Только он и она. Ещё полгода назад монстр без задней мысли отобедал бы этой блондинкой. Но не теперь.

— Ладно, слушай, ты... не думай обо мне плохо, хорошо?

Гретта, не ожидавшая такого от монстра, искренне удивилась, стирая с лица раздраженную гримасу.

— Просто, давай закончим? Я взрослый и мне не следовало постоянно подначивать тебя, — Пеннивайз переминался с ноги на ногу, пребывая в неком смятении.

— Ладно, Грей, — выдавила девочка. — Признаться, сначала я думала, что ты взял Марш только для того, чтобы вытворять с ней то же, что и её папаша. Но... видимо, я ошибалась.

Клоун улыбнулся своим фирменным оскалом, от чего собеседницу вновь передернуло.

— Пошли, отвезу тебя до дома. Не люблю дождливые вечера...

Дверь в дом Миссис Харис открылась в половине седьмого вечера. Неудачники уже проводили Матурина и вместе сидели на диване, смотря телевизор, когда монстр зашёл в гостиную. Все сразу повернулись к нему, оценивая его состояние, которое ещё утром было крайне нестабильно. Пеннивайз почуял в воздухе некое напряжение и решил первым начать диалог.

— Эм... народ. Как вы тут... без меня?

— Нормально, — без особых эмоций ответил Стен.

— Слушайте... в общем, я утром немного перегнул палку, признаю. Знаете, это мои проблемы, не волнуйтесь. Я просто перенервничал. Там в баре...

— Мы всё знаем, — прервал его Эдди, выключая телек.

— З-знаете? — сглотнул монстр.

— Да. И мы не понимаем, почему ты не сказал нам раньше! — скрестил руки Майк.

— Я... я не хотел вас пугать, ведь такие вселенские проблемы не для вас и...

— С каких пор новое знакомство стало вселенской проблемой? — вновь прервал клоуна Тойзер.

— Знакомство? — опешил Пеннивайз.

— Н-не притворяйся, — сказал Билл.

— Мы знаем, что вчера в баре ты познакомился с парнем по имени Мэт, — пояснил Бен.

Марш встала с места, подходя к клоуну, который явно был в шоковом состоянии, и притягивая его к себе, крепко обняла за плечи.

— Наконец-то ты нашёл друга! Я так горжусь тобой!

— Но... но... — только и мог выдавить Пеннивайз.

— Мы познакомились с ним. Он был тут. Сегодня днём, — продолжил Майк. — Классный парень! Даже странно, что вы подружились, учитывая, какой ты бываешь.

— Он был в доме?! — воскликнул клоун, всё ещё находясь в объятиях девочки.

— Не кричи. Да, был. Мы поболтали, он сказал, что вы разговорились в баре и познакомились, — Стен похлопал в ладоши. — Браво. Могу поздравить тебя. Теперь ты дружишь не только с детьми.

Однако Пеннивайз и не думал радоваться. Черепаха был в доме, а значит, он знает, где живет клоун с девочкой. Теперь бежать некуда и, похоже, Матурин не собирается делать ту их встречу последней. После прощания с детьми он сразу же отправил Беверли в комнату и обследовал каждый угол, куда мог забраться его космический недруг. Естественно, восстановленные цветы были обнаружены, как и постиранная одежда, которую клоун, в приступе гнева едва не разорвал. Одно радовало — неудачники ничего не поняли. Но если они не знают, кем в действительности является Черепаха, значит, тот сам не захотел этого.

Пеннивайз присел над вылеченными цветами, дотрагиваясь до фиолетовых лепестков.

— Что ты задумал? — спросил он пустоту, естественно не ожидая, что Матурин ему ответит.

Искать его всё равно нет смысла, а потому остаётся только ждать. Но монстру совсем не нравилось, что он начал контактировать с детьми, да ещё и за его спиной. Мало ли что? Ему не хотелось, чтобы неудачники вновь сталкивались с космическими проблемами. Для простых людей они и так уже достаточно настрадались.

Беверли тем временем сидела в комнате на подоконнике, докуривая свою законную третью сигарету и слушая музыку. Она даже не услышала, как монстр зашёл внутрь и узрел её «медитацию». Но Пеннивайз хотел убедиться, что Мэт ничего не трогал в её комнате и вроде бы, всё лежало на своих местах. Монстр подошёл к девочке, и только, когда большая ладонь легла на её плечо, Марш обернулась, слегка вздрагивая от неожиданности.

— Серьезно, тебе надо колокольчик повесить, — усмехнулась она, отодвигаясь на край подоконника, дабы клоун тоже уместился.

— Бев, слушай, я знаю, что не особо разбираюсь в вещах касательно воспитания... но зачем ты сказала тому парню, где живёшь?

— А? Ты про Мэта, что ли? — дошло до неудачницы. — Ну, он сказал, что знает тебя, назвал твоё имя.

— Ладно, ладно, я понял, но всё же. Никогда не говорил незнакомым людям свой адрес, понимаешь? Это опасно. И уж тем более не приводи их в дом, когда меня нет. Ты не знаешь этого человека, вдруг он окажется... кем-то ещё.

Пеннивайз отлично знал, о чём говорил. Сколько раз он под видом дружелюбного клоуна напрашивался к детям в гости или даже на их дни рождения. Малыши с удовольствием приглашали его к себе, даже не зная, что буквально зазывают свою собственную смерть. А монстр пользовался их доверием снова и снова. Но теперь он понимал, что помимо него зла в мире и так хватает. Был бы это не Матурин, а кто-то другой, кто знает, чем бы дело кончилось? Психопатов, убийц, насильников и прочих на планете много. Ты можешь жить с ними по соседству, ходить в одно кафе или даже жить под одной крышей, не догадываясь, что скрывается за маской дружелюбия. Одно дело, когда Джорджи пускал его в свой дом, заранее зная, кто он такой, и совсем другое, когда четырнадцатилетние ребята дружно соглашаются проводить к себе совершенно незнакомого парня, и дело даже не в том, что это всесильная космическая сущность.

— Он нормальный. Вежливый и милый. Мы здорово поболтали...

— Бев, я прошу, — перебил её клоун. — В этом мире очень, очень, очень много плохих людей, и я не хочу, чтобы кто-то из вас сталкивался с ними, понимаешь? Остальным тоже передай.

— Х-хорошо. Если тебя это волнует... — уже менее уверенно пожала плечами девочка.

Пеннивайз достал из пачки сигарету, зажал её в зубах и прикурил. Беверли же, наоборот, вытащила свою и потушила о край подоконника. Дождь уже кончился, и ночное небо усеяли звёзды. Они все ярко мигали в высоте и казались недосягаемыми. Марш даже не верилось, что монстр родом оттуда. Из далекого космоса, где нет ни детей, ни взрослых, ни ответственности. Там всё иначе. Там мёртвые огни.

— Миссис Кол тебя в школу вызывает.

— Ч-чего?! — сигарета выпала у него изо рта и полетела вниз из открытого настежь окна.

====== Глава 48: Б – значит Бауэрсы ======

Семья. В этом слове смысла больше, чем кажется. Семья — это социальный институт, базовая ячейка и самое первое окружение. Для кого-то семья означает совместные игры по вечерам после ужина, поездки на летние каникулы, горячую кашу на завтрак, утренние совместные молитвы, заботу о каждом твоём шаге, даже элементарное «доброе утро». Но не для Генри Бауэрса.