Честь и предательство - Маккуин Дональд - Страница 102

— Думаю, он сам это знает, но я напомню ему, если встречу. Да пребудет с вами свет.

Бендил жестом подозвал своих людей.

— Пора открывать скачки, — сказал он. — Всем участникам занять места на дорожках.

Шесть ныряльщиков разбились по парам и исчезли в зарослях кустарника. Они вернулись с длинными сумками, открыли их и извлекли загадочную мешанину из стержней, ткани и проволоки. Лихорадочно орудуя инструментами, они собрали крохотные микропланы. На верхних плоскостях крыльев поблескивали обсидианово-черные диски солнечных батарей. В промежутке между двумя трубами, образовавшими хвостовой отсек, размещались продолговатые топливные элементы.

Вновь углубившись в кусты, ныряльщики принесли сорокалитровые пищевые контейнеры. За полупрозрачным пластиком плескалась жидкость. Каждый микроплан нес на себе четыре контейнера, подвешенные на крюках под крыльями.

Напутствие Бендила было кратким и энергичным.

— Если вас заметят с электромобилей, вам конец. От лунных ос эти штуки не защищают. Летите в обход, заходите с тыла. Действуйте агрессивно; Стрелки и ребята из звена Малых судов надеются на вас. У вас есть только одна попытка; повторять атаку запрещаю. Прилетели и улетели. Вернувшись сюда, прячьтесь.

— А сами вы что будете делать, шеф? — спросил один из ныряльщиков.

— Я устрою диверсию.

Боец поморщился:

— Вот как? И что же именно? Не нравится мне все это.

— Когда вернешься, получишь взыскание. А теперь действуйте.

Ныряльщики нехотя расселись по микропланам, беспокойно оглядываясь на Бендила. Тот буравил их свирепым взором.

Один боец занимал левое сиденье, второй бежал справа, толкая микроплан и помогая ему набрать взлетную скорость. Как только бегун запрыгивал на свое место, крохотный самолетик проседал к земле, угрожающе кренясь. Тем не менее все три машины поднялись в воздух. Бендил смотрел вслед самолетам, которые петляли между деревьями, снижая тягу и направляясь к побережью.

Бендил бросился вверх по склону, перебегая от укрытия к укрытию, постепенно сворачивая к холму между стоянкой машин противника и гребнем горы. Выбрав один из электромобилей, он приблизился к нему в тот самый миг, когда микропланы развернулись и полетели ему навстречу.

Бендил начал подкрадываться к донианцу, вольготно раскинувшимуся в пилотском кресле, не спуская при этом глаз с двух офицеров, лежавших на горной гряде. Бендил знал, что один из них — Мандро Та. Прячась за кустарником, опытный десантник подполз к машине вплотную. Он метнулся к борту электромобиля и распахнул дверцу. Пилот не успел даже изумиться. Одним могучим, плавным движением Бендил свернул ему шею. Мгновение спустя он уже сидел за штурвалом, нажимая кнопки. В соседнем кресле лежал плазган пилота.

Электромобиль с ревом преодолел пологий подъем. Та и Абак разом повернули лица на звук. Основная сила столкновения пришлась на долю полковника. Его изувеченное тело опрокинуло Мандро Та, и тот покатился, беспомощно размахивая руками.

Электромобиль тут же оказался под прицелом ракетомета. Бендил бросил машину вправо, выставив в окошко плазган. Разряд угодил в блок питания орудия. Энергия взрыва развернула электромобиль в воздухе и швырнула его вниз, в сторону набитых донианцами грузовиков, которые уже начинали взлетать. Бендил едва успел выровнять машину, не дав ей врезаться в ближайшую колонну. Он раз за разом нажимал спусковой крючок плазгана, пролетая над грузовиками так близко, что ему были видны лица его жертв.

К этому времени противник открыл ответный огонь. В воцарившейся сумятице грузовики сталкивались друг с другом. Краешком глаза Бендил заметил необычную вспышку. В тот же миг электромобиль вздрогнул и скользнул в сторону. Колено десантника вмялось в дверцу. Он напряг все силы, пытаясь обуздать машину. От напряжения у него закружилась голова, к горлу подступила тошнота. В колене возникла мучительная боль. Сквозь дыры, пробитые в обеих дверцах снарядом ракетомета, с воем задувал ветер. Струя воздуха подхватила фонтанирующую кровь, взбивая ее бурлящей алой пеной.

Издав безумный отчаянный вопль, Бендил ударил лучом плазгана по скоплению искореженных, смятых грузовиков. Спусковой крючок заклинило, и разряды вырывались сплошным огненным потоком. Бендил направил электромобиль в гущу машин противника.

Ныряльщики с высоты смотрели, как гибнет их командир. Микропланы, словно хрупкие игрушки незамеченными парили над адским котлом, сбрасывая вниз чистый спирт. Некоторые грузовики уже горели. Пламя с поразительной легкостью перекидывалось на другие машины, поджигая их.

В считанные секунды безупречно организованное наступление донианцев превратилось в беспорядочный хаос.

Ракетометы без труда нащупали в небе микропланы. Мягко вздрогнув, будто мотыльки, они ломались и, кружа, падали в самую гущу огня, словно притянутые неведомой силой.

Лэннет отвернулся от трупов, лежавших рядами в помещении, примыкавшем к госпиталю. Посмотрев ему в лицо, Уондро сказал:

— Не надо было вам приходить сюда, капитан. Идемте; вы нужны раненым больше, чем мертвым.

— Я не мог не прийти. Память — это очень важно, понимаете? Мы должны помнить. — Фельдшер прикоснулся к его локтю, и Лэннет вздрогнул всем телом. Выражение его лица не изменилось; он не произнес ни звука. Тем не менее, фельдшер отпрянул назад, словно обжегшись. Едва Лэннет двинулся прочь, он с облегчением вздохнул. Они уже входили к раненым, когда Лэннета вызвал Ялунда.

— Мы возвращались в свой сектор. Гвардейцы напали на нас из бокового туннеля. Не знаю, сколько их. Мы… — коммуникатор умолк.

Лэннет закричал в микрофон. Из аппарата послышался другой голос, с изнеможением произнося слова:

— Лейтенант убит. Нас осталось десять. Вокруг толпы гвардейцев. Некоторые направились к второму отделению. — Раздался высокий скрежещущий звук. Огонек, показывавший на карте Лэннета расположение отделения Ялунды, угас.

Скованный напряжением, Лэннет едва сумел подавить желание тут же отправиться к месту происшествия. Ему было необходимо подумать. Если гвардейцы, преследуя остатки третьего отделения, ворвутся в госпиталь… Он застонал и закрыл глаза, вспоминая схему туннелей. Вызвав Касида, он воспроизвел ему последнее сообщение и велел заблокировать все туннели, ведущие к позициям второго отделения. Потом он связался с Бэзилом и потребовал доложить обстановку.

Голос Бэзила звучал так, словно он постарел на много лет.

— Ракетомет сдерживает их. Мы не можем продвигаться вперед. По-моему, часть гвардейцев отправились вслед за Ялундой. Вслед за третьим отделением.

Лэннет выключил коммуникатор и сказал раненым:

— Мне нужны все, кто может драться. Оружие возьмите у дверей. Идемте.

На его призыв откликнулись все, кто мог подняться, ходить, нажимать спусковой крючок. Те, кто были полностью выведены из строя, плакали. Пока добровольцы разбирали оружие и настраивали очки, Лэннет сказал Уондро:

— Вооружите всех, кто может хотя бы шевелиться. — Фельдшер с молчаливой мольбой смотрел на него, и Лэннет добавил: — Я не хочу, чтобы их перерезали, как беспомощный скот. Людям нужно дать возможность защищаться. Проследите за этим.

Он повел двенадцать калек в туннель, приказав Касиду подготовить первое отделение к обороне последней позиции у госпиталя.

— Ни второго, ни третьего отделений больше не существует, Кас, — сказал он. — Я приведу всех, кто еще может сражаться.

Люди Бэзила вели бой на пересечении главного туннеля с боковым штреком. Судя по последнему сообщению Ялунды, его люди находились за этой точкой. Собравшись с мыслями, Лэннет вспомнил, что боковой ход через хитросплетение туннелей вел к входу в подземелье, расположенному под командным пунктом. Именно там атакующие проникли внутрь, тесня отступающее третье отделение.

Группа гвардейцев, до сих пор находившаяся в резерве, исследовала туннели, ища проход.

Лэннету предстояло дать им отпор. В его распоряжении было всего двенадцать раненых.