Знамена из Пепла (СИ) - Шкиль Виктория - Страница 55

***

Был самый зной, потому окна в комнате чародейки были распахнуты настежь. Залетающий с улицы ветерок приносил гнусную вонь сточной канавы. На подоконнике в вазе, благоухали свежие листья мяты.

Сама комната напоминала мастерскую книжника. На столе, на стульях и скамейке, на полу и тахте лежали разложенные жёлтые пергаментные листы в которых легко узнавалась амаэльская летопись. Волшебница перебирала пожелтевшие листы летописи, изучала содержимое и раскладывая их по порядку. В этом ей помогали два гвармола.

— Я думала, вы отложите разговор до завтра,— волшебница отложила в сторону листы.

— Ожидание — худшая вещь из известного мне,— ответил ей Феранор.— Не люблю что-то затягивать. Впрочем, если я не вовремя, то…

— Можете остаться,— разрешила Даемара.— Я как раз занимаюсь летописью.

Вы не слишком-то бережно с ней обращались. На одном листе отсутствует часть текста, а то, что осталось — не читаемо из-за крови.

— Там был бой,— быстро оправдался Феранор.

— Понятно,— волшебница слегка прищурила зелёные глаза.— Оставьте нас.

Последняя фраза предназначалась гвармолам. Оба уродца в то же мгновенье исчезли.

— Где Каэльдар?

— Я знала, что спросите,— она стянула с рук тонкие шёлковые перчатки, небрежно бросила их на стол.— Вас не было больше месяца, а у меня было срочное поручение, которое я могла доверить лишь кому-то из командиров. Гвендияр командовал охраной и мой выбор пал на единственного, кто сидел без дела.

— Он сидел не без дела, а под арестом,— поправил капитан ворчливо.

— Вы сердитесь?

— Нет,— сказал Феранор почти не соврав, поджал губы, немного помедлил.— Полагаю, я вряд ли узнаю какое-такое важное поручение выполняет мой знаменосец, но хочу верить, что оно довольно серьёзно.

— Правильно полагаете,— Даемара взглянула на него из-под чёрных ресниц.— Это не от недоверия к вам. Чем меньше вы знаете, тем лучше выполните свою работу. Теперь поговорим о вас. Присядьте, хеир, мой рассказ будет долгим...

Рассказ и правда получился долгим и обстоятельным. Феранор без удивления восприняв новость о принадлежности напавших на него в Фарродене убийц к Эрандилам. Несостоявшийся тесть обещал ему неприятности. Правда, как-то не вязалось это с его уровнем, скорее здесь постарался сын Эрандила. Как там его звали… Тайлас, кажется…

Даемара перешла ко второй части рассказа. Вероятно, что-то промелькнуло в его взгляде, потому что волшебница вдруг замолчала.

— Продолжайте, хейри,— напряжённо подбодрил он её.— В Эльвеноре меня закуют в цепи. Интересно знать, почему.

— Вы, в Приграничье, счастливы, раз не знаете, что интриги внутри Домов безжалостнее, чем между Домами,— мягко сказала она.— Вы влезли в них, объявив о желании претендовать на большее чем готовы вам дать. С вами расправились, изгнали без права вернуться.

Он не ответил, смотрел на неё, кусая губу.

— Вы знаете кто такой лорд Диран?— спросила она, дав ему время подумать.— Диран лорд Иллинол.

— Хранитель Покоя.

— И глава моего Дома. Наш Дом презирают, зовут не «волками», а цепными псами за ту работу, что мы делаем для «фениксов». Однако это не уменьшает положение лорда Иллинола. Он один из самых влиятельных эльдар после самой Владычицы.

— К чему вы это говорите?

— К тому, что наш Дом тоже изгнанник, но сейчас об этом никто не вспоминает. А всё благодаря уму лорда Дирана…

Её прервал истошный прерывистый вопль, донёсшийся с улицы — так орать мог только осёл, которого тянут за хвост. Феранор посмотрел в окно. Его предположение оказалось верным. У края сточной канавы топтался нагружённый корзинами осёл. Он орал и упирался всеми четырьмя ногами, а мальчик бедин, в чалме и грязных шароварах, тянул за повод, безуспешно пытаясь сдвинуть упрямое существо с места.

— Это сын солевара,— сказала, выглянув в окно, Даемара.— Каждый день в одно и то же время возит на рынок товар.

Она хмыкнула, метнула на Феранора быстрый взгляд из-под чёрных ресниц.

— Мальчик, корзины, осёл… как думаете, капитан, что для солевара здесь самое ценное?

— Корзины,— предположил капитан.

— Ошибаетесь,— Даемара мимолётно улыбнулась.— Ослик! Этот неказистый зверёк с заячьими ушками и смешным хвостом с кисточкой. Он возит те семь пудов[2] соли, которые мальчишка продаёт за шесть сотен номисм медью — это меньше одной нашей луны,[3] но для семьи солевара — огромные деньги. Осёл может показывать свой упрямый норов сколько захочет — мальчик не тронет его пальцем. Если с ним что-то случится, эти семь пудов таскать будет некому. Чтобы купить нового, солевару придётся продать и жену и сына. Как видите, самая неказистая роль оказывается самой незаменимой.

— Надо понимать, в нашей истории вы — солевар?

— Снова ошибаетесь. Солевар в этой истории только лорд Диран и своих осликов он никому в обиду не даст.

— Вы — шпионка, верно?

— В некотором роде...— волшебница мимолётно поморщилась, словно куснула лимон.— Но не называй меня так. Я не люблю этого слова. От него за ланготэ несёт подлостью, подкупом и изменой.

— А разве это неправда?

— В отношении меня — нет. Я не даю клятв, которые мне пришлось бы нарушить, не соблазнялась золотом.

— Но подкупаете других! — уличил Феранор.— Как, например, меня.

— Если кто-то желает продать секрет, то где позор, если мой кошелёк оказывается рядом? И разве я вас толкаю к измене? Совсем нет!

— Простите мою солдатскую прямоту,— с чувством произнёс капитан, поднимаясь с кресла.— Но я не верю в то, что копаясь в дерьме можно сохранить непорочную чистоту белых перчаток. Не знаю, для каких целей вы пытаетесь меня обмануть, но со мной это не пройдёт. Во-первых, Сандар мой друг и не станет мне лгать. Во-вторых, я сам видел печать на указе! И, в-третьих, я не поверю, что лорд Эрандил настолько бесстыден, что вмешает политику Эльвенора в свои семейные проблемы.

— Вы не верите и не доверяете мне,— вздохнулаона, тоже вынужденно поднимаясь. — А ведь я искренне хочу помочь! Вы топчитесь по моему самолюбию, вместо того чтоб взять за труд и немного подумать. Для Высоких Лордов дела семьи неотделимы от Эльвенора. А Сандар… Допускаю, что он вполне искренен, в своих обещаниях и может не знать всей правды, но догадываться должен. Не верите мне — проверьте его. В порту у причала стоит торговец под флагом лорда Беренеля. Попросите отпустить вас домой на этом корабле.

— Всего хорошего, хейри!

***

Бани Таллаки Феранору понравились. Очень даже весьма. Внутри чисто. Светло. Несколько бассейнов с горячей и холодной водой; стены покрыты росписями и картинами; на полу мозаичная плитка; под потолком клетки с певчими птицами. А главное кругом красивые рабыни, массажистки и мойщицы, а не просто опоясанный фартуком банщик!

Сандар встретил их в зале с бассейном в банном полотенце вокруг бёдер. Стоит ли говорить, что кроме полотенца на нём не было ничего?

На низком каменном столике стояли подносы с фруктами и сладостями, манили запотевшими боками высокие кувшины с вином.

— Рад видеть тебя, мой друг! — он заключил Феранора в объятия, дыхнул в лицо неописуемым амбрэ из винного перегара и кальянных смесей.— А это с тобой самые отличившиеся или…

— Это все,— весомо сказал Феранор.— Кроме Агаолайта. Он не захотел приходить.

— Вот же не думал, что его семейка столь злопамятна! Впрочем, не обращай внимания на наши дрязги. Лучше представь же мне своих героев!

— Дайгон льен’Касстар из Дома «Лунного Волка»

Улан шагнул вперёд, поклонился.

— Бальфур… э-э.. гхм…

— Бальфур Лелинталь,— пришёл Бальфур на помощь.— Сын главного закупщика вина для стола лорда Беренеля.

Он поклонился. Очень изящно и учтиво, будто находился перед троном Владычицы.

— Ты кажешься мне знакомым! — посол присмотрелся к нему, смешно наморщив лоб и прищурив глаза.— Мы, случаем, не встречались?

— Возможно, хеир видел меня на корабле,— спокойно ответил Бальфур.— Или на страже.