Злой Орк (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 32

— Урды прошлись по курганам, — сообщила она. — Нашли эльфийских некромантов.

— Вот как? — не сдержал удивления я. — Я думал…

— Верность Орде превыше клановой вражды, Тор’грамм. Хана-аппи решила вернуться в Степь. Орда будет ждать, когда наступит подходящий момент для начала наших сражений.

— Почему?

— Люди собирают войска. Армия готовится пройти по Степи, чтобы ударить по эльфам с этой стороны. Вместе с тем свободные города зажмут лес со своей стороны.

Я кивнул, принимая к сведению. Местную карту я еще не видел, но и так понятно, что между Степью и свободными городами, то есть, игровыми локациями, где обретается большая часть игроков, лежит как минимум одно королевство. И, думаю, там такая же хардкорная локация для расы людей, как и Степь для орков. Именно это королевство выйдет со своей территории и будет зажимать ушастых.

— Эльфы убили одного из королей, тем самым объявив войну людям, — продолжила Кри’зара. — Не знаю, чем они думали, но сейчас полмира выступят с оружием против них. Эльфийские города очень богаты, и войска очень быстро начнут делить добычу. Раньше, чем достигнут столицы. Хана-аппи ожидает, что союзники развяжут войну друг с другом за право получить города и…

Значит, королевств все же несколько. Учтем.

— Почему мы уходим?

— Это не наша война.

— Орки созданы для войны, — возразил я. — Разве не у нас лучшие бойцы на всем свете? Разве мы трусы, чтобы прятаться в степи, пока здесь будут кипеть сражения?

Шаманка усмехнулась.

— Все верно. Но нападать просто для того, чтобы нападать, Орда не станет. А те кланы, что ввяжутся в войну людей и эльфов, будут наказаны. Никто не вправе нарушать приказ хана-аппи. Курганы были способом привязать нас к границе. Орда бы не пропустила человеческую армию, началось бы сражение, где мы потеряли бы часть воинов, ослабили людей. И эльфы встретили их не только подготовленными, но и полными сил, выставив свою армию против израненных людей.

— Нихрена себе, хитрая стратегия, — выдохнул я. — Тогда чем ты так недовольна? Мы уходим домой, ты станешь сильнее, займешь достойное место. В чем проблема?

— Орда готовится к войне, Тор’грамм. И как только короли отправят свои армии прочь от границ, орки пойдут в Большой Поход. Мы знаем Степь, сможем наносить удары и тут же исчезать.

— Ты же сказала, никто не полезет в разборки эльфов и людей.

— Все верно. Мы не выступим на сторону людей или эльфов. Хана-аппи дождется, когда города останутся без охраны, и поведет Орду в бой, чтобы сравнять беззащитный север с землей. Так мать докажет, что ей еще рано покидать кресло хана-аппи. Никто не станет перечить ей, если орки вернутся с богатой добычей и славой. Мать получит еще несколько лет на троне, и никто не посмеет бросить ей вызов — она снова докажет, что под ее рукой Орда непобедима и сильна.

— Так это же хорошо.

— Это плохо! — рубанула она воздух ладонью. — Это не наша война, но мать заставит нас умирать на стенах людских городов, сражаться за чужую землю и гибнуть в северных болотах. Ты не знаешь, насколько многочисленны северные герои и насколько сильны. Один такой стоит половины нашего клана, а если Орда сунется на их территорию…

Значит, приближается глобальный ивент. Игроки эльфы будут биться с людьми. Люди будут биться с орками и эльфами. Интересно, сколько в Нойлэнде еще популярных рас имеется? Глобальный конфликт должен втянуть всех без исключения, чтобы каждому игроку перепало от участия в сражениях. Рядовое, в общем-то, развлечение, волноваться не о чем.

Было бы, поправил я себя, если бы мне не прописали роль наложника Кри’зары. Значит, как минимум, придется защищать шаманку. Или я перегибаю, и мне просто нужно играть, не оглядываясь на сюжетные события?

Почесав пальцем подбородок, я кивнул.

— Среди орков тоже есть свои герои.

— Большинство — изгои. Те, от кого Орда отказалась. И они встанут на защиту свободных городов и пойдут за золото воевать с собственным народом. Только за эту неделю благодаря политике хана-аппи мы выгнали больше двухсот собратьев. А сколько их было за последние годы?

Выходит, это не программная заплатка, а еще одна грань сюжетного развития? Матриарх приняла такой закон, сливая игроков в другие фракции, а теперь Орда получит от бывших отщепенцев по морде. И получит так, что вряд ли вскоре найдется кто-то, кому можно будет поручить расовую сюжетку.

— Ты не поощряешь решение изгонять недостойных? — уточнил я, устало потирая переносицу.

— Духи не просто так возвращают их к жизни, орк. Духи ничего не делают просто так. Никогда. А хана-аппи вот уже двадцать лет выгоняет всех, кто вернулся после смерти, прочь. Вместо того чтобы слушать Духов и выполнять наше предназначение, мы избавляемся от собственных братьев и сестер.

— И что?

— Ты не видишь дальше собственного носа, Тор’грамм? — зашипела шаманка. — Мы двадцать лет избавляемся от всех, кого охраняют Духи. Они живут вне Орды, учатся вне Орды и растут вне Орды. Как думаешь, что им дороже — свободные города, где изгои превращаются в народных героев, или ослабленная недальновидной политикой Орда, что отказалась принять своих детей?

Вот оно. Вот причина, по которой мне нужно встать на место предка, а Кри’заре вознестись до ранга хана-аппи. Матриарх ведет Орду к уничтожению. Культ силы, воинской доблести — все это хрень. Фракция орков стремительно вымирает, игроки уходят, не заинтересованные слишком сложными условиями. Нет смысла надрывать зад, не имея права на ошибку, когда в паре километров от тебя остальной мир играет в свое удовольствие. Правило одной смерти — слишком жестокое для игры, где рядовой игрок умирает тысячи раз.

Разработчики молодцы, я снова готов их похвалить. Хана-аппи создала условия, когда орки вынуждены сражаться не на жизнь, а на смерть. Это позволило создать сильную фракцию, не боящуюся смерти. Но пока остальной мир открывает оступившимся двери, шансов у расы затворников не будет. Возможно, когда-то это правило приносило плоды, но сейчас…

С другой стороны, у нас есть время подготовиться. А раз так — переживать не о чем. До тех пор, пока Орда будет сидеть на своих землях, мне нужно успеть прокачаться самому и поднять репутацию Кри’зары.

И вот тогда я сам стану не просто каким-то кукловодом среди закоснелых НПС, под моей рукой будут сотни игроков. Вот это я понимаю — веселье! А пока мне нужен четкий план, информация и время.

Черт возьми, это будет самый плодотворный отпуск, что у меня когда-либо был. И мне чертовски интересно попробовать, это гораздо веселее, чем таскаться в Яму, где на втором кругу становится скучно до зевоты.

А, значит, нас ждут приключения. Много приключений. Хана-аппи поведет из Степи не ту армию, что собралась у курганов. Если она хочет участвовать в войне полноценно, с места сорвут как можно больше молодняка. А ему нужно время, чтобы подрасти и окрепнуть. В лагере нет детей и подростков, по легенде тут только переступившие порог совершеннолетия, как я, например. Те, кто младше, остались на землях кланов. И, чтобы повысить выживание Орды, они будут мобилизованы.

— Сколько времени у нас есть? — спросил я, желая начать составление грандиозного плана «Как стать верховным вождем».

— Полтора месяца, Тор’грамм. Через полтора месяца люди пересекут границу, пройдут через Степь и возьмут эльфов в кольцо.

И моя программа рассчитана на этот же срок. Отлично! Либо во главе Орды встанет моя шаманка, либо Орда пойдет в самоубийственную атаку. Вот только я этого не увижу, так как если проиграю — в Орде мне уже не бывать.

По ту сторону шатра начался шум. Подхватив секиру, я выглянул в щель между кусками шкур.

Мои сокланы таскали здоровенные бочки. У каждого костра ставили по одной, вколачивали кран и подставляли сосуды — у кого кружка, у кого рог. Самые отчаянные совали миски.

Живем, как свиньи какие, подумал я, наблюдая за весело проводящими время сокланами.

— Что там? — не сдвигаясь с места, спросила Кри’зара.