Злой Орк (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 33

— Массовая попойка, — не отвлекаясь от наблюдения, ответил я. — Откуда столько вина?

Она прошуршала за спиной шкурами, ее маленькая ладошка легла мне на плечо, полог сдвинулся, и мы вместе выдохнули. Орчанка указала мне на бредущего по лагерю клана Тор матриарха Урдов в окружении пяти бойцов.

— Кажется, они выбрали мир, — прошептала шаманка, и тут же отпрянула. — Мне нужно привести себя в порядок, Тор’грамм. Выйди и задержи их на пять минут.

Задержать матриарха? Лихо.

Но спорить я не стал, вышел наружу. Прохладный ночной воздух уже наполнился кислым привкусом. Сколько бочек выкатили для примирения Урды, если вся территория Торов воняет, как самая дешевая забегаловка? Может, потому у них и воинов нет хороших, одни виноделы остались?

Мой взгляд скользнул по приближающейся шаманке. Лет тридцать, лысая голова, маленькие клыки, свободные шелковые одежды. На пальцах и шее блестят золотые украшения с крупными камнями. Взгляд высокомерный и расчетливый. Это не чародейка, разговаривающая с Духами, а королева на прогулке.

И тем смешнее выглядят ее телохранители. В потертой коже, кто-то вообще в одной повязке и сапогах. Это не гвардия хана-аппи, это сборище нищебродов. Все состояние клана уходит на цацки для этой лысой твари?

Урд’ара, матриарх клана Урд. Уровень 127.

Игрок? Я почувствовал, как нижняя челюсть медленно опускается от удивления. Такого поворота я никак не ожидал. И мы с Кри’зарой ей в подметки не годимся. Черт, да я даже не знаю, сможет ли с ней совладать кто-то из моей многочисленной родни!

Теперь становится понятно, почему нет сильных воинов. С таким уровнем они ей нахрен не упали. Если я правильно помню таблицу скиллов, на 100 уровне шаманка может призывать элементалей. Встать у нее на пути — это фактически самоубийство.

— А вот и ты, — довольно улыбнулась Урд’ара, разглядывая меня, когда ее сопровождение остановилось перед нашим шатром. — Донат и упорство. Далеко пойдешь, Тор’грамм. Не удивлена, что ты порвал ту троицу.

Голос звучал так же, каким мне показался взгляд — надменно и холодно. Вердикт в моей голове сложился всего в одно слово. Стерва. Потеря собственных подчиненных для нее — ничто. А ведь я знаю, что ее клан едва ли не самый малочисленный в Орде. Получает удовольствие от ранга и не заботится о том, чтобы этот ранг не ушел.

Я пожал плечами, раздумывая, как себя вести в присутствии чужого матриарха. Тор’рада мне приходится сестрой, с ней я могу общаться на равных. С Кри’зарой — фактически тоже. Хана-аппи согнула меня в бараний рог за нежелание поклониться. Но как реагировать на матриарха игрока? И как, черт возьми, она заняла это почетное место?

Таких тварей я повидал много по долгу службы. Шлюхи, притворяющиеся благородными девицами. Пробиваются наверх всеми законными и незаконными методами, а заняв кресло верховода, устраивают из своей жизни бесконечный карнавал роскоши и власти.

— Удивлен, что я игрок, да? — не дождавшись ответа, произнесла Урд’ара. — Наверное, сейчас думаешь, что я стерва, которой плевать на убийство ее подчиненных. Не переживай, мы еще обсудим с тобой этот вопрос. С Тор’радой я уже все обсудила, мой клан угощает вас вином, клан Тор и клан Урд больше не враги.

Я снова пожал плечами. Зачем мне это слушать? Среди Торов много игроков, не станет же она с каждым объясняться? Значит, дело в Кри’заре. Сейчас дочь хана-аппи фактически вошла в состав моего клана. Мы с Урд’арой игроки, нам придется взаимодействовать… Но я ей не верю.

— Отойди, я хочу поговорить с твоей шаманкой, — кивнула в сторону шатра матриарх Урдов.

Я не пошевелился. До конца сессии осталось совсем немного времени, и оставлять Кри’зару сейчас будет глупо. Но пока орчанка сама не скажет, что готова принять матриарха, я пропускать никого не стану.

— Может быть, мы и игроки, но это делает нас единомышленниками, — заговорил я, старательно прислушиваясь к шороху по ту сторону шкур. — Может быть, ты и матриарх, но ни к моему клану, ни к Кри’заре отношения ты не имеешь. Поэтому жди, пока она сама не позовет тебя.

Урд’ара кивнула своим сокланам. Ее сопровождающие разошлись в стороны, выпуская свою повелительницу из оцепления. В три быстрых шага лысая орчанка пересекла разделяющее нас расстояние.

И уперлась в лезвие Злой секиры. Ее взгляд ярко-фиолетовых глаз прожег бы меня насквозь, будь у нее такая возможность. Я же просто чуть толкнул ее назад, благоразумно следя, чтобы не нанести и капли урона.

— Отыгрываешь роль наложника? — усмехнулась Урд’ара. — Молодец, далеко пойдешь. Может быть, через год из тебя и вышел бы толк. Но сейчас ты угрожаешь мне, а ведь мы только заключили перемирие.

— Никакое перемирие не дает тебе права ломиться в этот шатер без приглашения.

— Ты совсем дурак? Стоит мне сейчас ткнуться об твою игрушку, система сочтет это нападением, и кто встанет на твою защиту? Нападение на шаманку — серьезное преступление, Тор’грамм. Ты же не хочешь вылететь из Орды?

— Пусть войдет, — прозвучал хрипловатый голос Кри’зары из-за полога.

Я еще несколько секунд смотрел в глаза Урд’ары, не убирая оружия. Наконец, отодвинув полог шатра, кивнул матриарху, чтобы проходила. Ее сопровождающие разом расслабились, а я в очередной раз пожалел, что не знаю уровней НПС.

Перемирие — временное, это ясно, как божий день. А еще понятно, что хана-аппи сидеть на троне осталось не долго. Если НПС и будут пресмыкаться перед старой жабой, игроку ничего не стоит вмешаться в ее болото, вызвать на бой и занять кресло повелительницы Орды. Такие, как Урд’ара, вообще не особо оглядываются на порядки и правила, они устанавливают свои.

Мы оказались в шатре втроем. Кри’зара, завернутая в костюм из отороченных белым мехом шкур, восседала в центре из четырех чаш с водой. Под левой рукой лежал бубен, под правой — полученное в гробнице Аль’Хазефа било. Взгляд моей орчанки уперся в гостью.

Матриарх Урдов встала напротив. Небрежным движением отбросила клинья юбки, устроилась на шкурах, скрестив ноги. Я замер между ними у стены шатра.

Снаружи все еще гудел, как морской прибой, шумный праздник. От одной мысли, что нашим союзником в будущих делах может стать эта лысая тварь, мои пальцы сами сжимались на рукояти заброшенной за спину секиры.

Разговор не начинался, они просто смотрели друг на друга, не шевелясь. Я даже решил, что Кри’зара зависла, не в силах выработать линию поведения, визит матриарха условно враждебного клана просто не вписался в ее программу.

— Рада, что ты согласилась встретиться, — кивнула Урд’ара. — От всего клана Урд я выражаю свою благодарность за возможность поговорить с тобой сейчас, когда остальные кланы уже уехали.

— Ты заключила перемирие с кланом Тор, — отозвалась Кри’зара.

— Заключила. Ты — свободная шаманка, Кри’зара. Ты — дочь хана-аппи. И клан, который поможет тебе возвыситься, сам поднимется вместе с тобой. Поэтому я предлагаю тебе перейти к нам.

— Я уже согласилась на помощь клана Тор.

Урд’ара улыбнулась.

— Вино, которое я раздала их людям, и которое они уже почти час пьют — отравлено. К рассвету от их клана не останется и следа. Не переживай, Тор’рада выпила его еще при мне, и как только матриарх клана Тор умрет в страшных корчах, твоя договоренность потеряет силу. Те орки, что остались в их землях, войдут в мой клан.

Я выдернул секиру из крепления и успел сделать шаг. Урд'ара даже не дернулась, а меня распластало по полу. Точно так же, как было в шатре матриарха Орды. От давления, прижавшего к земле, хрустели кости, выворачивались суставы.

Я рычал от вездесущего жжения, блуждающего по телу, и сквозь шум крови в ушах не слышал, о чем они говорили дальше. Перед глазами плавали размытые пятна, я едва удерживался в сознании.

Время игровой сессии подошло к концу. Активирован протокол автоматического отключения. Возвращайтесь, Нойлэнд ждет вас!

— Не-е-ет! — заорал я, вскакивая в реальном мире.

Конец первой части.

Часть II. Глава 1

Холодный осенний ветер ворвался в распахнутое окно, взъерошил волосы на голове, сдул листы бумаги со стола. Так и живем — карябаем закорючки на бумаге, хотя все давным-давно должно быть в цифровом формате.