На грани миров (СИ) - Нарейко Оксана - Страница 48

— О, нееет, — простонало небесное население, видя, как блестя всеми цветами радуги, отдохнувшая и заскучавшая Сущность возвращается домой. Таблички «Вакансий нет» были тот час вывешены на всех отделах, но Главного не обманешь. С доброй отеческой улыбкой он отправил Сущность в Отдел По Связям с Шаманами, Связным, естественно.

Купидоны вздохнули, достали огромную бутылку амброзии и полетели к феям, обмывать назначение и ждать новых приключений.

Терраса

Солнце согревало террасу нежно и ласково. Серый кот довольно прищурил бандитские глаза и перекатился на местечко поуютнее (по мнению кота, конечно, еще не одному человеку не удавалось до конца понять кошачью логику «уютности»).

— Ты меня кормить, вообще собираешься? — довольно грубо и развязно спросил кот у хозяйки, которая тут же, рядом с ним чистила яблоки на пирог. Глупая женщина услышала нежное мяуканье и умилилась.

— Ах ты мой хороший! Песенку мне поешь?

— Дура, есть хочу, — кот начал раздражаться.

— Знаю, милый, я тоже тебя очень люблю. Ты у меня самый лучший, самый любимый Васенька, лучше просто не бывает. — женщина положила нож и хотела взять кота на руки.

— Вот идиотка безмозглая! — возмущению кота не было предела, он когтистой лапой стукнул руку хозяйки и запрыгнул на перила. — Достала со своей любовью! Жрать давай, да не корм ваш поганый, а рыбки или мяска, курочки, молочка, сметанки! — размечтался Васенька, сидящий на такой сбалансированной диете, что впору было по помойкам лазить за нормальной жратвой. Кот смотрел на женщину недобрыми глазами и слегка шипел, намекая, что люди существа все–таки недалекие.

— Ты, наверное, поиграть хочешь? А где наша мышка? Васенька, давай поищем мышку вместе, куда ты ее закинул?

— Ох, живут же на свете такие клуши! Обедать давай, живот подвело! — Василия кормили строго по часам, гулять не пускали, помня его былые загулы и подвиги, а так же недельные отлучки. Терраса была застеклена и коту оставалось только тоскливо смотреть на такой яркий и манящий мир за окном. Он стерег моменты проветриваний и открывания окон и дверей, но хозяйка, хоть и глупая баба, всегда была настороже и несколько раз ловила его буквально за заднюю лапу, когда он уже торжествовал победу. «Воля, драки, бурные романы, помойка — это то, ради чего живет настоящий кот», так думал Василий и задумывался, почему хозяйка не может понять такой простой вещи. Он, было надеялся на хозяйкиных кавалеров, которые иногда появлялись в доме. Но, в отличие от кота, они могли сами открыть дверь и уйти навсегда на волю от душной, навязчивой и липкой заботы женщины, которая окутывала их теплой уютной паутиной, поначалу приятной, казавшейся всего лишь проявлением искренней заботы и участия, а потом липнувшей к коже, лишавшей движения и воздуха. Василий им искренне завидовал. Свою хозяйку он любил, но воля звала и не давала покоя.

И вот однажды… всегда мирное течение жизни прерывается и наступает «однажды» и мы никогда не знаем: к добру это или к худу, не обернется ли удача черной меткой и не станем ли мы счастливее после ужасных событий. Итак, однажды хозяйка мыла окна, а в дверь позвонила доставка пиццы (вредная тетка только кота кормила правильно, сама в маленьких радостях желудка себе не отказывала). Женщина, «намывшая» аппетит, шустро побежала открывать дверь. Правильно говорят, что на голодный желудок человек тупеет! Окно она оставила открытым. Василий, спавший где–то в недрах дома, вдруг почувствовал зов свободы: быстрее, вот он шанс, не упусти! И он не упустил. Серый кот пронесся по дому и выскочил в открытое окно. Хозяйка хватилась его через несколько часов, когда была съедена пицца и вымыты все окна. Кота не было нигде. Она оббежала сад, потом стала стучаться к соседям и, заливаясь слезами, спрашивала о котике. Кто сочувствовал, кто отмахивался, а пожилой вдовец, живший в конце улице усмехнулся и сказал ей: «Да куда он денется? Нагуляется и придет! Жрать захочет, прибежит. Захотелось ему погулять, зачем свободу ограничивать?» «Вы ничего не понимаете, он такой домашний, такой ранимый.» Вдовец усмехнулся и закрыл дверь. Васька пришел домой через десять дней. Голодный, ободранный, грязный и абсолютно счастливый. Хозяйка его вымыла, свозила к ветеринарам на проверку и перестала выпускать даже на террасу.

А потом случилось чудо и кота стали пускать на улицу, но это уже совсем другая история. История влюбленной женщины, сильного мужчины, рвущего паутину, как нитки и довольного кота, которого все–таки продолжили кормить сбалансированным кормом. «Нельзя получить все сразу," — подумал кот и стал наведываться в гости к вдовцу, жившему в конце улицы, который наливал коту молоко и беседовал с ним о смысле жизни.

Барсик

День у серого Барсика не задался. Прямо с утра его поймала соседка, которой Барсикова хозяйка так и сказала: «Семеновна, если тебя мыши донимают, увидишь моего серенького Барсика, хватай его и закрывай у себя, он тебе всех мышей половит», вот жадная бабка Семеновна, которая считала, что держать кота или собаку — это роскошь и закрыла Барсика у себя в кухне. «Ну, подожди, старая!» кот внимательно огляделся и стал думать, как бы сбежать. Мышей ловить он любил и умел, но только на добровольной основе, а не под прицелом бабкиного костыля. Тем более у Барсика на этот день были планы. Позавчера его любимая соседка разжилась собачьим кормом новой марки, и сильно этот корм коту полюбился. Соседка эта была чистым золотом по кошачьим меркам. Чужих котов из дома не гнала, кормила и гладила. Барсика она ласково называла «Толстенький», говорила ему, что у него очаровательные белые носочки и вообще всячески привечала.

«И это естественно," думал Барсик, глядя на себя в зеркало, «вон, какой я красивый, большой и важный, не то, что ее коты.» Котов у соседки было два: один — приблудный, маленький, черно–белый, противный и болезненный, пришел в огород к ним додыхать, а они взяли и вылечили его, второй уже был конкурент посерьезнее — чисто (или грязно, смотря по погоде) белый, тоже Барсик, сплошные мускулы и боевой характер. Сколько на него перекиси извели, промывая раны — море! Серый Барсик тоже с ним подрался как–то. Получил большую глубокую царапину, которую еле еле зализал и установил шаткий мир с белым. Корма хватало на всех, чего тогда драться? Разве что из–за черной кошечки, еще одной жилицы, но, во–первых, и не кошка она уже была после визита к ветеринарам, а во–вторых, такая пугливая, чуть что сразу писаться начинала и тихонько так кряхтеть, даже орать не могла. Дама сердца из нее получилась совсем никакая! Вот и выходило, что если, не встречаясь с белым Барсиком зайти в дом, то можно спокойно идти к миске с кормом, а потом нежиться на широком подоконнике. Тут еще Барсик отличился недавно и соседку, можно сказать, спас. Дело так было. Поставила она бульон вариться. Бульон для собак, о них попозже, да и забыла про ту кастрюлю, а она выкипать начала, залила пламя, газ в дом и пошел. Барсик в это время инспектировал кухню и сразу увидел, что дело неладно. Скорее побежал за хозяйкой, она его еще не понимала долго: и на руки брала и гладила и на любимый подоконник сажала, потом уже до нее дошло, что кот ее зовет в кухню. Прибежала, увидела, газ скорее перекрыла и чуть не расплакалась. Накормила Барсика от пуза и самолично на диван положила, спи, мол, отдыхай, заслужил. Было то это несколько дней назад, а теперь должен он в старой грязной кухне мышей ловить за «спасибо». Нет уж! А мышами как там пахло! Вкусно, ярко, мыши в бабкином домике совсем одичали от вседозволенности и даже не боялись показываться коту на глаза. Барсик прямо затосковал. И охота будет удачной и свобода манит. Свобода и воспоминание о собачьем корме победили. Кот еще раз обошел тесную кухоньку и увидел, что Семеновна форточку забыла закрыть. «Совсем памяти у старой нет," ласково и благодарно подумал Барсик и был таков.

Любимая соседка не оплошала. Миска корма дожидалась Барсика в коридоре, подоконник был свободен, но коту захотелось воздуха. Еще бы! Просидеть несколько часов в духоте! Кот вышел в огород и чинно, не пропуская ни одного волоска, вылизался, думая чем бы ему заняться теперь. Занятие подоспело само. Соседский кобель, которому не позволялось выходить в огород, вырвался на волю и несся к Барсику, пощелкивая зубками. «Ох, какими большими!» только и успел подумать кот, и изо всех своих лап побежал к ближайшему дереву. Оказалась акация с гладкой корой, на которую залезть в принципе крайне тяжело. Барсик доказал обратное. Обхватив ствол лапами, с глазами полными ужаса и тоски, смотрел он на беснующегося кобеля. Любимая соседка, дрянь такая, сначала долго смеялась, потом загнала собаку во двор и начала уговаривать Барсика спуститься. Он и рад был бы, да не мог. Ужас не отпускал и лапы отказывались повиноваться. Просидел он на дереве до вечера, осторожно спустился и быстро побежал домой. Там были выловлены все мыши, в миске был налит позапозавчерашний суп, но это был его дом, где было так все привычно и знакомо и где он был Хозяином.