На грани миров (СИ) - Нарейко Оксана - Страница 47

Так и жили они. От путешествия и тяжелого лечения, до творческого «запоя», выхода новой книги, сразу же становившейся сенсацией, больших гонораров, встреч с читателями, и потом, на некоторое время, просто спокойной и размеренной жизни.

— Костик, ты понимаешь, что когда–нибудь я не смогу тебя вылечить? — жене Татьяне, защитившей докторскую на мужниных болячках, надоело балансировать на грани. — Деньги у нас есть, память у тебя, дай Бог каждому, сиди дома, вспоминай упущенные мелочи и не испытывай судьбу.

Костик, разомлевший от домашнего уюта после сурового быта бурлаков на Волге, клятвенно обещал «завязать».

— Танюш, всего одно путешествие, — просил он через полгода. — Там безопасно, ей Богу, ну, ветрянку подхвачу, не больше.

— И куда? — жена понимала, что спорить бесполезно.

— В Даллас, хочу посмотреть, кто Кеннеди грохнул. Представляешь сенсацию?

— Угу, — сказала жена и пошла гуглить инфекционные заболевания в США в середине XX века.

Это действительно оказалось его последним путешествием. Татьяну разбудил глухой звук. Включив свет, она увидела лежащего на полу Костика с аккуратной дырочкой точно в середине лба.

Потому–то широкая общественность так до сих пор и не знает доподлинно, кто же убил Джона Кеннеди.

Третья часть Марлезонского балета, неожиданно связанная с Путешественником во времени

— Ну и что мне с тобой делать, отрыжка мироздания? — Главный полушутя, полусерьезно посмотрел на Сущность, которая невинно колыхалась в чистенькой хламиде, одновременно пытаясь стащить немного молний из напольной вазы.

— Ты задолбал всех, жалобами на тебя завален стол и они продолжают поступать.

Сущность, спрятав в складках одежды парочку весенних гроз, застенчиво потупилась.

— Все, терпение мое лопнуло! Накажу всерьез!

Сущность кокетливо и бесстрашно поглядывала на Главного и прикидывала, что бы еще интересного стащить в кабинете.

— Отправишься на Землю!

Сущность радостно заиграла всеми возможными красками, включая магический октарин.

— Нет, мой дорогой! Наказание будет — прожить земную жизнь!

Сущность обрадовалась еще больше! Это же какую заварушку можно устроить!

— Ха! — Главный не был бы Главным, если бы не читал чужие мысли. — Ты будешь заперт в сознании у обычного, ничем не примечательного человека и проведешь там ровно столько, сколько ему отмеряно. И сразу скажу, что в благословленный Бобруйск ты уже не попадешь!

Главный нахмурился, вспоминая, как улаживали там ситуацию после первого визита Сущности. Подаренный котенок оказался настоящим сокровищем, а вот пиранья сожрала всех рыбок в аквариуме, за что неожиданно была обласкана и стала настоящей звездой целого района. Ее кормили сосисками и мясом и жила бы она до сих пор, если бы тот самый белый котенок не повернул случайно (случайно ли?) ручку аквариумного термостата на отметку «40 градусов». Пиранья медленно сварилась в неаппетитную и ненажористую уху, а хозяйка Лена, войдя в комнату и увидя помутневшую воду, страшно закричала. На секунду ей показалось, что из аквариума сейчас покажется что–то невообразимо ужасное. Аквариум продали и купили Юльке малюсенького щеночка. На некоторое время семья обрела покой. Не нарушать же его ссылкой Сущности в их город?

Вот так и получилось, что сопротивляющуюся Сущность впихнули в сперматозоид, дабы он на своей шкуре познал все моменты зарождения жизни на Земле. Сущность была в ярости. Это на небе семьдесят, восемьдесят, да хоть бы и сто лет пролетают незаметно, в невинных шалостях и умных беседах за рюмочкой амброзии, а вот на Земле… Да еще в теле обычного человека, да еще просто зрителем… «Просто кошмар!» думала Сущность, а поделать ничегошеньки не могла. Сперматозоид оплодотворил яйцеклетку, та начала усердно и быстро расти, развиваться и в назначенный срок на свет появился крепенький, здоровый младенец, ничем не отличавшийся от таких же орущих и красных новорожденных. Счастливая мать назвала его Костиком. И так бы и прожил Костик–Сущность ничем не примечательную или, наоборот, интересную жизнь, если бы не два затаивших обиду Купидончика.

Сосланные в Чистилище, насмотревшиеся пакостей и гадостей, полностью разуверившиеся в роде человеческом, они постарели и ослабли, крылья больше не блестели, с мордашек сошел румянец, в глазах появилась вселенская грусть и они во второй раз решились на месть. Напросившись на ежегодный слет фей крестных, они охмурили троих особо хорошеньких, напоили их и галантно предложили проводить до дома. Феечки, пьяно хихикая, согласились. Купидончики, кружа и осыпая прелестниц комплиментами, как бы ненароком препроводили их в дом, где мирно спал новорожденный Костик и предложили им портвейна. Радужная рвота окропила младенца и все вокруг.

— Ай, как нехорошо, — пропели крылатые мстители, — надо ребеночку что–нибудь подарить в компенсацию.

Икая и с трудом подбирая слова, крестные оделили ребенка каким–то не совсем понятным даром путешествия во времени и склонности к старинным болячкам. Довольные ангелочки проводили фей до дома и полетели на небеса, наблюдать и наслаждаться.

«Дорогой дедушка, Константин Макарович!» — старательно выписывал Костик непонятные ему закорючки непослушными пальчиками. Сущность, надежно запертая в детской головенке, нашла таки лазейку, заставила годовалого младенца найти кусок бумаги и карандаш и начала нагло переписывать самое слезливое детское письмо когда–либо написанное взрослым человеком. «И пишу тебе письмо!» продолжал старательно выводить Костик, пытаясь карандаш погрызть, но строгий голос в голове велел не отвлекаться. Как ни странно, ребенок понимал каждое его слово, в отличие от родителей, говоривших непонятными шумами. Замученная младенческими воплями и беспомощностью, Сущность, решила, что уже достаточно настрадалась и пора бы ее амнистировать. Письмо одна собиралась передать с первой же оказией, благо Земля и Небо были тесно связаны. Жизнь, Смерть, Планетарные Демоны и Зубные Феи сновали туда сюда с поручениями, депешами и заданиями. Сущность справедливо полагала, что перед просьбой трогательного и беззащитного младенца мало кто устоит. Оставалось написать правильное прошение о помиловании. «А вчерась мне была выволочка," — Сущность вжилась в образ и пригорюнилась, а Костик заревел во всю мочь. Так его и нашла бабуля. С письмом в мокрой ручонке и в слезах. Она сначала не поняла что за бумажку держит дорогой внучек, потом пригляделась, прочитала, увидела карандаш в пухлой руке и перекрестилась. С тех пор она начала побаиваться Костика, а уж когда начались его путешествия во времени и совсем решила, что любимый внук — Сын Князя Мира сего.

Рыцарскому замку, куда в первый раз пропутешествовал Костик, невероятно повезло. Сущности тогда в очередной раз отказали в помиловании и она пребывала в депрессии, поэтому бедный ребенок ел из собачьих мисок и служил шутом, не в силах в одиночку бороться с грубыми и наглыми рыцарями и слугами. Сущность отыгралась в Париже. Сначала она потащила Костика смотреть на выступление знаменитой Ля Гулю, потом напоила вином (от вида абсента ее до сих пор тошнило) и, оттеснив Костиков разум, всласть поболтала с Тулуз–Лотреком, которому и доверила выбор профессионалки, лишившей Костика девственности. В борделе после этого полопался водопровод, забастовали прачки, а жрицы любви отравились несвежими устрицами. И абсолютно никто не догадался связать эти события с визитом скромного русского паренька.

С течением времени Сущность все больше и больше контролировала Костика. Она тихо и незаметно руководила его путешествиями и жизнью. И, в один прекрасный момент поняла, как она быстро и легко может вернуться домой.

Костик появился в Далласе именно в тот момент, когда прозвучали роковые выстрелы. Появился за спиной киллера. Не Ли Харви Освальда, конечно, а настоящего. Снайпер, выполнивший работу обернулся и увидел мужчину, направившего на него странный прямоугольный предмет. Киллер не живет долго, если не доверяет своим инстинктам и интуиции, поэтому несколькими секундами позже Костик повалился на траву с аккуратной дырочкой посередине лба. Снайпер аккуратно поднял упавший смартфон, засунул его в карман и быстро пошел к машине.