Узумаки Наруто и Дары Магии (СИ) - "Кицунэ Миято" - Страница 165

— «Сказки барда Бидля»? — удивилась Беллатрикс. — Душа Регулуса? Я слышала, что он исчез…

— Регулуса заманили в ловушку, и он стал инферналом, — я достал свиток. — Не пугайтесь, я вам его продемонстрирую. И я контролирую его магическими путами.

Когда я показал и вернул Регулуса в свиток, Беллатрикс не выглядела испуганной, скорее глубоко задумавшейся.

— Ужасная участь постигла малыша Рэга, — выдохнула она.

— Мы смогли выяснить, что он ни жив, ни мёртв, то есть его тело реагирует на раздражители, но душа не ушла на Авалон или перерождение, а где-то блуждает. С помощью камня мы хотим её вызволить, а с помощью ритуала… сделать что-то… в зависимости от того, что вы сможете предложить. В сказке о трёх братьях описаны три артефакта, которые мы можем использовать. Волшебный камень позволяет призывать души. Его должен достать Гонт. Также у меня есть мантия-невидимка и бузинная палочка. Вместе они создают три реликвии Смерти. Это уже проверил Сириус. Он говорит, что посредством ритуала возможно их использование в качестве жертвы. Он приготовил парочку расчётов, сказал, что могут пригодиться. Насчёт того, что я хочу использовать возрождение Гонта, Сириус не знает. Но иначе не спасти Леонидаса, он может безвозвратно измениться после слияния.

— Поэтому ты пришёл один, — прозорливо сказала Беллатрикс.

— Верно, не хотел пугать родных тем, что планирую сделать. Хотя я подстраховался и хотел бы узнать, можно ли в ритуал как-то вплести эту клятву. О том, что он не навредит нашей семье, не полезет снова всех убивать и развязывать войну…

— Ты хочешь отпустить его? — удивилась Беллатрикс.

— Вообще-то, да, каждый достоин второго шанса. У вас с Леонидасом тоже появился второй шанс. В чём-то благодаря ему.

*

«День Хель», то есть тридцать первое октября, через три недели после нашей первой встречи с Беллатрикс, был самым подходящим для ритуала возрождения, так что мы вместе с Алисой переместились к небольшой английской деревушке Литтл-Хэнглтон. Это была родина Тома Марволо Реддла-Гонта, здесь жили его родные: как мать, так и отец. Алиса была в непроницаемом плаще, чтобы Лестрейнджи не занервничали, увидев её.

— Нам к той церкви, — оглядевшись, сказала Алиса. — Там кладбище. А если пойти по этой тропке, то выйдем к их дому, там спрятан воскрешающий камень.

Через полчаса мы, почти не блуждая, нашли могилу «Том Реддл». Тут был захоронен отец Реддла-Гонта.

— Зови Лестрейнджей, — кивнула Алиса.

— Кнопер! — вызвал я эльфа, которому приказали прийти на мой вызов этой ночью.

— Кнопер здесь, мистер Поттер, — без запинки появился эльф.

— Возвращайся к хозяйке и скажи, что всё готово.

Ещё через пару минут на кладбище появились все четверо Лестрейнджей. Один из мужчин держал свёрток. Ребёнка они усыпили: для ритуала совершенно не требовалось его непосредственное участие, только близость к объекту возрождения.

— Кто это? — спросила Беллатрикс, заметив Алису.

— Мой друг поможет нам, — ответил я, доставая из свитка все куски этой «душевной мозаики», запечатанную бутылку, диадему, медальон.

— Что ж… Это всё упрощает, — пробормотала Беллатрикс. — Тем более нас стало пятеро.

Она разровняла площадку и палочкой вычертила пентаграмму. Алиса навесила на могилки вокруг магические светильники, чтобы было видней, так как луна была тонкой, как серп.

*

В конце книги про Турнир Гарри попал на это же кладбище. Но мы ничего не варили в огромном котле, да и руку не пришлось никому отрезать. Единственное, что объединяло эти ритуалы, — это место и кость отца, которую мы извлекли из могилы магически.

Насколько я понял, это требовалось для того, чтобы Реддл-Том был похож на себя, был сам собою, хотя нам для этого ещё и «кость деда» понадобилась, тот был захоронен неподалёку. Беллатрикс сказала, что по уму нужно «пепел из кости отца и волос матери», но, где захоронена Меропа Гонт, известно не было, вроде как умерла при родах где-то, так что пришлось импровизировать и привлечь другого ближайшего родственника и использовать зелье, которое принесла с собой Алиса.

Вообще подготовка к ритуалу оказалась делом кропотливым, и мы приступили к основному действу только в четыре утра.

В качестве «строительного материала» для тела пошла целая стая живых чёрных ворон, которых один из Лестрейнджей привлёк магически, и почти галлон крови дракона. У меня мелькнула шальная мысль, что мы так оживим Учиха Итачи. Потому что после прочтения первых заклинаний эта стая ворон начала трансформироваться и превращаться в мужчину. У Итачи в его особой технике иллюзии бывало то же самое.

Пентаграмма, по которой была распределена драконья кровь, налилась красноватым светом. Я ощутил, как из меня начала выкачиваться магия, вливаясь в фигуру. Затем закричал ребёнок, а предметы-крестражи засветились и поднялись в воздух. Алиса, стоящая рядом, слегка выгнулась. Я видел, что она что-то делает чакрой, и от неё метнулась чёрная тень, которая влетела в мужской силуэт в центре пентаграммы.

Силуэт, словно колдоснимок, проявляющийся в зельях, становился чётче. Появилось бледное лицо, волосы, глаза, нос, рот, ямочка на широком подбородке. Ещё через несколько минут перед нами предстал высокий худой мужчина в чёрной мантии. По возрасту я бы дал ему лет сорок. Породистое лицо можно было назвать мужественным и красивым.

Я думал, может быть, случится то, что произошло со мной в Министерстве Магии у Арки Смерти, но ритуал прошёл без подобных спецэффектов. Всё закончилось. Пентаграмма почти перестала светиться. А медальон, бутыль и диадема упали на землю. В магическом зрении я видел, что они уже не являются крестражами.

— Непреложные обеты, Марволо, — вскинула палочку Алиса, когда мужчина попытался пошевелиться.

— Что ж, здравствуйте, — я подошёл к нему. — Я Гарри Поттер, и обеты вы принесёте мне. Всё помните?

— Да, — хрипло каркнул мужчина, и не успел я испугаться, что это из-за ворон, как он откашлялся и сказал нормально: — Да. Приятно познакомиться… Гарри Поттер.

— Вы теперь «Марволо Гонт», — подсказал ему я. — Начинайте, пока кое-кто не вышел из себя.

— Я, Марволо Гонт, клянусь не вредить Гарри Поттеру, его друзьям и родственникам ни магически, ни физически…

Принятие обетов затянулось на полчаса, их подтверждали Алиса и братья Лестрейндж, Беллатрикс в это время хлопотала и успокаивала Леонидаса, который проснулся. Затем Беллатрикс передала мне предварительные расчёты нескольких ритуалов, которые могли бы помочь Регулусу, сказала, что я могу их навестить позже, чтобы всё уточнить, и поблагодарила за помощь. Они удалились, а мы остались на кладбище втроём.

— Дом Гонтов недалеко, — помолчав, сказал Марволо. — Я отдам камень.

Взять с него магическую клятву о передаче семейной реликвии было не лишним.

*

Воскрешающий камень очень походил на не слишком крупный чёрный опал неправильной формы. Марволо предупредил, что кольцо может взять лишь Гонт, так что ему самому пришлось извлекать камень из оправы.

— Что ж, — выдохнул я, когда заполучил то, что требуется. — Отлично.

Марволо заметно напрягся, видимо, не ожидая от нас с Алисой ничего хорошего. Он здорово рисковал, в принципе, и мог рассчитывать лишь на нашу честность. В его жизни были и подлость, и предательство, так что он мог ожидать, что мы его убьём, как только он станет ненужным, чтобы было меньше мороки с «Тёмным Лордом».

— Вот. Здесь деньги. Маггловские фунты и магические галлеоны. Не так много, но на первое время должно хватить на палочку, одежду и жильё, — отдал я ему сумму, в которую Сириус оценил «сложный семейный артефакт в виде кольца». — У вас есть второй шанс. Вы должны использовать его с умом.

— Я постараюсь, — хмыкнул Марволо, но деньги взял.

— Надеюсь, ты запомнил, о чём мы договорились, и больше не доставишь никому неприятностей, — сказала и Алиса своё веское слово.

— Я не сумасшедший, — криво усмехнулся бывший «Волдеморт». — Уже нет.