Узумаки Наруто и Дары Магии (СИ) - "Кицунэ Миято" - Страница 166

========== Часть 4. Глава 18. Проводы ==========

1 сентября 2008 г.

Англия, Лондон, вокзал Кингс-Кросс

Седьмую книгу Роулинг дописала летом прошлого года, как-то знаково она называлась «Гарри Поттер и Дары Смерти». В ней говорилось о тех же артефактах, которые мы собрали, о крестражах и победе, которая далась Гарри очень нелегко.

И только потому, что книга вообще была написана, а про Роулинг в том мире знали лишь мы с Гарри, я поверил, что у моего друга всё обошлось, а Хигэканэ, пострадавший от кольца Гонтов, всё же умер, а не переродился, как планировал. Всё же сцена на «призрачном вокзале» была очень странной и показалась мне зловещей. Тем более, что до воскрешающего камня старик так или иначе всё же добрался ещё в шестой книге, героически подохнув от палочки Снейпа-сенсея. В этой последней книге про «Дары Смерти» сенсея «оправдали», сообщив, что старый директор намеренно попросил убить себя, чтобы сенсей стал ближе к Волдеморту и тот ему доверял, но меня разбирала злость.

Так подставить!

Снейпу-сенсею и так нелегко пришлось в жизни, а тут ещё и всеобщая ненависть, потому что директором Хогвартса вместо Дамблдора в книге назначили сенсея. Директор заставил его год мучиться от чувства вины из-за того, что надо было отправить Гарри на убой, чтобы избавиться от последнего крестража! Алиса тоже рвала и метала. Она была счастлива в браке и понимала, насколько Снейп-сенсей добрый и ранимый человек. Тем более обещание, которое тот дал матери Гарри, которую любил всем сердцем!

Конец истории вообще был не слишком весёлым. Хотя какое веселье может быть в войне, в которой сражаются дети, не умеющие толком держать палочку? Манипуляции Хигэканэ были видны сквозь строки, и от этого было горько и противно.

После тех откровений на подземном озере Алиса почти выпотрошила сознание Аберфорта Дамблдора, брата Хигэканэ. Тот на самом деле был в состоянии сделать магического клона, но для проведения не самого светлого ритуала были нужны кровь и волосы «исходника», то есть меня. И их они добыть так и не смогли. «Старина Айб» тихо скончался от сердечного приступа через неделю после того «разговора» с Алисой.

Я несколько раз с трудом сдерживался, чтоб не испепелить последнюю книгу про Гарри Поттера. А один раз всё же испепелил. Там умерли Снейп-сенсей и Колин Криви, который стал журналистом, Фред Уизли, Нимфадора, которая к тому же влюбилась и вышла замуж за Люпина, Беллатрикс, окончательно сошедшая с ума, и много кто ещё.

Честно говоря, я забрасывал «Дары Смерти» несколько раз, а потом возвращался к чтению. Последняя книга была объёмной и содержала много информации, ворошила прошлое, заставляла переживать за Гарри. Иногда там было так беспросветно, что я успокаивался неделями, прежде чем начать всё с начала. После сцены смерти сенсея не возвращался к ней четыре месяца, пока не купил новый том. Чужая жизнь, замершая буквами на бумаге, вызывала странную тоску, и я надеялся, что в той другой реальности Гарри оправится. Сможет жить дальше, не мучаясь кошмарами и виной от того, что всё так вышло, как я когда-то.

Забавно, что я закончил чтение именно сегодня, первого сентября, потому что в эпилоге той истории взрослые герои провожали своих выросших детей на «Хогвартс-экспресс». Это было тоже первого сентября, только ещё лет через десять.

Книжные Рон и Гермиона там поженились, наверное, от безысходности и под действием той манипуляции директора, когда ещё наша Гермиона пыталась порвать с Дадли. У книжной Гермионы выбора вообще почти и не было. Впрочем, на турнире школ за ней ухаживал Виктор Крам, но там у них как-то не срослось, зато с Роном, который как небо и земля отличался от нашего, внезапно получилась семья. Гермиона после прочтения книги чуть не ревела и говорила, что я был тысячу раз прав, а ещё смешно благодарила меня за знакомство с Дадли и то, что я не дал ей совершить главную глупость в жизни.

Книжный Гарри женился на Джинни, которая, похоже, всё же добилась своего. У них было трое детей. А ещё погиб Винсент Кребб, а Гарри еле удалось вытащить из Адского пламени Драко, с которым они так и не стали друзьями.

Малфой ещё после прочтения самой первой книги сказал, что не будет тратить время на подобную чушь, где мы с ним не лучшие друзья, а непонятно что.

Вокзал Кингс-Кросс навевал воспоминания. Платформа девять и три четверти. Золотой билет-пропуск. Всё тот же красный «Хогвартс-экспресс», который отправлялся в школу чародейства и волшебства ровно в одиннадцать пополудни. Снующие люди и животные, деловитые студенты, громадные школьные сундуки. Впрочем, достаточно было попасть на посадочную площадку, чтобы появлялись эльфы, которые забирали не столь тяжёлый, сколь неповоротливый артефакт. Насколько я помню, даже в письме из Хогвартса появился пункт-напоминание о том, что основной багаж студенты получат при распределении в комнаты, а сменную одежду, если таковая имеется, чтение и перекусы лучше всего брать отдельно.

Лили уже была на четвёртом курсе, так что, встретив подруг, моя сестрёнка быстро попрощалась, чмокнув меня в щёку, и сбежала занимать места. Подозреваю, что дело было не только в подругах, так как я услышал имя «Алан» и специфическое девчачье хихиканье.

В свои четырнадцать малышка Лили стала настоящей красавицей, у неё уже прошёл период подростковой непропорциональности, всё оформилось, так что можно смело называть её «девушка». Фигурой она пошла в тётю: высокая и стройная. У Лили были дядины ямочки на щеках и чуть полноватые губы. Дядя их стеснялся и прятал за усами, но Лили такой рот с красивым чувственным изгибом ничуть не портил. А ещё у моей сестрёнки были шикарные волосы и золотые кучеряшки, которые она иногда выпрямляла или заплетала в замысловатую причёску.

Чжоу просто обожала мою сестрёнку и давала кучу всяких женских советов, они постоянно шептались и точно так же хихикали на кухне. Летом у меня было много заказов по отлову магических животных, так что Лили жила у нас и помогала Чжоу с близнецами. Они научились ходить и всё открывать, а что не получалось сделать руками, то пыталось магией, так что за ними требовался глаз да глаз. Тем более, что Чжоу продолжала управлять своим делом и периодически ей требовалось отлучаться. У этого самого «Алана» была фамилия «Аббот». Парень был каким-то родственником Ханны: то ли кузен или троюродный брат, то ли племянник. Абботы тоже жили в Годриковой Лощине, так что, думаю, несмотря на работу няней, каникулы у моей сестрёнки были занимательными. В общем, первая любовь и прогулки при луне. За сестрёнку я не волновался: с Аланом мы поговорили «по-мужски», и он уверил меня в серьёзности намерений. Он был старше Лили на два курса и тоже учился на Гриффиндоре. Впрочем, сестрёнка родилась в Рождество и была взрослее своих сокурсников минимум на полгода. Из-за местной системы образования даже многие магглы старались подгадать с рождением ребёнка весной и летом, чтобы не приходилось пропускать почти целый учебный год из-за неподходящего возраста. Это когда-то у нас в Академии шиноби было два призыва в год: в сентябре и в апреле, но в этом мире до такого не додумались.

В толпе я заметил Сириуса и Нимфадору. Их второй сын был слишком мал для демонстрации публике, так что, наверное, остался в особняке с бабушкой. Через десять лет Блэк-самый-младший пойдёт на тот же курс, что и мои близнецы, сын Дадли и Гермионы и младшая дочь Драко и Луны. Малфой благодаря своему Дару и работе с Гермионой сделал настоящий прорыв в исследовании родовых проклятий, так что у них получилось со вторым ребёнком. Родилась девочка, но мой друг и его родители всё равно были безмерно счастливы. Никто из моих друзей не посещал уроки прорицания, но мы предвещали, что Хогвартс содрогнётся от такой компании.

— Крёстный! Ты правда пришёл! — широко улыбнулся мне Альти, когда я к ним подошёл.

— Эй, как я мог не прийти? Я же обещал, а настоящие крутые парни всегда держат свои обещания, — усмехнулся я, растрепав чёрную макушку крестника, который от избытка чувств зазеленил себе глаза. — Ну-ну, держи себя в руках, мелкий.