Графиня поневоле (СИ) - Веселова Янина "Янина" - Страница 77

— Ну давай, сладкая, — он вызвал пламя, бережно держа его в ладонях. — Начинай.

Чувствуя странное волнение Иришка перехватила нож поудобнее, мысленно уговаривая клинок поверить и не волноваться. Она действовала очень уверенно, словно кто-то знающий нашептывал графине всю последовательность действий.

Раз. Пламя, ласкающее пальцы мужа, обнимает честную сталь.

Два. Клинок блеснул в свете золотого огня и коснулся ладони, оставляя тонкую красную линию, набухшую тяжелыми багровыми каплями.

Три. Левая рука Аолы легла на алтарь, а правая, все еще сжимающая нож, метнулась, поражая клинком гаснущую зеленую точку.

Грохот… Вспышка… Дым…

Иришка удивленно смотрела на свои пустые руки.

— Кас, а где?..

— Сейчас узнаем, сладкая, — посулил рыжий. — Идем отсюда. Прощайся с предками, Аола. Нам пора. — он направился к выходу, позволяя жене побыть одной.

— Спасибо, — неуверенно шепнули женские губы. — Ножик попозже занесу, — пообещала Иришка. — Наверное…

По дороге наверх Кас успел обругать дилетантов от магии, потребовать от жены не лезть близко ко всякой гадости, пообещать, что сам со всем разберется.

Действительность однако внесла свои коррективы. Дверь в гостиную оказалась распахнула так же как и окна. Колобок, леди Неели и Миранда, укрытые радужным пузырем защитного поля, с трудом удерживали рычащего Пушка. А на круглом маленьком столике лежал знаменитый изумрудный браслет маменьки ри Кавиньи, пришпиленный давешним ножиком.

Глава восемьдесят вторая, в которой Пушок получает материальную компенсацию

— Пушочек, — ласково позвала Иришка, и фамильяр, уменьшившись в размерах, тут же кинулся к ней на руки.

Он прижался к хозяйке, горюя и жалуясь.

— Ну прости меня, котенька мой, — не обращая никакого внимания на невольные гримасы мужской части семьи, маркиза целовала несчастную усатую морду. — Я не хотела, оно само так получилось.

— Да демоны с этими изумрудами, — чуть не плакал кот. — Как я мог заклятье просмотреть? Я дух возрожденный или сорока безголовая?

— Ты, мой умница золотой, — Иришка почесала расстроенного котика за бархатным ушком. — Ну ошибся, с кем не бывает. Хочешь, Марту позовем? Она нам сметанки принесет…

— Сметанка подождет, — Кас забрал поникшего кота из рук жены. — Сначала разберемся что к чему.

— Кастерс, — она окликнула мужа.

— Помнишь о чем мы договорились, сладкая? — напомнил рыжий. — Просто подождите с тетушкой и Мирандой в кабинете.

— Мечтайте, юноша! — фыркнула леди ди Мартен. — Думаю, что я получше вас разбираюсь в артефакторике, в то время как вы — сильный ритуалист.

— Пойдем отсюда, ребенок, — Иришка потянула малышку прочь из комнаты.

— Давай останемся, — зашептала некромашка. — Посидим тут в уголке тихонечко…

— Я все слышу! — строгий голос Каса застал их на полпути к оконной нише, заставив обеих замереть на месте и скривиться — И все вижу!

— Прописали мне очки, я теперь все вижу,

Только дужки сильно мнут шевелюру рыжу, — нежно пропела тетушка. — Не отвлекаемся, юноша, работаем.

— Я попросил бы, — возмутился Ри Кавиньи.

— После, милый, — хихикнула Иришка, выскакивая из гостиной под суровыми взглядами родственников.

Кас нашел жену с племянницей на кухне. Они внимательно следили за Антуаном, который разделывал запеченную утку.

— Ну, у меня так не получится, — сообщила всем Иришка. — Это ж целая наука.

Некромашка согласно закивала и стащила кусочек.

— И я хочу, — облизнулась маркиза.

— И я, — присоединился ри Кавиньи.

— Тогда сервируй в малой столовой, — Иришка улыбнулась верному Антуану. — Ты нам все расскажешь, милый? — она прижалась к супругу.

— Я же обещал, — Кас подхватил племянницу на руки. — Тебе тоже интересно, детка? Может поиграешь?

— Ну уж нет! Сколько можно? Я и так уроки опять пропустила, — проявила сознательность некромашка.

— Да рассказывай уже, — поторопила мужа Иришка. — Думаешь, Миранда не понимает, что происходит что-то нехорошее.

— Тем более, что мне Пушок все-равно проболтается, — малышка совершенно как ее тетка положила голову Касу на плечо и улыбнулась.

— Ну, раз так… — сдался рыжий. — На замочек было наложено заклятие. Нехорошее такое… Комплексное… Очарование и Поцелуй смерти…

— Так оно на Пушка не подействует, — некромашка открыла глаза.

— Вот именно ребенок, вот именно…

— Куда ты? — хором поинтересовались дядя с племянницей.

— Я здесь, — маркиза неопределенно махнула рукой. — Не волнуйтесь, — она торопливо вышла их столовой.

Узнавать неаппетитные подробности покушения расхотелось. Да еще накатило чувство беспомощности. Зато захотелось плакать. Вот только она не могла себе этого позволить. «Не буду я сырость разводить, это малявочкам вредно. И котик у меня расстроенный. Нужно с ним поговорить, узнать у хвостатенького, что же случилось с этими несчастными изумрудами», — Иришка решительно стерла предательские слезинки, собравшиеся в уголках глаз и, неаристократично шмыгнув носом, направилась в спальню.

— Пушок, где ты? — негромко позвала, устраиваясь в кресле, и ничуть не удивилась, когда на туалетном столике медленно проступила неподвижная фигура кота, больше похожего сейчас на статуэтку из халцедона, чем на живое создание.

— Иди ко мне, мальчик хороший, — Иришка похлопала по коленям. — Ну не отворачивайся, иди, расскажи мне, что случилось.

Кот послушно скакнул на хозяйские колени и принялся топтаться, выбирая уютное положение.

— Хватит моститься, — Иришка прижала Пушка к себе. — Рассказывай уже.

— Пропустил я это заклинание, будь оно неладно, — вздохнул хвостатый. — Видно не гожусь в охранники… Все прозевал…

— Ну так ты не один, — утешила страдальца Иришка. — Никто не заметил. А почему кстати?

— Потому, что основная гадость была замаскирована.

— Как это?

— Поверх вредоносного было наложено заклинание прочности, оно и прикрывало все…

— Не поняла… Значит на замочек была накручена эта модифицированная волшебная пакость, а поверх прилажено маскирующее заклятие прочности?

— Угу, — кошачьи уши поникли.

— А Грегу письмо отправили?

— Сразу же.

— Ну значит умельца скоро поймают, а?

— Наверное, — Пушок отвечал односложно.

— Так чего ты горюешь? Все же хорошо!

— Я испугался! Я теперь от тебя не отойду! И спать тут буду!

— Да, пожалуйста, — согласилась Иришка. — Только от комментариев воздерживайся. Ладно?

Она засмеялась, подхватила кота на руки и пошла в столовую.

— Сейчас поедим уточку, а потом все вместе пойдем в сокровищницу.

— И я? — заинтересовался Пушок.

— Без тебя никуда.

Глава восемьдесят третья, в которой появляется новый персонаж

— Сладкая, спать пора, — Кастерс согнал с колен жены угревшегося Пушка, забросил ее себе на плечо и, не обращая внимания на удары крепеньких кулачков по спине, понес Аолу в спальню.

— Не ругайся, — засмеялся он, укладывая ее на кровать и нависая сверху. — Я по-хорошему тебя пять раз звал. И что ты мне отвечала? Еще минуточку, милый? Я уже иду, мой хороший? Грега ждешь? — каждый вопрос Кас сопровождал поцелуем. — Так его и в кровати дождаться можно. И не хмурься, душа моя. Не вырывайся. Ай! Ты что кусаешься? — он облизнул прикушенную губу. — Ну все! Готовься к расплате, сладкая! Месть моя будет страшна!

— Будешь кусаться? — Иришка изнемогала от смеха.

— Обязательно, — пообещал рыжий, избавляя супругу от одежды. — Знаешь какой я злопамятный? — он легонько сжал зубами мочку уха, задев рубиновую сережку. — Страшно? — проложил дорожку поцелуев, спускаясь к ключице.

— Очень, — выдохнула Иришка, торопливо расстегивая рубашку мужа.

— Хочешь еще разок укусить меня, сладкая? — ловкий Кас уже добрался до груди любимой и свой вопрос он задавал, прикусывая ее возбужденную вершинку. — Скажи мне.