Ассистентка антиквара и город механических диковин (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 59

Аннет рассмеялась и окончательно повеселела.

Напившись какао, она забралась на кровать с ногами и взялась листать книги, которыми ее снабдила Луиза.

Из первого сочинения под названием «Код Жакемара» она не узнала ничего полезного. На десяти страницах автор повторял рассказ Ангренажа о брелоках, а на остальных ста заумно рассуждал о природе гениальности.

Вторая книга – «Ходящий под луной» – оказалась куда увлекательнее. Автор исследовал личность Жакемара, его привычки и болезни. Пролистав несколько глав, Аннет принялась размышлять, каково было детям и женам мастера жить подле гениального сумасброда с нездоровыми наклонностями.

Книгу «Часы и камни» хотела закрыть сразу, как увидела на страницах непонятные схемы и чертежи, но решила почитать пояснения, и так увлеклась, что вскочила, нашла в бюро пачку бумаги, достала из сумочки любимый карандаш из мягкой древесины – тот самый, которым Лазурный поэт набросал таинственную схему — и принялась делать выписки. Затем лихорадочно открыла следующую книгу, за ней еще одну...

Очнулась лишь спустя пару часов. Глянула на заметки и почувствовала глубокое удовлетворение, которое тут же сменилось досадой. За эти несколько часов она почерпнула немало интересной и забавной информации. Даже попробовала разобраться в чертежах, которые иллюстрировали догадки о секретном устройстве автоматонов. Автор утверждал, что у жакемаровых кукол был двойной корпус, внешний и внутренний, а еще он предполагал, что каждый автоматон, если проделать с ним некие манипуляции в определенной последовательности, может показать новый трюк. По всему выходило, что Аннет и Максимилиан первыми подтвердили это предположение, заставив Лазурного поэта «разговориться».

Однако она по-прежнему понятия не имела о том, что творится в этом городке и как в эти непонятные дела оказалась замешана она, Аннет Вик, ассистентка антиквара и неопытный хронолог.

В голове крутились разные идеи, щедро приправленные фантазиями, однако в целую картину они не складывались.

Детали картины были следующими.

В последнее время вокруг Аннет происходило немало странного. А когда они начались, эти странности? Может, в тот день, когда в их контору на Лилак-страда пришел новый босс? В момент, когда ей вздумалось поправлять чулок у него в кабинете, а Максимилиану взбрело в голову невесть что?

Аннет покраснела. Нет, тут ничего странного не было. Глупое недоразумение, вот и все.

А закрутилось все на дирижабле. Кто-то — закоренелый преступник Швиц, вот кто! — хотел выбросить ее за борт. Или не хотел, а все это ей померещилось. Да, было дело – она вела себя беспечно, высунулась в окно слишком далеко. Ветер свистел, слышались разные звуки, она приняла их за шаги. А за борт выпала по собственной неосторожности.

Потом в нее полетела стрела механического купидона. Аннет покосилась на черную пасть камина и пустую ныне мраморную полку и поежилась. И опять это могло быть простым совпадением. Но роза? Куда делась роза? Нельзя исключать, что она завалилась куда-то, а горничная потом ее убрала.

Последнее жуткое происшествие: черный человек и Пильщик. Привиделось, или было на самом деле?

Вскочила и принялась ходить по номеру туда-сюда. Может, она заигралась в актрису и теперь видит наяву то, что представляет себе в фантазиях? Проще говоря, съехала с катушек? Это было бы крайне досадно!

А может, кто-то тайком пичкает ее местным медком, что вызывает разные галлюцинации?

Почесала ужаленное место на шее, глянула на поднос, где на многоярусной тарелочке лежало еще несколько крошечных пирожных, потянулась, чтобы взять одно для успокоения нервов, но передумала.

И главная странность: алые точки на хронограмме, которую она сняла с Лазурного поэта, хранителя древней тайны. Что, если все дело в этом? Что, если все загадки закручены вокруг автоматона, который пишет стишки о нагих девах и рисует странные схемы? Кто может быть заинтересован в том, чтобы эта тайна не досталась посторонним?

Наследники Жакемара, разумеется. Один другого подозрительнее. Они избавились от доктора Вальвазора, когда тот с помощью своего дара выведал что-то удивительное. А теперь хотят расправиться и с ней, а потому подстроили все эти несчастные случаи.

Самым подозрительным кажется Карл Ангренаж. Калека с золотыми руками, любитель глупых шуток и механических игрушек. Одинокий, несчастный фантазер. Нет, не может он быть главным злодеем. Настоящие злодеи не станут одеваться так, чтобы весь мир узнал об их темной сущности. Они не носят черные вампирские плащи и не шутят про кровавые ритуалы. Они стараются выглядеть безобидными, как продавцы леденцов.

Дело в том, что безобидным не выглядит никто. Сварливая Луиза Соннери по прозвищу «ведьма». Шарманщик Петр, который только прикидывается юродивым, а сам бойко проворачивает какие-то странные делишки. Толстячок Пендельфедер… да, пожалуй, этот подходит. Он смешон и нелеп, но что скрывается за его нелепостью и невинной любовью к корнеплодам? Он полицейский, и пользуется своим положением, чтобы замять неудобные дела и вопросы. Из кожи вон лезет, чтобы выставить ее непроходимой дурочкой. Да, присвоим ему номер один в списке подозреваемых.

Швиц. Скорее всего, простой наемник, «шестерка». Ему платят, он выполняет грязную работу. Кто платит? Бургомистр?

Так, бургомистр Гильоше и Белинда. О, этих она с радостью запишет в злодеи! Папаша – взяточник и махинатор. Дочка — хитрая, пронырливая манипуляторша. Что за листок выпал из книги? В нем перечислялись названия автоматонов Жакемара. Кто и зачем его составил? Линда или Луиза Соннери? Почерк она не узнала.

По спине Аннет пробежал холодок. Есть еще один подозреваемый. Тот, кто находился все эти дни рядом. Тот, кто решил приобрести Лазурного поэта. Максимилиан Молинаро. Он имел возможность подкрасться к ней на дирижабле, подкинуть розу в номер и завести механизм купидона. Он высокий и сильный, как черный человек, который напал на нее в театре. И что, в сущности, она знала об этом антикваре-авантюристе-поваре? Только то, что он сам ей рассказал. А рассказал он не так уж много. Даже о своих сенситивных талантах предпочел умолчать. А вдруг Максимилиан – опасный маньяк, который не выносит, когда девушки ему отказывают, и избавляется от них разными причудливыми способами?

Аннет приложила к пылающим щекам заледеневшие руки и зажмурилась. И придет в голову такая глупость! Нужно вернуться к главному предположению. Придумать, что делать.

План дальнейших действий сложился мгновенно. Стоит заглянуть в музей и обследовать другие автоматоны. Почему бы ей не попробовать еще раз призвать свой дар репликатора? В конце концов, ее жизнь на кону. Нет сомнений, что все тайны связаны с наследием Жакемара.

Аннет хлопнула в ладоши и очнулась. Нужно обсудить идеи с Максимилианом, который, разумеется, никакой не преступник. Он скоро придет: а пока она вернется к книгам. Все равно больше заняться нечем!

Время текло медленно. Прошел час, затем другой. С улицы доносился перезвон часов, звуки патефона и воркование голубей. Где-то заливисто рассмеялась девушка. Люди радовались жизни и прекрасному вечеру, и только в номере было тихо и тоскливо.

Аннет в раздумье бродила по комнате. Готовясь к встрече с Максимилианом, она переоделась в платье на тонких бретельках с пышной, удобной юбкой, а сверху накинула узкий жакет-болеро. Подкрасила губы, взбила кудри. В груди росло нетерпение. Луиза ждет их к семи, чтобы проводить на «Корабль-в-бутылке». До встречи осталось еще полчаса.

Постояла на балконе, затем вернулась в комнату и спустилась на первый этаж. Подожду Максимилиана на улице, решила она.

Пересекла вестибюль, толкнула тяжелую дверь и под звон колокольчика вышла наружу. Полной грудью вдохнула теплый вечерний воздух, свернула за угол, чтобы устроиться в садовой беседке, увитой шпалерными розами.

Беседка оказалась занята: там разговаривали двое. Женский голос торопливо шептал, мужской отвечал короткими предложениями. Аннет тихонько продвинулась вдоль аллеи и оцепенела. Ей показалось, что на нее опрокинули ведро ледяной воды, а потом тюкнули донышком по темечку.