Ассистентка антиквара и город механических диковин (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 58

Кажется, своими словами она невольно подставила Линду, сообразила Аннет. Теперь ей достанется от папаши за чтение бульварной литературы! Чего доброго, бургомистр не преминет обвинить Аннет в тлетворном влиянии. Ну и пусть его. Что он ей сделает? Однако Линду все же было жалко.

– Наверное, я ошиблась, – быстро произнесла Аннет. – Это кто-то из туристов забыл. Мне пора! Вот и господин Молинаро идет. Всего хорошего!

Она подхватила Максимилиана под локоть и повела прочь, и по пути в гостиницу торопливо закончила рассказ о том, что узнала от библиотекарши.

– Молодец, – похвалил ее Максимилиан. – Мне приходила мысль поискать на игрушечном корабле. Но как я мог забыть про этот гимн! Я ведь слышал о нем раньше, но строки не отложились в памяти.

– О чем вы договорились с Линдой? – поинтересовалась Аннет. – Вы опять встречаетесь с ней сегодня вечером? А как же наши планы?

– Линда говорит, что хочет рассказать нечто важное. Без свидетелей.

– Как пить дать, опять заведет речь о побеге. Если это не так, я готова съесть свою шляпку, – кисло заметила Аннет.

– Почему вы негодуете? – удивился Максимилиан. – Это же ваша идея была, а я теперь расхлебывай. Линда, кстати, оказалась не такой уж пустоголовой. Мы весьма мило поболтали утром. Я даже получил удовольствие от ее компании.

– Чем же она сумела вам потрафить?

– Весьма артистично поведала несколько забавных историй из жизни города, интересовалась моими взглядами на современное искусство, показала свои акварели… простенькие, наивные, но не без оригинальности. Занятная девчонка.

– И хорошенькая притом.

– Ну да, мужской взор она радует, если вы об этом.

– Вы ей нравитесь, – заметила Аннет, стараясь, чтобы голос ее звучал легкомысленно. Это было непросто, потому что от негодования свело челюсть.

– Да, я заметил, – сухо ответил Максимилиан, но дальше на эту тему распространяться не пожелал. – Мы договорились встретиться в шесть, к семи я рассчитываю вернуться. Тогда и отправимся посмотреть, не спрятано ли что на «Корабле-в-бутылке».

Она зашли в гостиницу. Аннет раздирали неприятные чувства. Максимилиан наклонился, чтобы открыть дверь и вдруг строго спросил:

– Что это такое у вас на плече? Ну-ка снимите шарф.

Не дожидаясь, пока она сделает это сама, он потянул за конец шарфа и присвистнул.

– У вас на шее волдырь размером с мой кулак. Пчелиный укус, так? Неужели вы обыскивали улья Ангренажа?

– Не понравилась одной дурной пчеле, – отмахнулась Аннет. – Пустяки. Меня сто раз жалили у деда в поместье.

– Нужно вытащить жало, – продолжал настаивать Максимилиан. – У вас, полагаю, найдется пинцет? Знаете, тонкий такой. Дамы обычно пользуются им, чтобы выщипывать брови, усики...

– Какие такие усики?! – вспыхнула Аннет. – Нет у меня никаких усиков, и пинцета нет.

– А нашатырный спирт имеется? Дамы обычно держат его на случай, если им станет дурно.

– Мне не бывает дурно. Что за дамы вам попадались – сплошь усатые неврастенички? Ну и вкусы у вас.

Максимилиан улыбнулся.

– Ладно, обойдемся без пинцета. Спирт должен быть в гостиничной аптечке.

Он без приглашения прошел в ее номер, скинул пиджак, бросил на кресло и закатал рукава. Помыл руки в ванной комнате, затем погремел в шкафчике и вышел, сжимая в руках бутылёк с нашатырным спиртом. Сел на кушетку, похлопал по подушке и сурово приказал:

– Садитесь. Поиграем в доктора.

Аннет покосилась на его обнаженные до локтя ручищи, послушно села, куда было велено, покорно наклонила голову, чтобы ему было удобно, и тут же вздрогнула: Максимилиан споро расстегнул пуговички на спинке платья и чуть-чуть приспустил ворот. Она не видела его лица, но чувствовала его дыхание на коже, когда он наклонился, чтобы рассмотреть ужаленное место. Потом убрал локон с плеча и зачем-то медленно провел прохладными пальцами по ее шее. Аннет зажмурилась от удовольствия.

– Больно? – спросил он неожиданно брюзгливым тоном, словно рассердившись.

– Ни капли, – ответила Аннет немного дрожащим голосом.

Кажется, он наклонился ближе. Теперь его губы совсем рядом с мочкой ее уха. На предплечьях выступили мурашки, сердце пустилось в пляс, а все правильные решения забылись. Ей отчаянно захотелось, чтобы Максимилиан бросил изображать из себя специалиста по укусам насекомых, а взял ее за плечи и поцеловал. Она не будет негодовать и разыгрывать недотрогу. Ну, может, самую малость, для вида. Пусть он не выпустит ее, пусть он обнимет ее еще крепче, пусть его губы коснутся ее шеи, потом подбородка, потом … пусть все будет как в тех мечтах, которые сегодня кружили ей голову. Да! Он придвинулся еще ближе! Вот, сейчас это произойдет!

– У вас нет аллергии на пчелиный яд? – скучным голосом спросил Максимилиан ей в макушку.

– Нет, – пролепетала разочарованная Аннет. Напрасно она надеялась, что он подслушает ее мысли.

– Хорошо.

Аннет ойкнула, когда его пальцы сильно ущипнули за шею.

– Вытащил жало, – поставил он ее в известность. Остро запахло нашатырем, и на кожу лег влажный комок ваты.

– А что это вы такая красная? Вы, часом, не обгорели ли снова? Мне опять идти к повару выклянчивать прокисшие сливки?

– Не надо сливок, – произнесла она упавшим голосом, – я просто устала.

Может, ей самой поцеловать его? Пока она раздумывала, Максимилиан нашел новый повод повредничать.

– От усталости бледнеют, а не краснеют. Почему у вас кожа на шее исцарапана? Кроме пчелы на вас напали дикие коты?

– Укус сильно чесался, – в сердцах бросила Аннет и отодвинулась. – Не надо со мной возиться. Я и сама могу о себе позаботиться.

– Черта с два вы можете о себе позаботиться.

Он резко поставил бутылёк с нашатырным спиртом на столик, а затем встал, глянул на нее исподлобья и забрал с кресла пиджак.

– Пообедайте в ресторане без меня. Мне нужно заглянуть к Пендельфедеру и договориться с ним о вылазке к месту гибели Вальвазора, если туда можно добраться после вчерашней непогоды.

Аннет не понимала, почему он так разошелся. На улице был мил и любезен, а теперь сердится и придирается.

– Возьмите меня с собой,– попросила она и тут же пожалела об этом. Она не любила навязываться.

– Нет, – отрезал Максимилиан. – Не стоит. Дел много, одному мне будет сподручнее. Оставайтесь в номере, читайте книги. Встретимся вечером.

Аннет моментально вообразила, что терпение его лопнуло, и он просто мечтает избавиться от обузы в ее лице.

Она растянула губы в ослепительной, хорошо отрепетированной улыбке и непринужденно произнесла:

– Да, так будет лучше. Я действительно буду вас стеснять. До вечера!

Глава 19 Корабль-в-бутылке, часть 1

Когда дверь захлопнулась, Аннет скорчила недовольную гримасу. Причины обижаться не было, но все же сердце грызла обида.

Ей очень хотелось пойти с Максимилианом. Утро они провели раздельно — по ее вине, между прочим, – и она успела соскучиться. Вечернее свидание с пронырой Линдой также вызывало не самые добрые предчувствия.

Понравилась ему компания бургомистерской дочки, смотрите-ка! Что еще за новости! Тоже знаток женщин выискался. И прошлый неудачный брак его ничему не научил. Повелся на льстивый язычок да белокурые локоны, как простофиля.

От таких мыслей стало совсем кисло.

Имелось у Аннет несколько проверенных способов поднять настроение: посетить синематограф, купить у модистки новую шляпку, наесться сладкого или занять себя полезным делом. Первые два способа отпадали; придется довольствоваться тем, что доступно.

Вызвала горничную и попросила подать в номер какао и пирожные из лучшей кондитерской города. Максимилиан рассказывал, что столичные сладкоежки специально приезжают в Механисбург, чтобы попробовать малиновое суфле и корзиночки с шоколадным муссом. По слухам, местные кондитеры от отца к сыну передавали секрет, что помогал им превращать любую выпечку в сказочное лакомство.

Какой-то секрет определенно существовал, потому что десерт и вправду сотворил чудо. После лимонной меренги Аннет успокоилась, после эклера в ванильной глазури воспрянула духом, а после двух профитролей с клубничным кремом затеяла мысленный спор с Максимилианом. Даже придумала несколько язвительных ремарок. Нужно записать их, чтобы не забыть. И затвердить на память: не будет же она в разгар перепалки подглядывать в шпаргалку! Глупее ссоры по бумажке может быть только ссора по подсказкам суфлера.