Девчонка из Слезных трущоб - Матлак Ирина - Страница 55

Воздух напротив меня заколебался, и Гвиана страдальческим голосом ответила:

— Так, вспомнила былое. Знаешь, сколько часов провела вот так — сидя за изучением и переводом древних текстов? Хорошее было время…

Душа была явно не против поговорить… по душам, и упускать такую возможность я не собиралась.

Послав к ши все правила приличия, запрещающие спрашивать у потерянных о прошлой жизни, я участливо поинтересовалась:

— Ты была ловцом и сильным магом, да? Поэтому все помнишь?

— Ага, — в очередной раз вздохнула Гвиана, вопреки моим ожиданиям не став орать.

Воодушевившись такой покладистостью, я вкрадчиво спросила:

— И как тебя так угораздило-то?

Теперь была практически полностью уверена, что меня пошлют в Глубину, но ожидания снова не оправдались. Спустя недолгую паузу передо мной упал старый, покрытый толщью пыли альбом, раскрывшийся примерно на середине.

Взгляду предстало изображение отряда ловцов, бок о бок стоящих перед кораблем. Присмотревшись внимательнее, я не без удивления обнаружила, что это не просто какой-то корабль, а «Летящий» — тот самый «Летящий», на котором теперь плавали мы!

А когда я принялась рассматривать ловцов, то просто потеряла дар речи. Совсем! Потому что открывшееся мне было невозможным, нереальным одним словом — шокирующим.

Прямо в центре, чуть впереди остальных ловцов, стояли два молодых парня и одна девушка, облаченные в традиционную темно-серую форму кадетов. Хотя изображение было немного выцветшим, черты лица все равно хорошо угадывались, и в одном из них я без труда узнала адмирала Рея. Даже в то время он сильно выделялся на фоне сослуживцев: решительный, пронизывающий насквозь взгляд, военная выправка и чувствующаяся даже через бумагу сила. Разве что черты его лица в то время были несколько мягче, а волосы — чуть более длинными.

В стоящей подле него девушке я без труда угадала Гвиану. Даже не знаю как — ведь сейчас я знала ее только по голосу, а тут сразу поняла, что это она. Симпатичная, довольно высокая, в квадратных очках и с двумя темными, очень длинными косами, она улыбалась и, кажется, пыталась оттолкнуть стоящего с другой стороны кадета. Тот, в свою очередь, смотрел прямо на нее, по-свойски обнимал за талию и…

Внезапная догадка стала самой большой неожиданностью из всех.

— Это же… — потрясенно пробормотала я, вглядываясь в его лицо.

— Я отлично получился, правда? — внезапно прозвучало позади.

На пол шлепнулась пара талмудов — видимо, Гвиана уронила от испуга. А следом раздалось насмешливое:

— Аночка, не стоит так волноваться. Конечно, тебе далеко до моей неотразимости, но, смею заверить, на этой картинке ты тоже выглядишь вполне привлекательно.

Далее библиотека сотрясалась от типичного приема Гвианой Флинта, в сторону которого полетело множество самых увесистых книг, а я в это время неотрывно смотрела на пожелтевшие страницы альбома, не думая ни о чем другом. Даже приход пирата отошел на второй план, вытесненный только что сделанным открытием.

Узнать Флинта в обнимающем Гвиану кадете было очень трудно. В отличие от адмирала, он изменился практически до неузнаваемости, но все же то был именно он.

Выходит, он тоже служил в этом самом Морском корпусе? Причем в то же время, что и адмирал Рей?

Сойти с ума и утонуть…

— Есть разговор, — обратился ко мне герой моих же мыслей, бесцеремонно присев на край стола.

Флинт выглядел необычайно веселым, что само по себе заставляло напрягаться. Как правило, его визиты не сулили ничего хорошего, и я сильно сомневалась, что нынешний станет исключением.

Вдобавок, тайно встречаясь с капитаном пиратов, да еще и прямо в Морском корпусе, я чувствовала себя самым настоящим предателем, перебежчиком и почти что шпионом. То обстоятельство, что инициатором таких встреч был Флинт, ровным счетом ничего не меняло.

Еще в момент, когда возвращала подарок, я разобралась в себе и решила, что больше не стану такого терпеть. Неправильно это все, и внимание находящегося в розыске пирата мне вовсе не нужно!

Проигнорировав сказанное, я захлопнула альбом, поднялась с места и уже вознамерилась направиться к выходу, но кто бы мне позволил так просто уйти?

— Не порть мне настроение, синеглазка, — преградив путь, покачал головой Флинт.

— Я не хочу с вами разговаривать, — негромко, но твердо произнесла я, даже сумев не опустить глаза. — Пожалуйста, не нужно ко мне приходить.

Вместо того чтобы разозлиться, Флинт весело фыркнул:

— Смешная ты, синеглазка. Хоть я и не привык отказывать в просьбах красивым девушкам, ты случай особый. Садись.

Неожиданно дружелюбное отношение с его стороны ввело меня в заблуждение, внушив, что я могу воспротивиться. Улучив удобный момент, когда пират немного посторонился, я прошмыгнула мимо него и вновь решительно устремилась к выходу.

Но когда подошла к двери и попыталась ее открыть, та не поддалась. Я и предположить не успела, почему Гвиана вдруг идет на поводу у Флинта, не выпуская меня из библиотеки, как буквально физически ощутила на себе тяжелый, немигающий взгляд.

— Иди сюда, — чеканя слова, потребовал капитан пиратов уже без тени веселья. — И садись.

Это было сказано таким тоном, что возражать осмелился бы разве что самоубийца. Одного раза, где я чуть не свела счеты с жизнью, мне хватило сполна, поэтому молча повиновалась: нехотя развернулась и медленно поплелась к столу. Села. Тут же подумала, что легендарный пират и не менее легендарный адмирал определенно во многом похожи.

— Я очень не люблю повторять, синеглазка, а ты постоянно вынуждаешь меня это делать. — Голос Флинта обрел былую легкость, но вестись на это я больше не собиралась. — Перейдем к сути.

Надо мной послышался шорох, и, когда я все же рискнула поднять взгляд, увидела в руках пирата жемчужный браслет. Хвала Поднебесным, не из синего жемчуга и не тот, из-за которого меня упекли в тюремную камеру в прошлый раз, а самый обычный.

— Давай руку.

Нет, я правда не самоубийца, но никаких украшений от пирата принимать не собираюсь! Даже самых обычных.

— Вам не кажется, что тема подарков себя исчерпала? — с легким опасением заметила я, даже не думая выполнять требуемое.

Вместо ответа Флинт ловко перехватил мою руку, не дав времени ни возмутиться, ни попытаться протестовать, и уже через миг на моем запястье красовалась тоненькая жемчужная нить. Разумеется, я тут же попробовала ее снять, но ничего не вышло. Браслет сидел точно влитой, никак не хотел поддаваться, а застежка на нем исчезла вовсе.

— Ши возьми! — не сдержалась я, от негодования забыв о страхе. — Сейчас же снимите его!

Воображение моментально нарисовало сцену, как я разгуливаю по корпусу в этом не таком уж и обычном украшении, кто-нибудь его замечает, начинает задавать вопросы, а далее, как ни крути, ничего хорошего меня не ждет.

— Увы, не могу, — безо всякого раскаяния развел руками Флинт. — Но через два дня браслет исчезнет сам.

— Через два дня? — удивленно и все еще негодуя, переспросила я. — Почему именно через два?

Одно в этом мире оставалось неизменным: на мои вопросы никогда не отвечали с первого раза. И не с первого в общем-то тоже. Не став нарушать сложившуюся традицию, оставили меня без ответа и в этот раз.

После очередной безуспешной попытки снять ненавистный браслет я обреченно поинтересовалась:

— А если его увидят?

— Он выглядит как самая дешевая бижутерия, — тут же нашелся Флинт. — Ее может себе позволить даже торговка рыбой, а ты, синеглазка, теперь кадет. Даже если браслет заметят, никто не поймет его скрытых свойств.

Меня охватила смесь раздражения и досады:

— Что это за свойства мне, конечно, знать не положено?

— Ну почему же? — все-таки нарушил традицию Флинт. — Это защитная магия, активирующаяся в случае определенной опасности, — и заметив, что я хочу еще что-то сказать, опередил: — На этом попрощаемся. Прости, синеглазка, но сколь бы ни было приятно твое общество, дела не ждут.