Ловец (СИ) - Мамаева Надежда - Страница 92

<p>

– Именно поэтому вы подобрали ей столь удобного зятя, которым можно вертеть? Давать нужные снадобья? – Тэд бил наугад, но попал в точку.</p>

<p>

Мать Шенни, еще мгновение назад усмехавшаяся, сейчас зло сжала кулаки. Она не ожидала, что этот сволочной ловец так быстро и точно проведет параллели.</p>

<p>

– Вы правильно волнуетесь. Да, в покушении на собственную дочь вас не обвиняют, но блокировка магического дара – тоже преступление. Ждите повестки.</p>

<p>

Больше не говоря ни слова, он развернулся, и, уже выходя, услышал растерянный голос Мьярика:</p>

<p>

– Ты меня совсем не любила?</p>

<p>

– За что? За бесхребетность? Но ты весьма неплох в постели, в отличие от моего покойного супруга. Меня это вполне устраивало.</p>

<p>

– А я любил, – в его голосе звучало опустошение. – И мечтал о смерти Томаса не из-за твоих миллионов.</p>

<p>

Тэд почувствовал: и в этот раз Мьрик тоже не лгал.</p>

<p>

Ловец спустился по лестнице, вышел на улицу. Подумать было над чем, но среди гипотез и причинно–следственных связей червяком грызла мысль: Мьярик. Его трусость, алчность… он не смог их перешагнуть, чтобы быть с любимой женщиной, которая, как оказалось, его-то и не любила, а скорее наоборот, презирала.</p>

<p>

Если бы любовник решился убить Элгриса, то стал бы преступником, но в глазах Тэда – хотя бы остался мужчиной, потому, что мужчина должен бороться за свою женщину. Всегда. До конца.</p>

<p>

Перед глазами встал образ той, за которую ловец был готов перегрызть глотку. Он любил Шенни, его пигалицу, его единственную.</p>

<p>

Обратно на квартиру Тэд решил добраться, наняв магомобиль. За рулем оказался настолько говорливый водитель, что ловец почувствовал: сейчас он будет разносить хорошее настроение. Конкретно данному профессиональному держателю руля – вдребезги.</p>

<p>

Этому благоволила раскалывающаяся голова, тянущий рубец от снятого шва и перспектива завтрашнего дня.</p>

<p>

Шофер, будто почуяв нависшую над ним угрозу, осекся, глянул на пассажира и проработал рыбой на полставки весь оставшийся путь.</p>

<p>

А дома его ждала рыжая. Бариста, недовольная, как законная супруга, с которой муженек отмотал уже не одну пятилетку, встретила Тэда душераздирающим мяуканьем. Пришлось выполнять свой хозяйский долг, чесать за ушком, гладит по спине. Киса ласку принимала милостиво, как царица – подношение визирей.</p>

<p>

Урчание рыжей успокаивало и, как ни странно, уменьшало и головную боль, да и недавнее ранение ныть почти перестало. Потому, поев и умывшись, спать Тэд лег уже без желания убить всех и с особой жестокостью.</p>

<p>

А вот ночь…</p>

<p>

Ему опять приснилась эта пигалица.</p>

<p>

 </p>

<p>

 Шенни несмело коснулась его. Провела руками по плечам, по напряженной спине, по чуть прогнутой пояснице. Она чувствовала его внутреннюю дрожь, и это знание дарило ей радость.</p>

<p>

Во сне Тэд ласкал ее. То нежно, то неистово, и каждое его прикосновение – ожог. Ожог, что воспламенял кровь, заставляя ее кипеть, нестись бурлящим потоком по жилам.</p>

<p>

А его руки, губы… Они были везде: на груди, животе, невесомые прикосновениями на внутренней стороне бедер, напористыми поглаживаниями ее лона.</p>

<p>

Шенни стонала под его тяжестью, она до смятой к ладонях ткани простыней хотела его. Хотела обладать им, так же, как и он – ей.</p>

<p>

 </p>

<p>

 </p>

<p>

 Шенни</p>

<p>

 </p>

<p>

Я проснулась то ли от кошмара, то ли от мозговой лихорадки. Тело горело, требовало, скручивало. Резко села на кровати. В темноте и тишине мне самой собственное тяжелое дыхание казалось набатом. Я буквально глотала ртом воздух. Подняла руку, до этого судорожно сжимавшую одеяло. Ладонь медленно наливалась огнем.</p>

<p>

Успокоиться. Главное успокоиться. Вдох. Выдох. Вдох. И задержать дыхание. Медленно, словно пытаясь удержать перышко в полете, выпустить воздух из легких и представить, что я сосуд. Сосуд, чуть накренившийся, из которого магия течет тонкой струйкой, почти нитью. Но вот наклонившаяся горловина медленно выравнивается. Магия перестает течь во внешний мир…</p>

<p>

Огонь на руках погас, и я смогла перевести дух. Приснится же такое! При воспоминании о том, что было почти реальным пару минут назад, щеки обожгло. Я не была невинной девицей, но этот сон… Тэд. Реальный до покалывания в кончиках пальцев, до вкуса соленого пота на губах, до…</p>

<p>

Я выругалась. Так грязно, как могла. Сцепила зубы. Это пройдет. Просто усталость и переутомление. Вот подсознание и выкинуло подобный финт.</p>

<p>

«У меня есть Зак. Надежный. Любящий. Тот, в ком я уверена. Кому нужна я, именно я, а не мое тело или состояние…», – повторила про себя. Вспомнила о «женихе» и сразу полегчало. После всего хотелось покоя: тихой жизни, семьи, детей. Все это я видела в Заке.</p>

<p>

Буквально заставила себя лечь обратно. Сон долго не шел, потому и утро выходного дня началось для меня позже обычного.</p>

<p>

Я проснулась, когда на кухне вовсю гремели посудой, вышла, здороваясь с уплетающими остатки праздничной еды близнецами. Фло не было. Не иначе, старуха покинула свою личную вотчину и отправилась на базар?</p>