Алый листопад (СИ) - Абрамов Анатолий Петрович - Страница 80

— Мне не нужно оружие и плевать я хотел на то, что со мной станется! — глаза его пылали огнем. — Дармунд где-то здесь, в Пантаке! Понимаешь, Эйрин?! Этот ублюдок убил собственную дочь, предал моего отца и собрался уничтожить все то, что нам с тобою так дорого! — Фаргон взял его за ворот. — О каком взятии себя в руки ты говоришь?! — он развернулся и зашагал дальше.

— А что если в храме ловушка?! А если ты не найдешь там ничего, что поможет тебе уничтожить Дармунда? Что ты тогда будешь делать? — Эйрин не успокаивался и снова одернул перерожденного за плечо. — Фаргон, ты должен остыть и обдумать план своих действий. Да, ничего не изменилось в наших целях, но… Пять минут назад ты был безмятежен, как Небесное озеро, а сейчас пылаешь, словно дикий огонь. Я боюсь за тебя… Боюсь, что ты начнешь совершать ошибки: одну за другой…

Фаргон посмотрел на Эйрина и тихим голосом сказал:

— Береги себя, мой друг.

Перерожденный, словно ветер, умчался на запад, провожаемый взглядом молодого ученого.

— Верховные Старейшины не станут отправлять Гвардию в атаку на Рофданхем или Дунгорад. — Хорн рассуждал вслух. — Они, как и любые стратеги, укрепят стены и подготовятся к обороне.

— Я согласен с тобой. — сказал ему Брор. — Вампиры, так или иначе нападут на Элвенстед. Нет смысла идти на них войной. Подождите… — дворф остановился. — Кто это там скачет в нашу сторону?

Трое всадников мчались на север по главной дороге Алого листопада. Незнакомцы остановили лошадей точь пред носом у путников.

— Вы шестеро, кто такие? — спросил широкоплечий, бородатый мужчина. Брор разглядел на его наплечниках символ двух белых беркутов и ответил:

— Мы — беженцы из Рофданхема.

— Рофданхема? — поинтересовался усатый эльф в капюшоне. — А что с ним не так?

— Вампиры осадили город. — ответил ему Брор. Воины Черного оплота переглянулись.

— А вы, должно быть, ищете своего приятеля? — обратился к ним Хейрим.

— Какого ещё приятеля?! — уточнил мужчина с густой бородой.

— Фаргона. — пояснил старик. — Наследника короля. Разве он не с вами?

Воин снял со спины арбалет и с гневном посмотрел на дворфа.

— Где этот убийца?! — закричал он.

— Э… Убийца? — Хейрим, не найдя объяснения реакции незнакомца, только и вымолвил:

— Там… — он показал рукой. — На северо-востоке, в лесной чаще.

Хоук зарычал и лягнул коня в бедро.

— Но!

Всадники поскакали дальше.

— И что это было? — спросил Фургар.

— Похоже, что вся эта компания что-то между собой не поделила… — предположил Гархунд.

— Ах, не наше это дело! — Брор взмахнул рукой. — Давайте двигаться дальше.

Путники, чуть помедлив, взяли путь на юг и зашагали в сторону Элвенстеда.

— Поверить не могу! — закричал Мейхем. — Эта тварь где-то здесь, у нас под носом! — Я спущу с него кожу и вырву кишки!

— Дворф сказал, что Фаргон свернул на восток, в лесную чащу. Думаю, это где-то здесь.

Трое всадников ушли с дороги и поскакали дальше. Хоук остановил лошадь у тлеющих углей. Он спешился и подошел к пепелищу.

— Ещё тепло. — сказал он. — Мы на верном пути.

— Есть здесь одна хижина. — Дромис задумался. — Возможно, он там. За мной!

Мейхем и Хоук последовали за жрецом.

Фаргон бежал на запад быстрее ветра и вскоре покинул Алый листопад. Перерожденный вышел на иссушенную равнину и направился к подножью Трольих гор. Взобравшись на скалу, он без труда отыскал древний храм и вошел внутрь. Фаргон воспламенил огнивом старый факел и снял его со стены. Человек зашагал по узкому коридору, зажигая ветхие свечи. Холодный ветер пронизывал сырой тоннель. Оказавшись в мраморном зале, Фаргон стал свидетелем той же картины, что видел прежде: ветхие факелы, один за другим озарили помещение блеклым пламенем. Перерожденный подошел к рунной двери и прислонил к ней свиток. Магическая рукопись мгновенно истлела… С потолка посыпался песок — древний храм начал дрожать. Механизм мраморной двери оживился, и та, прокручиваясь в правую сторону, открыла перед собой широкий проход. Фаргон вошел внутрь и оказался в маленьком помещении. Посередине мраморного зала бил искусно изваянный фонтан. Из его устья плескалась густая кровь. Фаргон почувствовал дикое недомогание. Руки его не слушались, а ноги зашагали к центру комнаты. Не в силах сопротивляться позывам голода, перерожденный вдоволь насытился и восполнил свои силы.

Придя в себя, он безмятежно осмотрелся по сторонам. Фонтан иссяк. В каждую из четырех стен ветхой комнаты была инкрустирована огромная, мраморная скрижаль, сродни увеличенной копии той, что Фаргон нашел в Чертогах воителя. В одной из них был вырван фрагмент…

Перерожденный подошел к первой стене:

— Черный дракон! Повелеваю! Явись же, дай сил мне врагов сокрушить!

Всех тех, что осмелились род мой великий, натиском чар и клинков погубить!

— Смертный глупец! — лился голос дракона. — Я душу твою заберу в свое чрево.

И выплюну в свет разразившись огнем. Пускай та питает Мертвое древо.

Фаргон поднял факел над второй скрижалью:

Человек подошел к третьей:

Наконец, Фаргон остановился у четвертой: