Сборник Попаданец (СИ) - Мельник Сергей Витальевич - Страница 289

— Но он больше не любит меня… — вновь залилась де Кервье слезами. — Он за все это время даже не пытался спросить, как я? Сидит с этой грязной шлюхой у себя в покоях!

— Ну, тише, тише. — Императрица нежно перебирала волосы у нее на голове. — Это все ерунда, мужика охмурить много ума не надо, а вы не были по-настоящему близки очень давно. В отличие от этой графини. Всего одна ночь, и если он когда-либо любил тебя по-настоящему, он все вспомнит, а ребенок отсечет от него все те грязные денежные обязательства и расписки перед семьей де Герау. Он просто ничего не сможет сделать, когда появится ребенок, ибо это наследник, наследник, зачатый в законном браке, и уже никто, ни под каким политическим предлогом, не сможет потребовать развода.

Ох уж эта сволочь надежда. Очень опасное и непредсказуемо жестокое чувство. Ты начинаешь верить в несбыточное, начинаешь ждать невероятного, в итоге вновь причиняя себе новую боль.

Вальери была очень красивой женщиной. Природа лепила ее из пламени, давая ее телу грацию и резкость. Красивые скулы, мягкие дуги изящных бровей, полные негой омуты глаз, не говоря уже о гипнотической силе тяжелых грудей, а также завораживающей геометрии ее стана.

Когда время пришло, она была спокойна. То ли помогли психотренинги и разговоры с непробиваемой холодностью и расчетом императрицы, то ли взяли свое действие отвары, рекомендованные все той же старой мудрой змеей.

В любом случае она была спокойна, впервые за прожитые годы сердце выдавало ровный ритм, грудь мерно качала кислород, а черный, увитый узором причудливых драконов халатик из нежного шелка империи Мао так четко подчеркивал ее формы, что невольно она сама собой залюбовалась, стоя перед большим серебряным полированным зеркалом.

— Жди, — мягким шепотом, обдав ушко горячим выдохом, произнесла императрица, нежно пробежавшись пальцами по ее шее.

— Жду, — также шепотом ответила она пустоте, так как за спиной уже никого не было.

Секунды, минуты, часы… какая собственно разница, когда ты сгораешь в ожидании любви?

Она привела его, или он пришел за ней, но в конце концов, дверь мягко отворилась и на пороге появился он, такой желанный, могучий. Он всегда поражал ее своим ростом и размахом плеч, своей статностью и некоей грацией дикого зверя.

— Я буду рядом, — устами ее любимого произнес император, снимая с пальца перстень тусклого серебра и возвращая его женщине-носителю.

Они остались одни. Вальери соскользнула с кресла, робкими шажками направляясь к нему, в то время как король приходил в себя, немного мутным взглядом поводя из стороны в сторону.

— Какого демона я тут делаю? — Он покачнулся, схватившись рукой за стену. — Вальери, ты еще что тут забыла?

— Я люблю тебя, — выдохнула душа слова из ее груди.

— Прекрати идиотничать! — Он выпрямился, сведя хмуро свои брови. — Зачем ты вообще приехала, женщина? Я же велел тебе оставаться в столице!

— Я так скучала… — Несмотря на всю выдержку, по щеке побежала слеза.

— Ну, так и скучала бы себе дальше! — Это было так больно, когда он рассмеялся ей в лицо. — Когда ты уже повзрослеешь? Мы уже не те восторженно-глупые юнцы, какими были! Ты для меня уже ничто, ты прошлое.

— Но я… я… — она не находила слов.

— Дура. — Хмыкнул он как-то презрительно. — Решила, что раздвинешь передо мной ноги и все? Думала, этого будет достаточно?

Мир поплыл, слезы заволокли взор, туманя разум и окружающую действительность.

— Какая же ты дура. — Поджал он губы презрительно. — Мне просто омерзительно видеть тебя.

— А тебе больше и не придется, — тихий голос заставил вздрогнуть обоих, они совершенно упустили момент, когда в комнату проскочила филигранно-точеная фигурка императрицы.

— Ты?! — взревел король, затравленно оглядываясь по сторонам и выдергивая из ножен длинный стилет. — Так вы заодно?! Ах ты же тварь! Продалась этой сволочи?!

Он ухватил Вальери за волосы, приставляя жало клинка к ее шее.

— Не смей подходить ко мне, или я перережу ей глотку! Ах ты же сучка!

При последних словах король ударил де Кервье рукоятью ножа, разбивая в кровь ей нос.

— М-да. — Император печально покачал головой. — Вот сколько лет живу, а не перестаю удивляться человеческой подлости и низменности душевной. Ты хоть представляешь, что вообще сейчас творишь? Ты хоть на секундочку, на микроскопическое мгновение своей тупой башкой хоть разик задумался, что ты поменял на блеск пустых монет?

— Стража! — заорал король, пятясь от мудрой черноволосой змеи и тяня за собой свою супругу, захлебывающуюся собственной кровью.

— Вот ты и познал цену победы. — Император даже не думал преследовать отступающего мужчину. — Ты узнал, сколько стоит жизнь. Приблизительно прикинул, чего даже стоит смерть, но неужели, скажи мне… Всеми этими долгими ночами с той грязной подстилкой в постели, что мяла твои волосатые яйца за право титула, ты ни разу не вспомнил о том, что у тебя, урода, было то, чего никому и никогда ни за какие деньги мира не купить?

— Стража! — по-прежнему испуганно горланил король.

— Неужели ты не понял, что благодаря ей ты был самым богатым человеком на всей известной земле? — Императрица задумчиво стала теребить перстенек на своей руке. — Вот честно скажу, завидую я тебе.

Король замолчал, видя тщетность своих криков, Вальери заливалась слезами и кровью, из запрокинутой головы слышен был приглушенный стон.

— А ты все это с такой легкостью и непринужденностью засунул между ног той шлюхе, за пару золотых. — Император невесело рассмеялся. — Просто диву даюсь иной раз, снова и снова рассматривая человеческие судьбы.

— Чего ты хочешь? — Король зло сощурил глаза, с презрением цедя слова.

— Её. — Тонкий красивый пальчик указал в направлении молодой королевы. — Только не так, как ты, дурилка, подумал. Не так, ибо я уже целую вечность мечтаю о том, что ты имел, но так бездарно просрал.

Император вытянул руку, и вокруг его кисти образовалось легкое марево прозрачного ореола слегка голубоватого света.

— Брось, — мягко произнесла черноволосая змея, и рука короля сама разжалась, выпуская на пол острую грань заточенной стали.

— Отпусти, — вновь поступила команда императрицы, и рука мужчины выпустила сжимаемые судорожно волосы своей супруги.

— Хм. — Плотоядная улыбка расползлась по лицу вековечного императора. — А теперь иди ко мне мой, кролик, и тихо мне, чтоб ни единого звука.

Ох, сколько ужаса и неприкрытой паники было во взгляде медленно шагающего короля в объятия страшной и мудрой змеи. Дикий ужас, отчаяние и немая ярость безысходности от бессилия, от невозможности сказать нет этой улыбающейся женщине.

— Ты не переживай, — тихим и ласковым шепотом нежно пропела черноволосая мужчине на ушко. — Я позабочусь о ней, в отличие от тебя, я стану для нее хорошим мужем.

Тишина и боль.

Вальери лежала на полу, не в силах пошевелиться. Черный шелковый халат, изукрашенный причудливыми драконами Мао, был распахнут, открывая ее залитую кровью пышно-розовую грудь, потоками уже подсыхающей корки достигая округлого лобка и обрываясь где-то еще ниже.

Было больно и пусто на душе. Было тоскливо и обидно, но до ужаса, до дрожи в коленях и мурашек по спине приятно, когда высокий мужчина, так похожий на ее прежнюю любовь, нежно баюкал ее голову на своих коленях, что-то тихо напевая, нашептывая ей на ушко.

Такое знакомое тело.

Такая уже привычная боль.

Это мой муж, подумала она, рассматривая причудливую вязь непонятного узора и символов на тусклом серебре загадочного перстня на его руке.

— Что теперь будет? — Она поднялась с пола, становясь перед ним на колени, чтобы заглянуть в мудрые и глубокие родные-чужие глаза.

— Я обещал тебе смысл. — Рука с перстнем заботливо поправила прядь ее волос. — Ты снова будешь жить.

— А я смогу? — Она повела плечами, отчего халат соскользнул змеиной кожей вниз по спине, полностью обнажая ее.

— Я помогу. — Его губы нежно прихватили мочку уха, обдав шею жаром дыхания.