Грани лучшего мира. Дилогия (СИ) - Ханыгин Антон - Страница 159

   - Мы больше не ходим. Мы почти везде.

   - Я имел в виду шамана, - уточнил капитан. - Мы должны доставить...

   - Вам не нужен шаман, - возразил старик. - Вам нужно дитя племени Наджуза, способное беседовать с духами.

   - Мне все равно как вы это называете, - Кристоф начал терять терпение. - Хватит морочить нам головы. Вы знаете об угрозе и готовы помочь. Так помогите!

   Стенка шалаша с шелестом раздвинулась, и внутрь прошла молодая девушка с короткими черными волосами и блестящей кожей глубокого бронзового цвета. Она прикрыла за собой "дверь" и села рядом с телом Паколебуану, дожидаясь пока дымок от тлеющих веточек вновь вытянется в стройную нить, успокоившись после ворвавшегося в хижину потока воздуха, и вернувшиеся в старика духи смогут продолжить беседу.

   - Кристоф, - шепотом позвал Демид.

   - Я видел, - откликнулся тот. - Согласен, мы сглупили. В шалаш можно было войти нормально, а не вползать.

   - Да нет же, - помощник капитана на коленях подполз к другу. - Смотри. Она же голая.

   Кристоф взглянул на дикарку. Действительно, кроме набедренной повязки на ней никакой одежды не было, и ничем не прикрытая упругая грудь идеальной формы, усеянная крохотными бисеринками пота, вздымалась от размеренного дыхания девушки, распаляя воображение моряков.

   - Я не голая, - тщательно выговаривая каждое слово, ответила дикарка и указала пальцем на набедренную повязку. - Не голая.

   - Ты тоже знаешь алокрийский? - удивился Кристоф, стараясь смотреть ей в глаза.

   После короткой заминки она отрицательно помотала головой, при этом соблазнительно качнув грудью.

   - Я не знаю. Здесь есть те, кто знает. Я слушаю. Потом я говорю.

   - Прикройся, пожалуйста, чем-нибудь, - попросил Демид. - Мне немного неспокойно, знаешь ли. Мы же видим твои... ну...

   Дикарка проследила за его взглядом.

   - Я молодая, - возразила девушка. - Они мне не мешают. Старые женщины их себе перевязывают. Они им мешают. Мне - нет.

   - Ты не поняла...

   - Демид, угомонись, - одернул товарища Кристоф. - Не лезь к ним со своими порядками. Кто знает, как они могут отреагировать.

   А ведь фасилийцы до сих пор не видели девушек среди дикарей. Или же просто не обращали внимания. Все-таки им было не до любования прекрасной половиной человечества.

   Тело Паколебуану наконец зашевелилось.

   - Ее берите, - сходу заявил старик.

   - Что? - опешил помощник капитана.

   Демид, кажется, подумал о чем-то неприличном.

   - Меня берите, - подтвердила дикарка.

   - Как это понимать? - спросил Кристоф, дав натужно пыхтящему другу отрезвляющую затрещину. - Ты шаманка?

   - Я Коваленуапа Мадзунту, дочь племени Наджуза, - представилась девушка. - Я не шаманка. Я говорю с духами. Я вам нужна. Духи говорили мне о вас.

   - Что ты еще знаешь?

   - Там, откуда вы пришли, страдают люди. Страдает природа. Много желтого света, много боли. Большая беда, - Коваленуапа решительно посмотрела на фасилийцев. - Я помогу. Беда пришла, и я плохо слышу. Плохо слышу духов в Кроне. Но я должна помочь.

   Фасилийцы обменялись взглядами. Им было приказано привезти шамана племени Наджуза, но от него осталась лишь пустая оболочка, которую духи примеряют как какую-то одежду. В то же время девушка продемонстрировала примерно те же способности, что и у Паколебуану, заговорив с ними на алокрийском языке, используя знания, передаваемые, наверное, умершими на острове уроженцами Алокрии. Впрочем, ни Кристоф, ни тем более Демид не понимали механизм общения с духами, а дикарям он казался настолько естественным, что они не знали, как его объяснить. Но Шеклоз был явно просвещен в их загадочных способностях, и если они привезут не того человека...

   - Если мы привезем не того человека, то нас Мим с костями сожрет и не подавится, - прошептал Кристоф, обращаясь к другу. - Что думаешь?

   - Думаю, что если мы притащим ему старика, который вроде как уже мертв и отрубается от малейшего сквозняка, то он вряд ли обрадуется, - пожал плечами помощник капитана. - Да и как мы его доставим в Новый Крусток?

   - Понятия не имею...

   Коваленуапа поднялась и распахнула "дверь" шалаша. Она выжидающе посмотрела на фасилийцев.

   - Пора идти. Пошли, - слишком резко для красивой девушки сказала дикарка. - Времени мало.

   - Дилемма саморазрешилась, - пробормотал Кристоф, выбираясь наружу.

   Демид хмыкнул и последовал за капитаном, в последний раз взглянув на шамана. Старик лежал без сознания, уставившись вслед уходящим остекленевшими белыми глазами. Все-таки это был явно не тот человек, который нужен Шеклозу.

   Сборы прошли очень быстро. Им вручили по острому куску обсидиана с рукоятками и моток молодой коры, которая, по-видимому, была местной походной пищей. Перед выходом из поселения Коваленуапа смазала жгучей мазью гноящиеся раны на плечах Кристофа, заставив того пожалеть, что он дожил до этого дня. Однако вскоре жжение прошло, и капитан снова почувствовал себя человеком, а не комком боли. На этом вся подготовка к предстоящему путешествию и завершилась.

   - До горы день пути, - сказала дикарка, ловко пробираясь сквозь джунгли. - Ее обойдем. Там ваши люди. У них есть плавучие дома. На них мы доберемся до далекого края. Я могла пойти без вас. Но не могла. С вами - могу.

   Фасилийцы едва поспевали за ней, постоянно спотыкаясь о корни, натыкаясь на шипы, путаясь в лианах и врезаясь в стволы молодых деревцев. Приятной эту прогулку сложно было назвать. После нескольких падений и десятка новых царапин на лице Демид даже перестал обращать внимание на соблазнительное тело Коваленуапы, изящно скользящей среди коричнево-зеленого буйства природы. Однако вскоре идти стало немного проще, хотя, возможно, это моряки наконец приноровились к ходьбе по осточертевшим джунглям. Так или иначе, они смогли поравняться с дикаркой.

   - У тебя в имени вроде было Мадзунту как и у того старика, - Демид решил скоротать время за беседой. - Вы родственники?

   - Родственники? - после короткой паузы переспросила Коваленуапа. - Я понимаю это слово. Но у нас такого нет.

   - Я имею в виду - он твой дед, отец или вроде того?

   - Дед, отец, - она как будто распробовала слова на вкус. - Нет, не вроде того. Я дочь племени Наджуза.

   - Ну, родители-то у тебя все равно есть, - не отставал от нее Демид.

   - Меня кто-то родил, - после заминки ответила дикарка. - Но у нас нет такого слова. Родители.

   - Вы не знаете своих отцов и матерей? - удивился помощник капитана.

   - Зачем? Мы дети племени Наджуза, - бесстрастно ответила Коваленуапа. - Нас кто-то родил. Нас вырастили все. В ночь единения со мной будет мужчина. Потом я кого-то рожу. И его вырастят все.

   Демид оступился, представив "ночь единения", и чуть не упал в небольшую карстовую воронку, но девушка ловко подскочила к нему, обхватила его руками и вместе с ним отпрыгнула в сторону от ямы. Сперва фасилиец удивился ее необыкновенной физической силе и скорости реакции, а потом внезапно осознал, что он лежит в объятьях обнаженной экзотической красавицы. "Ночь единения" заиграла новыми красками.

   - Такие, как ты, у нас умирают в детстве, - немного остудила его пыл Коваленуапа, поднявшись на ноги.

   - Спасибо, - пробормотал Демид и поспешил за капитаном и дикаркой, которые уже ушли вперед.

   Кристоф был серьезен и сосредоточен. Он прекрасно знал, как быстро и беззвучно аборигены передвигаются по джунглям, а воспоминания о людоедах в его голове до сих пор отдавали запахом свежей крови. Капитан сжал во вспотевшей ладони обсидиановый кинжал и еще сильнее напряг свой единственный зрячий глаз, всматриваясь в многоликое однообразие зеленых зарослей.

   - И все-таки почему тебя и того старика зовут Мадзунту? - спросил Демид, догнав своих спутников. - Это потому что духи разговаривают с вами?