Морские солдаты Российской империи
(Очерки истории морской пехоты) - Данченко Владимир - Страница 47

6 сентября с Варшавского вокзала к месту назначения отправился 1-й Отдельный батальон численностью 563 чел. С батальоном выехал и командир Экипажа Свиты Его Величества контр-адмирал Н.М. Толстой.

8 сентября батальон прибыл в Белосток, а затем оттуда отправился до станции Новый Двор, где расположился «на обывательских квартирах».

Получив в свое распоряжение несколько барж и три парохода («Наревский минер», «Плотчанин», «Звезда»), гвардейцы быстро сумели организовать доставку необходимых припасов и перевозку войск в Новогеоргиевскую крепость и в крепость Ивангород. Тем временем на пароходы были установлены пушки и пулеметы, и они превратились во вполне боеспособные единицы в акватории р. Вислы, которые могли как поддерживать огнем движение сухопутных войск, так и прикрывать действия самих моряков. С этого момента у гвардейцев появилась возможность полноценно включиться в боевую работу, на первых порах ограниченную постановкой минных заграждений и, наоборот, тралением мин, выставленных немцами. Кроме того, гвардейцы активно занимались наведением переправ: в течение 2 дней, 18–19 сентября, они сумели разобрать мост у Новогеоргиевской крепости и навести плавучую переправу через Вислу в районе Яблонца.

Тем временем лейтенант Д.И. Мессинг с командой из 136 чел. были командированы в Ивангород для участия в переправе отступающих войск на пароходах. Под интенсивным обстрелом противника она прошла успешно, доказательством чему служит награждение 42 гвардейцев Георгиевской медалью 4-й степени.

27-28 сентября гвардейские моряки организовали переправу войск в районе Новой Александрии. Это происходило в непростых условиях, под сильным артиллерийским огнем, и противнику удалось разрушить мост. Гвардейцам и отряду армейских саперов пришлось его восстанавливать ночью, что дало возможность доставить войска на другой берег. При этом моряки понесли потери: один человек убит и один ранен.

На протяжении второй половины сентября и весь октябрь гвардейцы неоднократно командировались в различные районы для траления немецких мин, которые иногда уничтожались взрывами, их пароходы перестреливались с немцами, но крупных столкновений не происходило.

В конце октября в районе Вышегрода и Плоцка гвардейцы также занимались привычным делом, то есть тралением фарватера, при этом потеряв пароход «Фюрстенберг» и 2 чел.

В Плоцке моряки занимались наводкой моста для отступающих частей и перевозкой их с помощью парохода «Наревский минер» и моторных лодок на другой берег. В начале ноября немцы были уже на расстоянии нескольких километрах от Плоцка, чей гарнизон в это время составляли гвардейские моряки и батальон пограничной стражи. Естественно, что сил для обороны было недостаточно и отступление представлялось неизбежным. Гвардейским саперам удалось взорвать мост в 32 пролета и в организованном порядке покинуть город (220 чел. под командой лейтенанта В.В. Хвощинского). Часть гвардейцев отступала по берегу, другие на пароходах «Наревский минер» и «Плотчанин».

По прибытии в Вышегрод моряки разобрали мост и двинулись на место своей дислокации в Новый Двор.

28 ноября гвардейцы вошли в состав сборного отряда, где также находились части артиллерии, пехоты и один кавалерийский эскадрон (гусары Клястицкого полка). Отряду предстояло контролировать значительный участок на Висле, не давая возможности активизировать свои действия и мешая возможной переправе неприятельских войск. Это был период перестрелок с немецкими дозорами и пикетами, артиллерийских дуэлей, дерзких рейдов пароходов, досаждавших немцам не столько своими орудиями, сколько самим присутствием.

Прибывшая на позиции в районе Дрвалы-Вышегрод 4-я рота 2-го Отдельного батальона Экипажа под командой лейтенанта Бутакова 4-го сразу оказалась вовлечена в перестрелку, время от времени предпринимая вылазки во вражеский тыл и привычно участвовала в постановке минных заграждений.

Гвардейские моряки, благодаря умелой разведке берегов Вислы, направляли и корректировали огонь наших батарей. Весьма выгодную позицию в этом смысле представлял о-в Януш-Кемпа, находившийся недалеко от немецкого берега. Разведывательный дозор, доставлявшийся сюда пароходом, корректировал огонь артиллерии, вел регулярный обзор вражеских позиций — в общем, занимал один из ключевых пунктов на этом участке Вислы. Естественно, немцы не могли мириться с таким положением и вели постоянный, достаточно интенсивный обстрел острова. Во время одного из таких артналетов был убит лейтенант Бутаков.

Большая часть гвардейских моряков сражалась на берегу, ни в чем не уступая штатным пехотинцам. Вместе с чинами пограничных полков они силами своих разведчиков, саперов, пулеметчиков наносили врагу существенный урон.

На этом участке фронта произошло весьма знаменательное для боевой истории Экипажа событие. 19 декабря в небе над Вышегродом вел разведку немецкий аэроплан. И как это часто бывало, подобные действия вражеской авиации вызвали у наблюдавших пехотинцев неистребимое желание сбить аэроплан. Стрельба из винтовок и пистолетов по летящей цели редко заканчивалась удачей, но на этот раз летчикам не повезло. На их беду стреляли гвардейские моряки, стреляли взводами. Опять в гуще событий оказался лейтенант Хвощинский, командовавший стрелками, своего рода счастливый символ Экипажа. Одна из пуль попала в бензобак, и немцы совершили вынужденную посадку, после которой экипаж оказался в плену. Хвощинский был представлен к ордену Св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом, а боцман М.А. Сажин и унтер-офицер И.Я. Стасевич удостоились Георгиевских медалей 3-й и 4-й степеней соответственно.

Вскоре к отряду присоединилась 3-я рота 2-го Отдельного батальона — таким образом батальоны Гвардейского экипажа соединились. Однако воевать вместе им пришлось недолго, и вскоре в сводном отряде вновь остался только 1-й Гвардейский батальон. Он окончательно втянулся в позиционную окопную войну. В течение декабря велись артиллерийские и стрелковые перестрелки с противоположным немецким берегом. Гвардейские моряки устраивали укрепления на берегу у Вышегрода, роя окопы и блиндажи. Было произведено несколько выходов на пароходах с целью ликвидации немецких минных заграждений, выставленных на Висле. Несколько боцманатов и унтер-офицеров представлены за это к Георгиевским медалям 2-й степени.

Вплоть до начала марта 1915 г. Вышегродский отряд, а вместе с ним и гвардейские моряки, продолжает оперировать на вверенном участке Вислы, а затем 7 марта по берегу и по воде начинает движение в Новый Двор, а оттуда в Варшаву. Там, представ на смотре перед начальником всех морских батальонов вел. кн. Кириллом Владимировичем и получив напутственные слова, оба Отдельных батальона начали погрузку на Брест-Литовском вокзале для предстоящего выезда в Одессу.

На Черное море батальоны Экипажа прибыли 24 марта. 14 апреля состоялся смотр, на котором наиболее отличившимся 10 чинам каждого из них были Высочайше пожалованы Георгиевские кресты. Оба батальона в полном составе были соединены в один Отдельный батальон. В конце мая его 5-я и 6-я роты были командированы в уже знакомые гвардейцам места, на Вислу и Неман.

5-я рота оказалась в уже знакомых условиях: те же дома, те же пароходы «Наревский минер» и «Плотчанин», — однако на сей раз дело ограничивалось в основном укреплением и охранением берега.

Когда в июле обстановка в этом районе начала складываться неблагоприятно и Новогеоргиевской крепости стала угрожать реальная опасность осады и штурма, гвардейцы приняли активное участие в организации перевоза с оставляемых войсками позиций провианта, фуража, тюков с обмундированием, боеприпасов и пр. Однако речь о том, чтобы оставить крепость, не шла. Более того, в подготовке ее к возможной осаде моряки участвовали самым непосредственным образом, часто выполняя роль валовой рабочей силы. Такое положение сохранялось до 24 июля, когда рота была отправлена в расположение своего батальона.

Что же касается гвардейцев из 6-й роты, то, прибыв в Ковно, многие из них сразу оказались в окопах. Минного запаса было в избытке, однако в крепость прибыл Отдельный морской батальон капитана 1 ранга Ратькова, в составе которого также имелись пулеметчики и подрывники, — гвардейцам пришлось, правда, ненадолго, превратиться в пехотинцев. Эту роль они выполняли и на пипленских позициях, куда их перебросили 13 июня. Пробыв там всего месяц и участвуя в перестрелках и разведывательных выходах, потеряв в одном из них сразу 6 чел., моряки возвратились в свой батальон, который уже дислоцировался в Севастополе.