De Conspiratione / О Заговоре - Карпенко В. И. - Страница 167

149. И тем не менее собранные нами свидетельские показания также обнаружили такое измерение деятельности ОАК в доме К., о котором ранее не сообщалось ни командой «American Radio Works», ни в воспоминаниях бывшего Главного обвинителя МТБЮ Карлы дель Понте, ни в последующих «откровениях» в СМИ.

150. В действительности агенты ОАК не только доставляли заключенных в Ррипе, но, очевидно, также увозили из Ррипе пленников для последующей их транспортировки в другие места заключения. В соответствии с показаниями водителей, причастных в перевозке заключенных, некоторые из лиц, которых они забирали в Ррипе, были теми же самыми лицами, которых они ранее привезли из Косово, в то время как другие прибыли в Ррипе из иных и неизвестных мест, о которых эти водители так никогда и не узнали.

151. Следовательно, дом К. не был конечным пунктом назначения в этой единой сети мест заключения и перевозок пленных. Его точная роль, его важность для всей операции, вероятно, была прежде неправильно истолкована.

152. В действительности дом К., по всей видимости, по своему характеру представлял собой в большей степени «промежуточную станцию», где заключенные содержались при перевозке по пути к своему окончательному исходу и, согласно некоторым источникам, где они, очевидно, подвергались странным формам «обработки» / «фильтрации», в том числе проведению анализов крови и обследованию их физического состояния.

3.3.2.1.2. Наблюдения об условиях заключения и перевозки

153. Как сообщается, в этих местах заключения заключенные содержались инкоммуникадо, без права переписки и сообщения, под постоянным вооруженным контролем либо в помещениях, которые являлись частью основных зданий, либо в сараях, гаражах, амбарах и складах или других предназначенных для хранения примыкающих сооружениях.

154. Во время транспортировки между этими зданиями заключенных обычно сгоняли в фургоны и грузовики и ограничивали движение, связывая их руки за спиной и привязывая их к приспособлениям внутри транспортных средств.

155. Водители этих фургонов и грузовиков — некоторые из них стали ключевыми свидетелями описанных выше приемов жестокого обращения — видели и слышали, как сильно страдали заключенные во время перевозок, прежде всего, по причине отсутствия должного притока воздуха в своих отсеках транспортных средств или в связи с психологическими мучениями по поводу судьбы, которая, как они полагали, их ожидала.

3.3.2.2. Третья категория заключенных: «Жертвы организованной преступности»

156. Последняя и наиболее заметная категория заключенных в период после завершения конфликта, не в последнюю очередь из-за того, что их судьба в значительной степени стала предметом сенсационных сообщений и глубоких заблуждений, включает заключенных, которые, как мы считаем, стали «жертвами организованной преступности». В эту категорию входит небольшая группа лиц, которые, как мы установили, были привезены в Центральную Албанию, где они были убиты непосредственно перед тем, как в импровизированной операционной клинике были извлечены их почки.

157. Заключенные из этой категории, без сомнения, стали жертвами ужасающих испытаний, находясь под стражей и надзором своих похитителей из ОАК. В соответствии с показаниями источников, заключенные, «отфильтрованные» в эту последнюю категорию, первоначально содержались живыми и здоровыми, их хорошо кормили и им позволяли спать, и охранники и подельники ОАК относились к ним с относительной сдержанностью, но в других обстоятельствах их бы жестоко избивали без разбору.

158. Каждого из этих заключенных, как нам сообщили, перевозили через как минимум два временных места заключения, или «промежуточные станции», прежде чем доставить в операционную клинику. Эти «промежуточные станции», очевидно, контролируемые членам и пособниками ОАК, сплотившимися вокруг группы «Дреница», располагались среди прочих в следующих районах нахождения мест заключения:

— Бицай (пригород): явно частный дом в небольшой деревне на юге Бицая, неподалеку от сельской местности, в отдалении от главной дороги по направлению к Пешкопи;

— Бурел: на окраине города Буреля, комплекс, включающий как минимум два отдельных сооружения, где держали взаперти заключенных, а также дом, где собирались и отдыхали члены ОАК;

— Ррипе: обособленный двухэтажный деревенский дом, упомянутый выше как дом К., или «Желтый дом», который в 2004 г. стал предметом совместного визита МООНК/МТБЮ с целью судебного расследования после обнаружения журналистами, проводившими независимое расследование;

— Фирше-Круже: другой обособленный двухэтажный деревенский дом, расположенный в отдалении от главных дорог и окруженный крупным комплексом, который, как сообщается, служил в качестве «конспиративного дома» не только для пособников ОАК, но и для других групп организованной преступности, причастных к контрабанде наркотиков и торговле людьми.

3.3.2.2.1. Анализ особенностей мест заключения: пример Фирше-Круже

159. Именно в последнем из мест заключения, обнаруженных в ходе нашего расследования, в Фирше-Круже, предположительно находился конечный пункт назначения процесса «фильтрации», и небольшая отобранная группа заключенных ОАК, которые были привезены туда, встречала там свою смерть.

160. Существуют веские доказательства из полученных нами свидетельских показаний источников, что в процессе перемещения между промежуточными пунктами как минимум некоторым из этих заключенных стал известен исход, который в конце концов ожидал их. В местах заключения, где их содержали на расстоянии слышимости других лиц, ставших предметом торговли, и в процессе перевозки некоторые из этих заключенных, как утверждается, умоляли своих похитителей пощадить их и избавить от судьбы «порубленных на кусочки»[755].

161. Заключенным, должно быть, давали понять, что к ним относились как к некоторой форме медицинского продукта, самое позднее, когда при помощи шприца у них брали кровь для проведения анализов (мера, которая, по всей видимости, близка «типированию тканей», процедуре определения степени совместимости органов трансплантации) или когда их физическое состояние обследовали мужчины, которых называли «врачами». Источники описывали, что такие тесты и обследования проводились как в Ррипе, так и в Фирше-Круже.

162. Свидетельские показания, на которых основываются наши результаты, указывали достоверно и непротиворечиво на некую методологию, с использованием которой были убиты все эти заключенные, обычно выстрелом в голову, до того, как их оперировали, чтобы извлечь один или более органов. Мы установили, что по существу это была торговля «трупными почками», что означает, что почки извлекались посмертно; это не было серией продвинутых хирургических процедур, требующих контролируемых лабораторных условий и, например, широкого применения анестетиков.

163. Из разных и независимых источников — членов ОАК мы получили информацию о различных элементах и сторонах действующей преступной цепи незаконной торговли органами. С одной стороны, — от водителей, охранников и других «агентов-посредников», которые выполняли логистические и практические задачи, направленные на доставку человеческих тел в операционную клинику. С другой стороны, — от «организаторов», главарей этой криминальной цепи, которые, как считается, заключали деловые сделки по обеспечению человеческих органов для целей трансплантации в обмен на щедрые финансовые вознаграждения.

164. Практическая сторона деятельности по незаконной торговле была относительно проста. Заключенные, которых довозили вплоть до района самого Фирше-Круже (что подразумевало трудную дорогу на протяжении нескольких часов подряд от Ррипе до Буреля), сначала содержались в здании «конспиративного дома». Владельцем этой собственности был этнический албанец, который, как считается, имел как клановые связи, так и связи с организованной преступностью, с членами группы «Дреница»[756].