De Conspiratione / О Заговоре - Карпенко В. И. - Страница 168

165. Как только и когда хирурги-трансплантологи были утверждены и готовы к проведению операций, заключенных по одному вывозили из «конспиративного дома», боевик ОАК быстро убивал их, и их тела спешно перевозили в операционную клинику.

166. Хирургические операции, проводившиеся впоследствии, — извлечение трупных почек, а не операции на живых донорах — это самое распространенное средство, при помощи которого получают донорские органы и ткани для целей трансплантации, если не принимать во внимание незаконные методы получения трупов. Известные специалисты в области трансплантации органов, с которыми мы консультировались во время проведения расследования, описали эти процедуры как эффективные и малоопасные[757].

167. Источники утверждали, что для размещения этих заведений была выбрана ось Фирше-Круже по причине ее близости к главному аэропорту, обслуживающему Тирану. Таким образом, объекты в центре этой схемы по незаконной торговле органами — «конспиративный дом» и операционная клиника — оказывались доступными как для прибытия международных посетителей, так и для отправки грузов.

4. Клиника «Медикус»

168. В процессе нашего расследования мы раскрыли некоторую информацию, которая некоторым образом выходит за пределы результатов, изложенных в настоящем докладе. По-видимому, эта информация отражает более широкую, более сложную схему организованной преступности по поставкам человеческих органов для незаконной трансплантации, к которой, помимо Косово, причастны соучастники в как минимум трех других иностранных государствах и которая действует уже более десятилетия.

В частности, мы обнаружили ряд достоверных совпадающих свидетельств того, что элемент незаконной торговли органами в делах в отношении содержания под стражей после завершения конфликта, описанных в нашем докладе, тесно связан с ныне расследуемым делом в отношении клиники «Медикус», не в последнюю очередь через известных косовских албанцев и международных лиц, которые фигурируют в качестве соучастников в обоих делах. Однако из уважения к продолжающимся расследованиям и судебным процедурам, проводимым EULEX и прокуратурой по особым вопросам Косова, мы вынуждены в настоящий момент воздержаться от оглашения наших результатов по этому поводу. Достаточно сказать, что мы призываем все страны, граждане которых названы в обвинительных заключениях в отношении клиники «Медикус», делать все возможное, чтобы остановить эту постыдную деятельность и содействовать тому, чтобы привлечь к ответственности ее организаторов и соучастников.

5. Замечания о «стеклянном потолке подотчетности и ответственности» в Косово

169. В процессе расследования мы установили, что под покровительством прокуратуры по особым вопросам в Косове существует некий «стеклянный потолок подотчетности и ответственности» в отношении ныне проводимых расследований и обвинительных заключений, выдвинутых на настоящий момент.

170. По всей видимости, есть два основных препятствия в поиске правды и стремлении к правосудию со стороны народа Косова во главе с прокуратурой по особым вопросам Республики Косово. Первая проблема состоит в том, что власти Косова тщательно контролируют и ограничивают истинные глубину и охват расследований. Поэтому их сотрудничество с EULEX страдает от глубокого недостатка доверия[758].

171. Во-вторых, эти люди, очевидно, скорее согласятся быть привлеченными к судебной ответственности за свою предполагаемую роль в организации незаконных лагерей военнопленных и незаконной торговли человеческими органами соответственно, чем будут вовлекать своих бывших старших командующих ОАК, на основании чьих полномочий они действовали и которые являются сегодня высокопоставленными политическими фигурами.

172. Главное препятствие к достижению истинного правосудия для многих косоваров, следовательно, по всей видимости, — это до сих пор господствующий в некоторых частях общества родовой обычай укоренившейся клановой лояльности или его эквивалент в сфере организованной преступности. Даже когда соучастники, о которых идет речь, сами не являются членами того же самого клана или расширенной семьи, их преданность и привязанность по отношению к своим криминальным «боссам» нерушимы как любые семейные узы.

173. Следовательно, Сабит Геци будет решительно избегать того, чтобы вовлечь тех, кто действительно ответствен за жестокое обращение с пленными из мирных жителей в Кукесе и кто теперь стал уважаемыми публичными фигурами. Аналогичным образом Илир Ррецай и впредь будет согласен мириться с последствиями того, что его представили козлом отпущения за участие в незаконных операциях лицензирования и финансовых операциях в отношении клиники «Медикус» в Приштине, но не укажет на тех, кто действительно ответствен за эту организованную преступную деятельность в области здравоохранения Косова.

174. В результате политические лидеры могут вполне реально и обоснованно отклонить обвинения в отношении причастности ОАК к задержаниям, жестокому обращению и убийствам в Албании — серьезные обвинения, которые заслуживают проведения, как мы могли убедиться, гораздо более серьезного расследования, чем те, которые были прежде проведены, — не более чем «спектакль», разыгранный политическими пропагандистами Сербии.

6. Некоторые заключительные замечания

175. В заключение мы должны вновь отметить, что настоящий доклад был подготовлен после сенсационных откровений, которые появились в мемуарах бывшего Главного обвинителя МТБЮ. Будучи шокирована этими открытиями, Парламентская ассамблея поручила нам более внимательно изучить эти заявления и обвинения в нарушении прав человека, которые, как утверждается, были совершены в Косове в рассматриваемый период времени. Сведения, о которых сообщается в книге бывшего Обвинителя, прежде всего имели отношение к предполагаемым случаям незаконной торговли человеческими органами. В результате наших непростых, деликатных расследований мы получили возможность не только подкрепить доказательствами эти сведения, но также пролить свет на последующие связанные с ними обвинения и составить крайне мрачную и тревожную картину того, что произошло и в некоторой степени до сих пор продолжает происходить в Косово. Проведение уголовного расследования, не говоря уже о вынесении обвинительных и оправдательных судебных приговоров, не было нашей задачей. Мы не уполномочены на проведение подобного расследования и, прежде всего, не имеем необходимых для этого ресурсов.

176. Информация, которую мы собрали, тем не менее касается крайне серьезных событий, которые происходили в самом сердце Европы. Совет Европы и государства-члены не могут оставаться безразличными к такой ситуации. Мы показали, что организованная преступность — это заметное явление в Косове. Оно не ново и, по общему признанию, присуще не только Косово.

Организованная преступность — это страшная проблема этого региона, и она также затрагивает, к примеру, Сербию, Черногорию и Албанию. Также существуют тревожные, удивительные связи и родство между различными причастными к организованной преступности группами. Кроме того, по всей видимости, подобные криминальные группы сотрудничают друг с другом гораздо более эффективно, чем несущие ответственность национальные и международные судебные органы. Мы подчеркнули и документально подтвердили теневые, а в некоторых случаях явные связи между организованной преступностью и политикой, включая представителей властей; в этом тоже нет ничего нового, по крайней мере, для тех, кто не стремится во что бы то ни стало закрывать свои глаза и уши. Молчание и неспособность действовать перед лицом такого скандала не менее опасны и неприемлемы. Мы не стали заниматься простым распространением слухов, а описали события, руководствуясь множественными свидетельскими показаниями, документами и объективными доказательствами.