Тайна «Голубого поезда» - Кристи Агата - Страница 31

Вскоре после ланча приехал Найтон, и ему мужественно пришлось выдержать напор леди Тэмплин, которая демонстрировала то, как хорошо она его помнит.

В машине по дороге в Канны майор сказал Кэтрин:

– Удивительно, как мало изменилась леди Тэмплин.

– Вы говорите о ее манерах или внешнем виде?

– И о том, и о другом. Я думаю, что ей далеко за сорок, а она все еще очень красивая женщина.

– Да, вы правы, – согласилась Кэтрин.

– Я очень рад, что вы сегодня согласились поехать со мной, – продолжил Найтон. – Месье Пуаро тоже будет там. Он совершенно невероятный человек. Вы его хорошо знаете, мисс Грей?

– Я встретилась с ним по дороге на Ривьеру, – Кэтрин покачала головой. – Я читала детектив и сказала что-то о том, что такие вещи в реальной жизни не происходят – я ведь совершенно не представляла себе, кто он такой.

– Этот детектив, конечно, выдающаяся личность, – заметил мужчина. – В прошлом он действительно раскрыл несколько очень запутанных дел. Пуаро – совершенный гений в том, что касается определения причин всего происходящего, и никто до самого последнего момента не знает, о чем он в действительности думает. Помню, я жил в одном доме в Йоркшире и там украли драгоценности леди Клэнрейвон. Это выглядело как совершенно заурядное ограбление, но местная полиция тем не менее ничего не могла сделать. Я хотел, чтобы они вызвали Эркюля Пуаро, и сказал им, что он единственный человек, который может реально помочь. Но они решили довериться Скотленд-Ярду.

– И что же было дальше? – с любопытством спросила Кэтрин.

– Драгоценности так никогда и не нашли, – сухо ответил Найтон.

– Вы что, действительно так в него верите?

– Действительно. Этот граф де ля Рош – очень скользкая личность, ему всегда удается выйти сухим из воды. Но я думаю, что в лице Пуаро он встретит достойного противника.

– Граф де ля Рош, – задумчиво повторила Кэтрин. – Вы действительно думаете, что это его рук дело?

– Ну конечно, – майор с удивлением посмотрел на девушку. – А вы так не думаете?

– Ах, ну конечно, да, – быстро сказала Кэтрин. – Но только в том случае, если это не было обычным вагонным ограблением.

– Конечно, могло быть и так, – согласился майор. – Однако мне кажется, что де ля Рош приложил здесь руку.

– Но ведь у него есть алиби.

– Да ну их, эти алиби, – рассмеялся Найтон, и на его лице появилась привлекательная мальчишеская улыбка. – Вы же сами признались, что читаете детективы, мисс Грей. Вы должны знать, что тот, у кого самое прочное алиби, всегда находится под самым серьезным подозрением.

– И вы думаете, что в реальной жизни это так же? – улыбнулась женщина.

– А почему нет? Романы всегда пишутся на основе реальных фактов.

– Но в них все происходит гораздо интереснее, – заметила Кэтрин.

– Может быть. В любом случае, если б я был преступником, то не хотел бы, чтобы Пуаро шел по моему следу.

– Я тоже, – согласилась с ним мисс Грей, и оба рассмеялись.

Когда они подъехали, их встретил сам Эркюль Пуаро. По случаю теплого дня он был разодет в костюм светло-коричневого цвета, с белой камелией в петлице.

– Bonjour, мадемуазель, – поздоровался сыщик. – Я выгляжу очень по-английски, не правда ли?

– Вы выглядите просто прекрасно, – тактично ответила Кэтрин.

– Вы, как всегда, надо мною смеетесь, – добродушно заметил Пуаро. – Но ничего, ничего. Папаша Пуаро всегда смеется последним.

– А где мистер ван Олдин? – спросил Найтон.

– Он ждет нас у наших мест. Сказать по правде, друзья, он не очень доволен мной. Ох уж эти американцы, они и слыхом не слыхивали о таких вещах, как покой и неторопливые размышления! Мистер ван Олдин желал бы, чтобы я носился за преступниками по всем закоулкам Ниццы.

– Я и сам думаю, что это было бы не так уж плохо, – заметил Найтон.

– И вы глубоко ошибаетесь, – произнес Пуаро. – В таких делах нужен не грубый напор, а утонченность. На теннисе, например, можно встретить кого угодно. И это очень важно… А вот и месье Кеттеринг.

Дерек быстро приблизился к ним. Вид у него был злой и растрепанный, как будто что-то его сильно расстроило. С Найтоном он поздоровался несколько натянуто, и майор ответил ему так же. Один только Пуаро, казалось, не замечал напряжения, повисшего в воздухе, и продолжал вести светскую беседу в похвальной попытке примирить всех присутствующих. Однако благодарностей за это он так и не дождался.

– Просто потрясающе, месье Кеттеринг, как хорошо вы говорите по-французски, – заметил детектив. – Вы легко бы могли сойти за француза, если бы захотели. Среди англичан такое владение языком встречается очень редко.

– Мне бы тоже хотелось так знать язык, – сказала Кэтрин. – Но я хорошо понимаю, что мой французский слишком напоминает английский.

Не успели они добраться до своих мест и усесться, как Найтон увидел, что ван Олдин подает ему сигналы с противоположного конца корта, и отправился к нему.

– Мне этот молодой человек нравится, – безмятежно улыбнулся Пуаро вслед отошедшему секретарю. – А вам, мадемуазель?

– Очень.

– А вам, месье Кеттеринг?

На губах Дерека вертелось возражение, но он сдержался, потому что что-то в поблескивающих глазах маленького сыщика внезапно его насторожило. Он ответил, тщательно подбирая слова:

– Найтон – прекрасный парень.

На секунду Кэтрин показалось, что детектив разочарован.

– Он ваш большой поклонник, месье Пуаро, – сказала она и пересказала некоторые из вещей, которые Найтон говорил по дороге. Ей доставило удовольствие увидеть, как человечек надулся, как голубь, и выпятил вперед свою грудь, напустив на себя притворную скромность, которая, впрочем, никого не обманула.

– Кстати, мадемуазель, – внезапно сказал сыщик, – это напомнило мне об одной вещи, которую я хотел обсудить с вами. Мне кажется, что, когда вы сидели в вагоне и говорили с этой бедняжкой, вы уронили портсигар.

Кэтрин удивленно посмотрела на него.

– Я думаю, вы ошибаетесь, – ответила она.

Пуаро достал из кармана портсигар, сделанный из мягкой синей кожи, на котором была золотом вытиснена буква «К».

– Нет, это не мой, – сказала Кэтрин.

– Тогда тысячу извинений. Наверняка это портсигар самой мадам. А «К» наверняка обозначает «Кеттеринг». Мы сомневались, потому что в сумке у нее лежал другой портсигар, и нам показалось странным, что их у нее было два… Думаю, вы не знаете, принадлежал ли этот портсигар вашей жене или нет? – Сыщик внезапно повернулся к Дереку.

Казалось, тот был захвачен врасплох. Отвечая, он даже слегка запнулся:

– Я-я… не знаю. Может быть.

– А это, случаем, не ваш собственный портсигар?

– Конечно, нет. Если б это был мой, то вы вряд ли нашли бы его у моей жены.

На лице у Пуаро была написана ребяческая хитрость.

– Просто я подумал, что вы могли его выронить, когда заходили в ее купе, – простодушно объяснил он.

– Я там никогда не был и уже раз десять говорил об этом в полиции.

– Тысячи извинений, – произнес Пуаро с видом полного раскаяния. – Дело в том, что мадемуазель видела, как вы туда входили…

И он остановился в замешательстве.

Кэтрин посмотрела на Дерека. Лицо последнего слегка побледнело, хотя это могло быть и плодом ее фантазии. По крайней мере, его смех звучал достаточно естественно.

– Вы ошиблись, мисс Грей, – легко произнес он. – Судя по тому, что сообщили мне в полиции, мое собственное купе находилось через одно или два от купе моей жены – хотя в тот момент я об этом не подозревал. По-видимому, вы видели, как я входил в свое собственное купе.

Кеттеринг быстро встал, увидев, что к ним приближаются ван Олдин и Найтон.

– А теперь я вас покину, – сообщил он. – Ни за какие коврижки не хочу встречаться с моим тестем…

Ван Олдин тепло поприветствовал Кэтрин, но было видно, что он не в духе.

– Кажется, вы большой любитель тенниса, месье Пуаро, – проворчал он.

– Да, эта игра доставляет мне удовольствие, – беспечно ответил сыщик.