Тайна «Голубого поезда» - Кристи Агата - Страница 32

– Чувствуется влияние Франции, – заметил ван Олдин. – Мы в Штатах сделаны из другого материала. Там для нас на первом месте дело, а уже потом – удовольствия.

Пуаро, казалось, совсем не обиделся; напротив, он мягко и доверчиво улыбнулся сердитому миллионеру.

– Умоляю вас, не гневайтесь. У каждого свои методы. Вот я, например, всегда находил прелесть своей работы в возможности объединять дело и удовольствие.

Детектив взглянул на майора и девушку – они были глубоко погружены в беседу и ничего не слышали вокруг себя. Удовлетворенно кивнув, Пуаро наклонился к миллионеру и понизил голос:

– И здесь я не только ради удовольствия, месье ван Олдин. Посмотрите, вон прямо напротив нас сидит мужчина с желтоватым лицом и обращающей на себя внимание бородой.

– Ну и кто это?

– Это, – ответил Пуаро, – не кто иной, как месье Папополус.

– Ах, этот грек…

– Пусть будет грек, если вы так считаете. Он антиквар с мировой славой. У него небольшой магазинчик в Париже, но полиция подозревает, что это далеко не всё…

– Что?

– Он торговец краденым, который специализируется на драгоценных камнях. В мире нет ничего касающегося огранки камней и переделки их оправ, чего бы он не знал. Он работает с самыми известными людьми в нашем мире – и самыми большими подонками в мире преступном.

Ван Олдин посмотрел на Пуаро с вновь появившимся интересом.

– И что из этого следует? – спросил он с новыми нотками в голосе.

– Я спрашиваю себя, – ответил сыщик, – я, Эркюль Пуаро, – он ткнул себя пальцем в грудь, – спрашиваю себя, почему месье Папополус так неожиданно появился в Ницце?

На ван Олдина такой поворот событий произвел впечатление. Еще минуту назад он сомневался в Пуаро, сомневался в том, что маленький человечек сможет выполнить свою работу, и думал о том, что он обыкновенный позер и хвастун, – а теперь опять вернулся к своему первоначальному мнению. Американец прямо посмотрел на детектива.

– Должен принести вам свои извинения, месье Пуаро.

Сыщик жестом отмахнулся от этих извинений.

– Пустяки, – воскликнул он, – все это абсолютные пустяки! А теперь послушайте меня, месье ван Олдин, у меня есть для вас новости.

Миллионер с интересом посмотрел на Пуаро. Тот кивнул.

– Именно так. Вам будет интересно. Как вы знаете, за графом де ля Рош было установлено пристальное наблюдение с того момента, как он был допрошен следователем. Через день после этого, когда он отсутствовал, полиция произвела обыск на вилле «Марина»…

– Ну и, – сказал американец, – они что-нибудь нашли? Пари держу, что ничего.

Пуаро слегка поклонился ему.

– Вы недалеки от истины, месье ван Олдин. Они не нашли ничего подозрительного. Но никто ничего и не ожидал от этого обыска. Граф де ля Рош, как это говорится в вашей экспрессивной идиоме, «не вчера родился». Он проницательный джентльмен с большим опытом.

– Ну что же, продолжайте, – проворчал Руфус.

– Конечно, может быть и так, что у графа действительно нет никаких компрометирующих его вещей, которые необходимо прятать. Однако мы не можем на это полагаться. А если у него есть что прятать, то где? Явно не в доме, потому что полиция обыскала его очень тщательно. Он не может носить это при себе, поскольку может быть арестован в любой момент. Остается его машина. Как я уже заметил, граф находился под постоянным наблюдением. В тот день он поехал в Монте-Карло. Оттуда, находясь за рулем, отправился в Ментону. У него очень мощная машина, и ему удалось оторваться от своих преследователей – правда, не больше чем на четверть часа. На это время они потеряли его из виду.

– И вы думаете, что за это время он умудрился что-то спрятать в сточной канаве? – спросил ван Олдин, искренне заинтересованный рассказом маленького сыщика.

– В сточной канаве? Нет, ça n’est pas practique. Но послушайте меня внимательно. Я сделал небольшое предложение месье Каррежу, и он любезно с ним согласился. Во всех близлежащих почтовых отделениях в окру́ге находился по крайней мере один человек, который знал де ля Роша в лицо. Понимаете, самый простой и надежный способ спрятать какую-нибудь вещь – это послать ее самому себе по почте.

– Ну и?.. – потребовал продолжения американец; на его лице были написаны внимание и нетерпеливое ожидание.

– Ну и… – Драматическим жестом Пуаро извлек из кармана плохо завернутый в коричневую бумагу предмет, с которого были срезаны все шпагаты. – За те пятнадцать минут, что были в его распоряжении, наш джентльмен отправил это по почте.

– По адресу? – резко поинтересовался его собеседник.

Пуаро утвердительно кивнул.

– Адрес мог бы нам что-то дать, но, к сожалению, ничего не дает. Посылка была отправлена по адресу одного из крохотных газетных киосков в Париже, в которых такие посылки и письма хранятся до тех пор, пока их не заберут за небольшое вознаграждение.

– Понятно. Ну а что внутри посылки? – нетерпеливо спросил ван Олдин.

Пуаро развернул бумагу, достал плоскую картонную коробку и оглянулся вокруг.

– Кажется, момент подходящий, – тихо проговорил он. – Все следят за игрой… Полюбуйтесь, месье!

Детектив на секунду поднял крышку. Миллионер издал возглас, полный удивления. Лицо его стало бледным как мел.

– Боже мой, – выдохнул Руфус, – рубины!

Минуту он сидел как в трансе. Пуаро вернул коробку в карман, и в этот момент американец вышел из этого своего состояния. Он схватил сыщика за руку и стал с такой силой трясти ее, что маленький человечек сморщился от боли.

– Это просто потрясающе! – воскликнул ван Олдин. – Просто потрясающе… Вы самый лучший, месье Пуаро. Отныне и навеки – вы самый лучший!

– Ну что вы, – скромно ответил сыщик. – Организованность, метод и готовность к возможным неожиданностям – вот и всё.

– Полагаю, что графа де ля Рош уже арестовали? – с готовностью продолжил американец.

– Нет, – услышал он в ответ.

На лице миллионера появилось выражение полного недоумения.

– Но почему? Чего еще вы ждете?

– У графа все еще остается его алиби.

– Но это же глупость!

– Да, – согласился Пуаро, – я тоже так думаю, но, к сожалению, это необходимо доказать.

– Пока вы это доказываете, он уйдет у вас прямо из рук.

– Нет, этого не произойдет, – Пуаро энергично помотал головой. – Дело в том, что единственное, чем граф действительно дорожит, так это его положение в обществе. Он будет защищать его всеми доступными ему способами.

Миллионер все еще был не удовлетворен.

– Но я не понимаю…

Детектив жестом прервал его:

– Дайте мне немного времени. У меня есть маленькая идея. Очень многие издевались над маленькими идеями Эркюля Пуаро – и оказывались не правы.

– Ну что же, – сказал ван Олдин. – Не буду вам мешать. А что это за маленькая идея?

Пуаро помолчал несколько мгновений, а потом сказал:

– Завтра я приду к вам в гостиницу в одиннадцать часов утра. До этого никому и ничего не говорите.

Глава 22

Завтрак месье Папополуса

Месье Папополус завтракал. Напротив него сидела его дочь Зия.

В дверь гостиной постучали, и вошел ливрейный лакей с визитной карточкой в руках, которую он протянул господину Папополусу. Тот внимательно изучил карточку, удивленно поднял брови и протянул ее дочери.

– Вот как, – сказал месье Папополус, в задумчивости потирая свое левое ухо. – Эрклюль Пуаро… Интересно, что ему от меня надо?

Отец и дочь посмотрели друг на друга.

– Вчера я видел его на теннисе, – сказал антиквар. – Зия, мне все это не нравится.

– Но ведь однажды он тебе здорово помог, – напомнила девушка.

– Это правда, – признался Папополус. – Кроме того, как я слышал, он уже отошел от дел.

Отец и дочь говорили на своем родном языке. Затем месье Папополус обратился к ливрейному лакею по-французски:

– Faites monter ce monsieur[38].