Сны призрака - Якименко Константин Николаевич - Страница 39

– Ни х… ж себе… – вполголоса пробормотал охранник. – Ким! Слышишь меня?

– Не слышит он тебя, – неожиданно ответил Хаймс – Он мертв.

– Тебя, б…, не спросил!

– А зря. Я вас сразу предупреждал.

– Ты что, сука? Хочешь сказать, это ты лампу на него скинул?

Хаймс пожал плечами. Охранник поднял на него лучемет:

– А теперь я тебя спрашиваю! Отвечай, сука!

– В том смысле, который ты вкладываешь в слово «скинул», – нет.

– Дерьмо! – огрызнулся охранник

Он заметил рядом дверь в стене. Подошел, толкнул – на удивление, она распахнулась сразу. Внутри было темно. Не спуская взгляд с Хаймса, охранник нащупал выключатель и нажал. Свет, не особенно яркий, выхватил штабеля ящиков, которыми стены были заставлены полностью. Только посредине было небольшое свободное пространство.

– Иди сюда! – приказал охранник парню.

Тот спокойно проследовал в комнату. Ни тени страха не было на нем, и это бесило больше всего.

– Стань туда! Лицом ко мне! На колени, сука! Хаймс поворачивался медленно и наконец замер, но на колени не опустился.

– Я сказал: на… – начал охранник и так и оцепенел с раскрытым ртом.

Там, напротив него, стоял и ухмылялся человек с лицом, как две капли воды похожим на его собственное.

– Что за хрень… – пробормотал он. – Ты что же, сука, делаешь…

Хаймс открыл рот и захохотал во все горло. Наваждение прошло, как и не было – теперь там снова был черноволосый фидухец. Охранник нацелил на него лучемет:

– Отвечай! Ты убил Кима?!

Тот продолжал смеяться. Черты лица его начали искажаться, будто расплывались: удлинялся рот, губы то расползались несколькими щелками, то стягивались до едва заметной дырочки. Нос сплющивался и вырастал до небольшого хобота, волосы шевелились, как маленькие змеи. На долю секунды все возвращалось на свои места и тут же начинало трансформироваться снова.

Охранник нажал кнопку несколько раз – лучи ударили сбоку и продырявили пару ящиков, но ни один не попал в цель.

– Что, не выходит? – участливо произнес Хаймс.

Казалось, голос звучал не в ушах, а прямо в мозгу. Он отдавался там многократным эхом, сжимал извилины, сплющивал серое вещество, отнимая всякую возможность мыслить и воспринимать происходящее. Теперь метаморфозы происходили уже не только с лицом Хаймса, но и со всем, что охранник видел вокруг. Ящики делались то круглыми, то треугольными, из них вытягивались шипы, касались друг друга. Ощетинившиеся картонки шевелились и терлись одна о другую, как огромные ежи. Эти ежи окружали со всех сторон, они хотели пронзить человека тупыми иглами, а потом расплющить его, превратить в лужу крови.

Бормоча ругательства, охранник жал на кнопку раз за разом. Бесполезно – лучемет больше не стрелял, а только бессмысленно щелкал. Он снова выматерился, отшвырнул импульсник прочь, вытащил нож и медленно пошел к Хаймсу.

– Давай же! – приглашающе сказал тот. Слова повторились в голове множество раз. Они сталкивались, мячиками отскакивали от стенок черепа, с каждым ударом причиняя резкую, рвущую боль. Низкие отзвуки били молотом по затылку, вколачивали в землю. Шаги давались с трудом: охранник почти не чувствовал рук и ног, он будто плыл в вязком эфире, в плену чужих звуков и чуждых, неземных видений. Он уже не помнил, где он и даже кто он, главное было – враг впереди, которого надо убить во что бы то ни стало.

Хаймса охранник не видел, как, впрочем, и не различал ничего вокруг, кроме бессмысленной мешанины желто-черных пятен. Но вот ему показалось, что он дошел. Тогда он поднял нож и, слабо сознавая, что делает и зачем, замахнулся и ударил.

Комнату наполнил душераздирающий вопль. Через несколько секунд последовал шум падающего тела и вместе с ним жуткий звук, вероятно означавший смех, хотя скорее он напоминал дикую смесь металлического лязга и кваканья лягушки…

А еще секундами позже Кейвон Хаймс отряхнул одежду, отошел от ящиков и приблизился к выходу из комнаты. Оттуда он глянул на тело, ухмыльнулся и вполне по-человечески хмыкнул. После чего открыл дверь, шагнул вперед и словно растворился в воздухе.

– Что вам угодно, хозяйка? – спросил человек, одетый во все черное.

– Мне нужна информация о некоем Кейвоне Хаймсе, сотруднике «Хейгорна» из группы исследования «Призрака», – сказала Мэри Уинслоу. – Особенно меня интересует, когда и с кем из наших у него были контакты.

– Я понял, хозяйка. Можно узнать подробности?

– Он только что был у меня. Знает то, чего знать ни в коем случае не должен. Пытался мне угрожать. Его задержали, допросят по форме, но чем больше информации, тем лучше.

– Насколько это срочно, хозяйка?

– Как можно быстрее. И что там с ключом?

– Пока ничего нового. Не могу связаться со своими людьми. Кажется, у них проблемы.

– Черт возьми… – процедила Мэри.

– Я делаю все, что в моих силах, хозяйка!

– Значит, делай и то, что выше твоих сил! Мне нужен результат!

– Как только он будет, я немедленно свяжусь с вами, хозяйка.

– Ну так действуй! – Она оборвала связь и устало откинулась на диван.

Ведь совсем недавно дела складывались просто отлично – почему же с того момента, как она заинтересовалась «Призраком», все пошло наперекосяк? Впрочем, логика тут есть. «Призрак» и «Мозговой штурм» – качественный скачок, не сравнимый с тем, чем корпорация занималась до сих пор. Вот и появляются непредвиденные проблемы… Ничего – она их преодолеет.

За окном темнело – небо предвещало грозу. Кстати, подумала Мэри, она сказала, что Хаймса задержали, но почему до сих пор нет вестей от охранников? Она запросила связь с их начальником:

– Ко мне приходили двое, Ким и… как его там… Где они?

– Не знаю, госпожа, еще не связывались со мной.

– Так выясни!

Девушка подошла к окну и приоткрыла его. Свежий прохладный воздух ворвался в комнату. Тучи в самом деле сгущались, и она подумала: они сгущаются и надо мной. Обычно Мэри любила грозу, словно черпала в ней силы, но сейчас в приближающемся буйстве стихии чудилось что-то зловещее.

Она вернулась к столу, связалась с управляющим здания и потребовала, чтобы он как можно тщательнее проверил все контуры безопасности. Только-только она отключилась, как отозвался главный охранник. С первого же мгновения президент поняла: что-то не так.

– Вы нашли их?

– Нашел, госпожа. Только…

– Что?

– Мертвыми, госпожа. На двадцатом с половиной.

Мэри едва заметно вздрогнула.

– Что они там делали? Я направила их в семьдесят первую!

– Третий лифт сломался – заклинило его. Они, похоже, шли к четвертому… Ким лежит в коридоре, с дырой в голове. По-моему, госпожа, с потолка упала лампа, а кто-то подхватил ее и влупил ему сзади по башке. А другой – на складе, рядом. В животе нож торчит, его собственный…

– А Кейвон Хаймс? Которого они вели?

– Уже ищем, госпожа! Вот, Олег говорит… говорит: досюда они втроем дошли, а дальше след теряется. Непонятно, куда этот третий делся…

Президент заскрипела зубами:

– Найди мне его! Перерой всю башню, но найди! Из-под земли достань!

– Госпожа, я ищу! Не мог же он в самом деле сквозь землю…

Боже, подумала Мэри, почему все вокруг такие бездари? У меня компания номер один, а лучшие люди работают на «Хейгорн», на департамент, на косморазведку, только не на меня. Почему так? Внезапное озарение побудило ее сделать еще один вызов.

– Мэри? Приятный сюрприз! – откликнулся Патрик Хиеши.

– Помолчи и слушай меня! Сейчас же распорядись, чтобы образец немедленно перевезли в Токио!

На его лице появилось удивление:

– Я что-то не понимаю…

– Патрик, мне все равно, понимаешь ты или нет! Ты сделаешь это, потому что я приказываю тебе как президент! Я дала тебе два дня? Хорошо, с учетом переезда и переконфигурации запуска добавляю к ним еще один. Справитесь за три дня?

– Справимся, но… что случилось?

– Пока ничего. Надеюсь, что и не случится. Но ты сделаешь это прямо сейчас! Повтори.