Сны призрака - Якименко Константин Николаевич - Страница 40

– Прямо сейчас. Конечно, Мэри, как пожелаешь!

Она снова опустилась на диван. Некоторое время сидела неподвижно, слушая шум рвущегося в окно ветра, пока не почувствовала, что успокаивается. Итак, она упустила «Призрак», Квалина, ключ, а теперь еще и этого Хаймса. Ах да: ко всему прочему, «Хейгорн» получил информацию о «Мозговом штурме» – вопрос лишь в том, как много они знают. Кое-что она, правда, приобрела взамен, но ценность этого приобретения в пустыне Такла-Макан пока весьма сомнительна. Но все-таки, возвращаясь к Хаймсу: он что, в одиночку пришиб двоих здоровяков? Верится с трудом. А значит, у него есть сообщники – причем здесь, в здании! И если они легко пошли на двойное убийство, то остановятся ли перед тем, чтобы устроить взрыв? Что может их остановить? Или – кто?

Спокойно, сказала себе Мэри, только не надо впадать в панику. Убить пару человек подручными средствами – на самом деле невелика хитрость. А вот протащить сюда концентрированный заряд или дистортер – система безопасности взвоет так, что мало не покажется. «Природа и ненадежная техника», – сказал Хаймс… Ну и что же он имел в виду? А имел он в виду напугать меня как следует! И он этого почти добился, не так ли? Или кто только что чуть не в истерике отдавал приказ Патрику?

Мэри Уинслоу переключилась на другие дела. Просмотрела текущие отчеты из филиалов, поговорила с региональными представителями, глянула последние новости. Время побежало быстрее, а за окном уже совсем стемнело. Редкие элеры разлетались прочь, люди прятались по домам и укромным местам, где можно пересидеть надвигающуюся бурю.

Наконец грянуло: бабахнуло несколько раз, а затем с небес обрушился ливень. Стремительные порывы ветра швыряли тяжелые струи вправо и влево. Окно закрылось само – сработала автоматика. Похоже, защитная система считала погоду по-настоящему штормовой – в таких случаях она герметизировала здание, покрывая его тонким эккумундивным экраном. Дорогое удовольствие, конечно, зато куда уж надежнее! И пусть Хаймс даже не надеется что-то сделать!

Начальник охраны сообщил, что они так и не могут никого найти. Уинслоу махнула рукой – она уже почти не надеялась. Патрик сказал, что образец на пути в Токио. Ну и ладно, решила: отменить приказ сейчас значило бы признать, что она в самом деле истеричка.

Вдруг сработал сигнал тревоги. Желтый уровень – локальная опасность, пока не критическая. Мэри выругалась и только хотела дать запрос, как на связь с ней вышел главный хозяйственник здания:

– Госпожа президент, у нас пожар в правом крыли! Думаю, ничего серьезного, но я советую вам покинуть башню. – Нервно подергивающееся лицо выдавало, что на самом деле, вероятно, все значительно серьезнее чем «ничего».

– Нет уж, для начала объясни мне, откуда пожар!

– Ударила молния, произошло замыкание, и…

– Роман, ты издеваешься?! Какая, к черту, молния под экраном?

– Вот и мне непонятно! Генератор в правом крыле чего-то вдруг переключился с минуса на плюс. А плюс-поле в грозу – ну, сами знаете… Госпожа президент, это идиотизм какой-то, такого ведь не может быть в принципе!

– Это у тебя идиотизм! Если что-то произошло – значит в принципе оно может быть, или я чего-то не понимаю?

– Ну как вам объяснить… Вот возьмите часы. Если они не настроены точно, то могут спешить или отставать. Могут остановиться совсем, если что-то испортилось. Но они никогда сами по себе не пойдут назад. Для этого надо заменить механизм! Так и в генераторе: сбой в работе – и он выключается, скачок в плюс невозможен. Стопроцентная автоматика, никаких хитростей…

– Но он не выключился, так? Он ушел в плюс и притянул молнию.

– Да, притянул. Госпожа президент, я разберусь, почему это случилось! Но вам все-таки лучше…

– Роман, ты уволен, – оборвала его Мэри.

– Что? Госпо…

Она сбросила связь. Индикатор тревоги перескочил на угрожающе оранжевый оттенок.

Уинслоу встала, собрала со стола чипы и кинула в сумку. Подхватила ее и выскочила в коридор. «Природа и ненадежная техника», – звучало в голове. Ненадежная техника… Парадокс в том, что Роман прав: то, что случилось, теоретически невозможно. Но сейчас некогда было об этом думать.

В коридоре за президентом в отдалении пристроилась охрана, из соседней двери выскочила секретарша. Должно быть, на других этажах люди сейчас метались в панике, здесь же находились только президентские комнаты, поэтому было тихо. Мэри прошла по коридору до широкого проема в стене – кто-то уже успел воспользоваться аварийным выходом, поскольку потайной проход был открыт. Она сразу поняла кто: в небольшом элеробусе на заднем сиденье расположился Патрик и приглашающе глядел на нее. Отчего-то вспомнилось, что первыми с тонущего корабля бегут крысы.

Лампы под потолком замигали красным, загудела сирена. Комп сообщил, что правое крыло в аварийном состоянии и всем рекомендуется покинуть здание. У Мэри тут же запищал токер, и она нажала клавишу ответа:

– Президент, взрывом порвало несущую! Вы там осторожнее, оно вот-вот обвалится! – говорил, очевидно, начальник пожарной команды.

«Теперь еще и взрыв», – подумала она с удивительным спокойствием.

– Спасайте людей, я о себе позабочусь!

– Из правого крыла уже всех вывели.

– Выводи вообще из башни! Только без лишней суеты, они же друг друга передавят…

– Не учите меня, – сказал пожарник и отключился.

Мэри оскалилась, потом усмехнулась, сунула токер в сумку и поспешила к элеробусу.

– Что ты там застряла? – спросил Патрик. – Я тут уже переволновался…

– А меня волнует, чтобы ты не потерял данные по эм-ша!

– Мэри, ну о чем ты говоришь, все сдублировано!

– Вот и прекрасно.

Она проигнорировала распахнутую дверь и опустилась на переднее сиденье, рядом с водителем. Возле Патрика села секретарша Глори.

В этот миг президент ощутила дрожь под ногами. Сверху донесся неясный шум, а потом несколько секунд они молча наблюдали, как мимо сквозь пелену дождя проносится огромный, в несколько этажей, оторвавшийся от звезды «Интергалактик» луч. Казалось, можно протянуть руку и коснуться его, хотя на самом деле он летел метрах в двадцати от здания. Чем выше забрался – тем дальше падать, вспомнила Мэри, а потом Патрик закричал:

– Летим уже! Или мы ждем, пока рухнет все?

– Полетели. В Токио! – скомандовала президент, и только тогда элеробус сдвинулся с места, покинул укрытие и, рассекая мглу, поплыл по воздуху прочь от города.

Не теряя времени, девушка включила связь на панели и запросила знакомый номер. Этим номером она не пользовалась без крайней надобности, но сейчас, похоже, была именно такая. Соединение прошло почти сразу – холодные, неестественные для азиата рыбьи глаза глядели на Мэри с лица, на котором единственной растительностью были густые брови.

– Здравствуй, деточка, – бесцветным голосом произнес Чжу.

Если кто-то до сих пор мог заставить Уинслоу почувствовать себя ребенком, так это начальник Восточного ДКН. Китаец был немногим моложе ее деда: в свое время они были хорошими приятелями, и именно Чжу помог Старикану вернуть власть, когда того отстранили во время войны. Потом Джозефа не стало. И в тот самый знаменательный день, когда Мэри утвердилась на президентском посту, поздним вечером – она как раз собралась расслабиться в ванне – раздался сигнал. Декаэновец смотрел не мигая, будто хотел проглотить ее глазами, и девушка поежилась.

– Тебя, наверное, нужно поздравить, маленькая? – Она вдруг и правда ощутила себя маленькой девочкой, а свою победу – детским сражением в песочнице. – Что ж – поздравляю.

– Спасибо, Чжу, – едва выговорила Мэри. Он улыбнулся зловеще:

– Ты обращайся, если что. – И тогда новоиспеченный президент подумала, что сделает это только в том случае, когда ничего больше сделать не сможет. С тех пор, однако, таких случаев было уже несколько.

– Чжу, у меня проблемы, – сказала она, стараясь выдержать его нечеловеческий взгляд.

– Правда? Что же ты натворила, маленькая?