Волк и голубка - Вудивисс Кэтлин - Страница 106

Хуже всего было, впрочем, то, что разгромленные отряды фламандцев разбежались в глубь страны и от ярости из-за своего поражения могли опустошить английские земли. Вильгельм не мог послать помощь, но предупреждал Вулфгара о необходимости приготовиться к защите и, если возможно, перекрыть дороги отступающим.

Вулфгар проверил свои силы и немедленно заставил всех трудиться. Замок уже в этом виде сумеет выдержать атаку, но требовалось заняться другими делами — убрать все с полей, чтобы шайки грабителей не нашли ничего съестного. Весь скот нужно было подогнать поближе к крепости, отнести все припасы из кладовых и амбаров в замок, где для этих целей были выстроены огромные закрома и подвалы. Прежде всего следовало позаботиться о Крегане, расположенном гораздо дальше от замка, чем Даркенуолд. Пока Вулфгар со своими людьми объезжал границы владений, Бофонт и Болс-гар по поручению лорда учили деревенских жителей владеть оружием. Когда весь Креган переберется в замок, два городских моста будут разрушены, чтобы преградить путь врагу.

Началась тяжелая работа. Каждая повозка, фургон, упряжка мулов и лошадей были заняты с утра до вечера. Между Креганом и замком тянулись бесконечные цепочки телег, перевозивших припасы. Ценные вещи записывались в книгу Керуика и складывались в хранилище замка. Фермеры заколачивали дома и перебирались за каменные стены. Женщины ходили на болота и рубили ивовые ветви, из которых делали луки и стрелы. Огромные бочки черной вонючей грязи привозили с топей и устанавливали на стенах. Ее можно было легко поджечь, а потом вылить на головы врагов. Гевин трудился в кузнице день и ночь: кузнец с сыновьями ковали наконечники стрел и копий и делали грубые, но острые мечи. Все работали. Все выполняли долг.

Эйслинн собрала в крепости одеяла и свертки полотна, а ткацкие станки стучали день и ночь. Все запасы Крегана были сложены в кладовых замка, даже сейчас казавшихся почти пустыми, поскольку были предназначены для хранения урожая нескольких лет, чтобы люди в случае необходимости смогли продержаться в голодную зиму.

И вдруг грянула беда. Высокий столб дыма взвился в небо возле Крегана, и Вулфгар, собрав людей, немедленно помчался в городок. Недалеко от Даркенуолда они встретили толпу людей, не пожелавших покинуть свои дома. Те брели, спотыкаясь, потрясенные новой напастью. Вулфгар узнал, что небольшой отряд рыцарей и лучников напал на город на рассвете и изгнал пытающихся обороняться жителей. Неприятель поджег дома и, казалось, скорее стремился уничтожить город, чем разжиться добычей. Рыцари безжалостно убивали каждого, кто становился у них на пути.

Замыкал процессию отец Данли, тащивший за собой тележку, в которой лежали драгоценное распятие и предметы церковной утвари. Остановившись подле Вулфгара, он вытер лоб.

— Они сожгли мою церковь, — заплакал старик. — Не пощадили даже Божью обитель. Они хуже викингов. Те хотя бы просто грабили, но эти негодяи решили все разрушить.

Вулфгар, прикрыв рукой глаза, повернулся к Крегану.

— Если будем живы, святой отец, ты получишь для церкви старый дом в Даркенуолде. Это самое подходящее место, чтобы служить Господу.

Священник смиренно поблагодарил господина и потащил тележку дальше, а Вулфгар приказал Милберну взять людей и проводить жителей Крегана в Даркенуолд.

Когда он подскакал к Крегану, развалины все еще дымились, но от домов почти ничего не осталось. На улицах лежали трупы тех, кто пытался защитить свой дом или не сумел достаточно быстро скрыться. Вулфгар невольно вспомнил другой день, когда он вот так же стоял перед невинно убиенными сознавая собственное бессилие.

Лицо рыцаря стало жестким. Глаза гневно блеснули. Тот, кто сделал это, ответит за преступление, даже если Вулфгару придется гнаться за ним на край земли.

Он с тяжелым сердцем повернул коня и жестом велел людям возвращаться в Даркенуолд. Войдя в зал, где Эйслинн и Болсгар уже ожидали его, он тихо произнес в ответ на вопросительные взгляды:

— Мятежники успели сбежать, но думаю, мы еще с ними увидимся. Им почти ничего не досталось в Крегане. Одного из них прикончили вместе с конем. Оба отощали до того, что ребра торчат. Негодяи не уйдут далеко, пока не добудут еды для себя и корма для коней.

Болсгар согласно кивнул:

— Да, они раскинут лагерь в чаще и пустят лошадей пастись, пока те не наедятся. Мы должны быть начеку, иначе они посчитают наши стада легкой добычей.

Эйслинн велела нести еду. Вулфгар уселся за стол, а Болсгар устроился рядом, желая обсудить, что делать дальше. Подоспела Хейлан с огромным блюдом мяса и хлеба, но тут же отправилась за кувшинами с пенившимся элем. В зал ворвался холодный сквозняк — это заявился Суэйн. Он подошел к столу и без лишних слов вгрызся в бараний окорок. Счастливо вздохнув, викинг наконец уселся и разом опрокинул полный рог эля. Ветерок, поднятый его появлением, еще не стих, когда дверь снова распахнулась, и порог переступили трое рыцарей. Они набросились на оставшуюся еду, уничтожая все подряд и запивая каждый глоток огромными порциями эля. Вулфгар ошеломленно уставился на опустевшее блюдо.

— Будь я королем, друзья мои, наверняка умер бы с голоду с такими компаньонами!

Мужчины отозвались веселым ревом, а Эйслинн засмеялась и велела принести еще еды. Оглушительный шум привлек внимание Гвинет. Женщина спустилась вниз, хотя уже успела пообедать раньше, и тихо уселась с вышиванием, как вошло у нее в обычай за последнее время. Вскоре к ним присоединился Керуик, измученный и осунувшийся. Он долго печалился по поводу путаницы в книгах, причиной которой стали последние события, и поднял руку со скрюченными пальцами.

— Взгляните, — в шутку пожаловался молодой человек. — Пальцы онемели оттого, что я целый день держал перо и вносил в книги исправления.

Его слова, однако, были встречены оглушительным хохотом, и когда все немного успокоились, Керуик уже серьезнее обратился к Вулфгару.

— С болью в сердце мне пришлось занести в книгу имена погибших жителей Крегана, — печально вздохнул он.

В зале стало тихо. Ужас случившегося только сейчас в полной мере дошел до собравшихся за столом.

— Я знал их всех, — продолжал Керуик. — Они были моими друзьями. Я хотел бы пока отложить книги и присоединиться к вам, когда вы соберетесь выследить этих вандалов.

— Не волнуйся, Керуик, — успокоил его Вулфгар. — Мы позаботимся, чтобы их настигло справедливое возмездие. Ты принесешь больше пользы, оставшись здесь: может, сумеешь разобраться в этой путанице.

Он обернулся к остальным и стал уже решительнее раскрывать свои планы.

— Нужно поставить дозорных, как раньше. Болсгар, выбери людей, знающих сигналы, и спрячь получше в лесах и холмах. Пусть выходят сегодня, чтобы оказаться на местах с первыми лучами солнца. — И, обратившись к рыцарям, добавил: — А мы не должны пропустить появления мятежников. Каждый раз, выезжая, станем передавать сигналами в замок о том, куда направимся, а оттуда нам сообщат о продвижении неприятеля. Бофонт, ты останешься и будешь готовить замок к возможному нападению. Там все было сегодня в порядке?

Бофонт кивнул, но тут же нахмурился.

— Замок готов к обороне, и люди обучены обращаться с оружием. — Он немного помялся, но все же выложил: — Жителям Крегана стало слишком тесно во дворе замка, и многие выстроили хижины у внешней стены. В случае внезапного нападения дело кончится плохо.

— Верно, — согласился Вулфгар. — Завтра же вели им переселиться за нижний ров. Дозорные успеют вовремя предупредить всех скрыться за стенами.

Он вопросительно оглядел стол, но остальные молчали.

— Вот и все. — Вулфгар высоко поднял чашу. — За завтрашний день. За то, чтобы мы сумели отправить их к Создателю.

Все, кроме Гвинет, выпили, но она сидела поодаль, и никто не предложил ей чашу.

Вошла замеченная лишь одним человеком Хейлан и засуетилась, принеся вино, большое блюдо дымящегося мяса, хлеб и миску с густой подливой. Керуик первым схватил кусок мяса, откусил и сморщил нос.