Темная комната - Уолтерс Майнет - Страница 76

Женщина напряженно улыбнулась:

— Вам это кажется из-за того, что у меня бритая голова. Она не добавляет мне привлекательности, а, напротив, делает похожей на обыкновенного заключенного. Правда, волосы и всякие прически — это еще не самое главное в женщине, верно? Так, второстепенная деталь, облицовка, если можно так выразиться.

— Вы замерзли? — вдруг насторожился доктор. — Вы же вся дрожите.

— Это нервы.

— Почему вы нервничаете в моем присутствии, Джинкс?

— Это вовсе не из-за вас.

— Тогда какова причина вашего волнения?

— Не знаю, — спокойно ответила женщина. — Я не помню.

Протероу не мог не рассмеяться:

— Прошлой ночью мне приснился очень смешной и необычный сон про вас, — начал он. — Мне снилось, как будто я стою у самого края утеса, и вдруг какая-то рука аккуратно берет меня за кончик носа, и пытается подвести к обрыву. И вот когда я уже начал падать, то поднял голову и увидел, что это ваша рука, и вы сами при этом добродушно улыбаетесь.

Джинкс нахмурилась:

— Этот сон что-нибудь означает?

Доктор поднялся с кровати:

— Только то, что вы водили меня за нос.

Вместо ночных полицейских к доктору явился детектив Хадден из участка Уилтшира. Это был грубовато-добродушный человек средних лет, который сразу же начал довольно неискренние словесные излияния по поводу полицейской рутины, отчего сразу же стало ясно, что детектив не имеет никакого намерения далее расследовать ночное преступление. К еще большему раздражению Алана, полицейский прихватил с собой свежий номер газеты, содержавший, как верно предположил доктор, подтверждение всему тому, что сообщил ему ранее по телефону Саймон Харрис.

— Честно говоря, сэр, — признался детектив Хадден, опуская свое грузное тело на удобный кожаный диван, — я склонен придерживаться версии о наркомане. Если, конечно, вы за эту ночь не вспомнили чего-нибудь такого, что могло в корне изменить мое мнение. Я надеюсь, вы понимаете, с какой дилеммой приходится иметь дело. Нам было бы проще найти иголку в стоге сена, чем, рыская по всей округе, пытаться поймать человека по данному вами описанию. Как было бы легко работать, если бы вы назвали его имя или если бы он украл что-нибудь. Тогда можно было бы попробовать разыскать его по украденным вещам. Но то, что мы имеем, сэр, равносильно, как я уже говорил, поискам иголки в стогу сена. Надеюсь, вы понимаете меня.

— Значит, когда я составлял список людей, с которыми встречался в течение дня, то просто тратил время впустую? — с раздражением рявкнул Алан. — Я мог бы лишних полчаса полежать в кровати. Это принесло бы мне больше пользы, чем пытаться помочь полиции в расследовании, которое их даже не интересует. — Он схватил лист бумаги с журнального столика и приготовился смять его в комок.

— Я этого не говорил, сэр, — встрепенулся Хадден, протягивая руку за списком. — Разумеется, мы с огромным вниманием отнесемся ко всей предоставленной вами информации. Однако, насколько я понимаю, вы сами не считаете, что нападавший подстерегал именно вас. Выходит, вы теперь придерживаетесь иного мнения?

Алан покачал головой:

— Я только сказал, что не могу себе представить, кому было нужно нападать на меня. Однако я обратил внимание ваших коллег на то, что преступник нанес второй удар тогда, когда я уже заперся в автомобиле. Если бы ему нужны были только наркотики, почему он так быстро сдался и убежал?

Хадден просмотрел список, переданный ему доктором:

— Да все потому, сэр, что такие типы, как правило, действуют крайне нелогично. Надеюсь, вам это хорошо известно. Его мысли были направлены на то, чтобы завладеть тем, что находится у вас в машине, поэтому он разбил ветровое стекло. Между прочим, больницы теряют еженедельно значительную часть своего имущества, оцениваемого в тысячи фунтов. Поэтому рано или поздно должен был появиться такой псих, который посчитал, что вашу клинику тоже можно попробовать ограбить. — Он провел пальцем по какой-то строчке из списка. — «Мистер Кеннеди, адвокат мистера Адама Кингсли», — медленно прочитал Хадден. — Это тот самый председатель компании «Франчайз Холдингз»?

Алан кивнул.

Переход от полного безразличия к возбужденному интересу показался почти шокирующим:

— Могу ли я спросить вас, сэр, зачем он приходил к вам?

— Дочь мистера Кингсли находится в этой клинике.

— Понятно. — Детектив нахмурился. — Но зачем ему понадобилось присылать адвоката? У вас с ним какие-то разногласия?

— Если и да, то мне это неведомо.

— Тогда о чем вы беседовали? И вообще, ваш разговор можно было охарактеризовать, как теплый и дружеский?

— Абсолютно. Мы говорили исключительно о процессе выздоровления мисс Кингсли.

— Но разве это нормально, сэр? Обсуждать состояние здоровья пациентки с адвокатом ее отца?

— Если вам нужно мое мнение, то, разумеется, нет. Но, видите ли, мистер Кингсли — чрезвычайно занятой человек. Возможно, он доверяет своему адвокату, считая, что полученная тем конфиденциальная информация таковой и останется.

Детектив нахмурился так, что брови его соприкоснулись. Все это казалось ему, как, впрочем, и самому доктору, чем-то непостижимым:

— Скажите, а вы встречались с самим мистером Кингсли?

— Нет. Нам приходится поддерживать связь посредством телефонных звонков и факсовых сообщений.

— Значит, вы не можете рассказать мне, что это за человек. В вашем списке есть Фергус Кингсли. Он тоже из этой семьи?

— Младший сын. Единокровный брат мисс Кингсли по отцу.

— Вчерашнее общение с ним также можно назвать доброжелательным?

Алану сразу же вспомнилось, как Фергус крепко ухватил его за руку. Этот эпизод вызывал раздражение, но не более.

— Да, все прошло спокойно.

Детектив Хадден сложил листок и убрал его в карман:

— Вы говорили, что у нападавшего в руке находилась кувалда. Вы уверены в этом?

— Конечно.

— Хорошо. — Хадден поднялся с дивана. — Посмотрим, что мы сможем сделать, сэр.

Алан удивленно приподнял бровь:

— Почему же вы так внезапно изменили свое отношение к расследованию? Еще пару минут назад вы думали о том, как бы побыстрее закрыть его, а теперь рветесь в бой. И какое отношение ко всему этому происшествию имеет семья Кингсли?