Путь «Чёрной молнии» - Теущаков Александр Александрович - Страница 71

— Ну, если нальете, почему бы и нет, — ответил шуткой прапорщик.

— Не-е, командир, ваксы тебе не предложим, сами по этому поводу седьмой хрен без соли доедаем, — пошутил Макар.

— А что так, такому знатному…, - видимо прапорщик хотел сказать: «Вору», но после заминки, продолжил, — вашему корешу и не грех водочки преподнести, а то, как-то на сухую негоже.

— Ладно старшой, не прикалывайся, ты сам знаешь, что сегодня мы пить не будем, — вставил Дрон, — за нами не заржавеет.

— Ладно-ладно, я пошутил, — сказал проверяющий, но протиснулся вперед: заглянул под кровать и открыл дверцу прикроватной тумбочки.

— Ты смотри, и в правду нет! — Как бы удивился контролер и, развернувшись, направился к выходу, уводя за собой остальных членов наряда.

Прозвучала команда отбой, в секциях погасили свет, оставив только тускло горящие ночники. Дрон вышел из отряда в ночную прохладу и закурив, присел на корточки возле цветочной клумбы. Из темноты, словно призраки, вынырнули две фигуры. Они приблизились и, тихо поздоровавшись с вором, присели рядом. Долго о чем-то разговаривали. Огоньки папирос при каждой затяжке ярко вспыхивали в ночной мгле.

Колония мирно спала, только где-то по периметру зоны лаяли сторожевые собаки, да в вдалеке: в промзоне заквакала сигнализация.

«Завтра начнутся серьезные дела», — подумал Дрон, провожая ночных визитеров.

Сбоку раздались шаркающие шаги по усеянной щебенкой дорожке.

— Кого несет? — спросил Дрон.

— Леха — это я, — отозвался Васька Симута.

— Не спится? Закуривай, — Дрон протянул папиросу и пригласил его сесть на лавочку, — Карзубый с Каленым были сейчас. Завтра пойдут выпасать тихаря кумовского. Утром, после развода на работу им нужно проследить за одним чеком, с нашего отряда — Абросимовым, может он приведет нас к следующему звену кумовской цепочки. Мне надо знать: все его передвижения, общения, короче все.

— Вот бы выловить тихушника, задавлю собаку собственными руками.

— Не впервой — выловим суку. Вась, я тебе по-настоящему доверяю. Твой отец Аркану лучшим другом приходится, а мне Арканя братом доводится. Все малявы с воли почитай через тебя идут.

— Леха, почту за честь корешиться с тобой.

— О Сибирском, что скажешь? Могу я ему доверять?

— Как мне, — Симута улыбнулся, — ведь ты мне доверяешь?!

— Ладно, разберусь с ним по — справедливости. Что скажешь о Карзубом и Каленом?

— Скажу одно — они надежны, как ледокол «Ермак». Колдун закрепил их хранителями зоновского общака, они по сей день выполняют эту роль.

— Значит шнифтари они надежные?

— Молотки! На самом деле Серега Карзубый и Игорь Каленый почитаемые в зоне люди и то, что они имеют отношение к общаковой кассе, знали только Колдун и я.

— А еще?

— В смысле?

— Какую еще роль они играют? — Васька не ответил на вопрос Дрона, — ладно Симута, можешь не понтоваться, я знаю, что они являлись исполнителями воли Колдуна, и участниками хорошо законспирированной организации, в их обязанности входит: выявление агентов оперчасти, «стукачей» в камерах изолятора и подготовка кадров для одного человека, нужного нам, как кислород.

— Откуда дровишки? — удивился Васька.

— Аркан подогнал, а ему Колдун.

— Леха, тогда у меня больше вопросов нет.

— Ты в курсе, кто убрал Тернова?

— Да в курсе. Понимаешь Леха, игра шла опасная, — это Карзубый и Каленый при первой наводке начали интенсивную слежку за предателем, ведь Тернов якшался с блатными всей зоны, как только его вычислили — сразу ликвидировали.

— Симута, я все знаю, и про «дорогу», идущую через твоего отца к Аркану. Все зоновские нужды неотъемлемо связаны с делами на воле, а конкретно речь идет о безопасности предприятия одного влиятельно Фан-Фаныча. Ты случаем не догадываешься, о ком я намекаю?

Васька хлопнул по своему плечу ладонью, как будто на нем лежал погон и ответил:

— Я же тебе сказал, что знали об этом Колдун и я. Ты хочешь услышать его имя?

— Ага.

— Кузнец.

— Надеюсь не прапор Кузя, — усмехнулся Дрон.

— Да нет, тот званием повыше — майор Кузнецов.

— Теперь я вижу, что ты в курсе всех дел. «Кузнец» нам нужен для своеобразного компромисса, он закрывает глаза на кое-какие вещи, например: наведение мною порядка в зоне, а я в свою очередь, делаю безопасной его нелегальную работу. Порядок в зоне — только на руку ментам, но им легче налаживать свою политико-воспитательную работу с активом зоны, чем передавать инициативу нам — уголовным авторитетам колонии.

— Ты говорил Кузнецу, что тебе край дела нужно побывать на Тарбазе?

— Конечно.

— И что, ты думаешь, он пойдет тебе навстречу?

— Куда он денется. Хотя знаешь, ему видать не в жилу, чтобы я попал на объект, он догадывается, для чего я рвусь на Тарбазу и то, что Кузнец убрал Ефремова с горизонта, — это дает нам шансы укрепить свое положение в зоне.

— Он кума — Ефрема уволил?!

— Нет, по моему замыслу, его погнали в командировку. Я сейчас думаю, как бы с Кузнеца побольше филок снять, чтобы направить их в общак зоны. Какая-то часть от подпольной строительной компании является платой за охрану его предприятия. Но кроме нас, на воле есть люди, которым приходится платить, они наблюдают за бригадой. Правда в последнее время приглядывающие сидели без дела, но с моим появлением, работы у них прибавилось.

— Это люди Аркана?

— Да. Без них не будет настоящего контроля. Идет наращивание объемов строительства, и осуществляются нелегальные сделки. Организация Кузнецова и Говорова нуждается в надежной охране, в задачу которой входит обеспечение безопасности членов организации. В число охраняемых входят и сами зэки, они работают в расконвоированной статусе на строительном объекте, но как только их бригада переходит под охрану лагерного надзора, «парни-охранники» снимаются с объекта, и так до следующего дня. Да что я тебе объясняю, ты и сам все знаешь.

— Они неплохо получали за свою работу, пока менты не отправили Колдуна на крытку, потом Кузнец стал кроить деньги. Мне отец передает иногда такие сообщения.

— Ничего Васек, скоро прищучим этих доморощенных богатеев, их организация расширяется, так что им нужны новые люди. Мы с Арканом готовим «подпольщикам» сюрпризы, к братану уже начали обращаться Фан-Фанычи (подпольный богач), нуждающиеся в безопасности собственных шкур. Придет время, когда «боссам» придется поклониться нашему братству в ножки, как бы им этого ни хотелось. Меня уже известили о деятельности подпольных организаций, производственного характера. Разве зря Васек воровское братство взяло курс в этих направлениях. Подпольных цеховиков, желающих пожить на широкую ногу и иметь свое нелегальное производство, теперь много, но такую корову нужно доить с умом, не пугать поборами, а предлагать свои услуги, то есть оберегать от «наскоков» случайных жуликов и вымогателей». В семидесятых подпольные цеховики набрали ход и уже не так боятся ОБХСС, как раньше. Налаживают кругом свои производства. До меня слухи дошли, что менты с вольными мастерами в Тогучинской зоне замутили пошив одежды, умело подделывая ее под импорт.

— Это на четырнадцатой? — спросил Васька, заинтересованный увлекательным рассказом Дрона.

— Ну — да. Они по деревням швейные машинки разместили: кто шьет тапочки и детские пинетки, а это же дефицит в наше время. Сейчас везде прорастает и набирает силу фарцовка, спекуляция. А Кузнецов с Говоровым занимается таким выгодным делом, как строительство. Короче, Васек: в глубинке и по всей стране нарождается новая формация коммерсантов, еще не совсем окрепшая и не затянувшая паутиной города Союза, но набирают силу подпольные предприятия.

Вот и нищие менты УИТУ и ИТУ, раскрывавшие некогда тощие кошельки перед своими семьями, уже запрягали в полозья «теневой компании» дармовую зэковскую рабсилу. Денежки — то сначала капали, а теперь ощутимо потекли в карманы предприимчивых тюремщиков.

Прежде, чем прийти в эту зону, я с многими из братвы встречался, и мне всю подноготною на мусоров зоновских слили: они же твари договариваются с хозобслугой, и в наглую воруют продукты питания, предназначенные нам. Менты прочухали, что можно жить припеваючи, и за наши бабки заносят в зону все подряд: водку, наркоту, чай. Опера на воле совместно с зоновскими, все глубже стараются влезть в дебри воровского братства и, почуяв наживу от поставок в зоны нелегальщины, предвидят грандиозные обороты. Они твари сами пытаются насадить своих людей в лагерную верхушку. Знаешь Васек — назревает какая- то буря. Грамотных и умных воров не так уж много, но мы видим перемены в своем братстве — пошла настоящая движуха. В системе ГУИТУ МВД идет какая-то непонятная возня, нас предупреждают о предстоящей ломке авторитетов. Мы рассылают воззвания в зоны разных областей, шлем закодированные малявы на разные периферии.