Старый дом под платанами - Сорокина Светлана - Страница 20

– Вы не положили сахар.

– Простите, что Вы сказали? – Я повторил. – Спасибо. Действительно. Задумалась, вспомнив Амалию и тех, кого уже не вернешь.

– В то Воскресенье, придя раньше с храма, я слышал доносившийся с Музыкальной гостиной вальс Шопена.

– Снова кто-то упражнялся без моего ведома? Тогда явно это не Кэтти и не Эва. Ведь они были со мной в гостях у тетушки Филиппа. Я обязательно спрошу у слуг. Возможно, Лизи умеет играть? Не беспокойтесь, Алекс. Еще – бисквиты?

– Нет, нет. Благодарю. – Поспешно отказался я, но было уже поздно. Разговор перешел в другое русло, а подошедшая Эва, все же принесла дополнительную порцию пирожных.

Госпожа Алиса явно не хотела говорить о привидениях. Возможно, она не хотела потерять жильцов? Ведь в маленьких городках вести разносятся быстро. Второй вариант, который так же не следовало отбрасывать – ее отрицание потустороннего мира и как следствие – призраков. Именно это я видел все время – непринятие очевидных фактов. То же самое, правда, по-своему, о происходящем в доме пыталась ей объяснить и Матильда. Почему старушка не скажет бывшей невестке прямо о том, что ее волнует?

Через несколько дней произошло еще одно событие. Прогуливаясь как-то по саду, я оказался в отдаленном месте. Высокая изгородь из тиса отделяла эту зону сада от остальной его части, делая ее скрытой от посторонних глаз. Нырнув под зеленную арку с белоснежной ажурной калиткой, я оказался в другом мире: античные руины и проросшие среди них ампельные растения, превращали его в забытый мир древней Эллады. Именно об этих «Дебрях» говорила одна из дам на чаепитии в Музыкальной гостиной. Отсюда была видна скрытая деревьями белая беседка, увитая плетистыми розами. Любоваться руинами, древнегреческими статуями и рукотворным водопадом, вероятно лучше всего было именно оттуда. В беседке я заметил Матильду. Ее инвалидное кресло стояло рядом, а она проворно передвигалась, пытаясь поймать яркую бабочку, едва не перевалившись за решетчатое ограждение. За этим занятием я ее и застал.

– Госпожа Матильда! В Вашем возрасте следует быть более осторожной. Что бы сказала госпожа Алиса, увидев, как Вы чуть не вывались из беседки, пытаясь поймать бабочку?

– Тише, тише, господин Алекс! Нас могут услышать!

– Кто? Кого Вы боитесь? Почему Вы скрываете свое здоровье?

– Хороший вопрос. А Вы проницательны, однако же! – Она хитро погрозила мне пальцем.

Оглянувшись по сторонам, старушка приблизила свое лицо к моему, и шепотом заговорила:

– Она должна думать, что я беспомощна, стара, не в своем уме и не представляю никакой угрозы. Даже если что-то скажу о своих догадках, – я всего лишь старуха с соответствующим маразмом. Вы поняли меня?

– Для чего такие меры предосторожности, кого Вы опасаетесь?

– Кого, кого! Заладил. – И вновь, приблизив морщинистое лицо к моему уху, прошептала:

– Убийца ходит по дому! Если она узнает, что Вы догадываетесь, – убьет и Вас! Мы должны притворяться, что ничего не знаем! – И нарочито громко она защебетала – Какой чудесный день, как пахнут розы! Не находите ли, господин Алекс?

Матильда уже уселась в кресло-каталку и жестом приглашала меня подыгрывать. Мне оставалось повиноваться, чтобы узнать больше:

– Конечно! Сад похож на райский уголок. Розы, бесспорно, великолепны! А какой открывается вид на античные руины! – Понизив голос снова до шепота, я спросил:

– Вы знаете, что было совершено убийство?

– Об этом все догадываются. Но никто не знает кто это!

– Кого Вы подозреваете? – Но старушка резко замолчала, а ее глаза расширились от ужаса.

– Смотрите, кто к нам идее-е-ет!! – Нарочито громко и радостно пропела она. – Алиса, дорогая, присоединяйся к нашей компании!

В это время я почувствовал толчок в бок ее локтем и шепот Матильды:

– Вот убийца!

От неожиданного признания, такого по-детски наивного, я застыл на месте.

– С удовольствием посижу с Вами под этими благоухающими розами! – улыбаясь, сообщила госпожа Алиса, усаживаясь в плетеное кресло. – Но о чем Вы только что шептались? – спросила она, как мне показалось, наигранно веселым голосом.

– К сожалению, о житейском, и об этом уголке рая. В прошлую нашу прогулку Вы не показали мне Ваши Руины. Я восхищен этой частью сада! Ландшафтный дизайнер неплохо потрудился!

– Благодарю. Это была идея Филиппа. Да, к сожалению, тогда я не успела показать Вам «Дебри», иначе мы пропустили бы Five o’clock. – Она улыбнулась. Выступая в роли первой скрипки, мне следовало продолжать:

– Увы, еще госпожа Матильда жаловалась на свои ноги, которые у нее крутят к вечеру – нашелся я.

– Да? – Удивилась Алиса. Почему же Вы мне ничего не говорили, мама?

– Не хотела тебя, дорогая, огорчать. А помнишь, как любила эту беседку Мария? Особенно, когда она увита цветущими розами, как сейчас.

– Да. Здесь очень хорошо, но у меня дела, простите. – И госпожа Алиса удалилась.

– Ну, что я Вам говорила? – Торжествующе, посмотрев на меня, сказала Матильда, и глаза ее злобно сузились. – Вы видели, как тень накрыла ее лицо при упоминании о племяннице? А когда за ужином приведения играли с моей шляпкой, разве моя невестка не смутилась? Ее руки в крови! Я в этом уверена! Возможно, она повинна и в смерти моего сына!

– Простите, Вы сказали «привидения»?

– Именно это я сказала. Амалия, как и Мария, находится в этом доме. Как Вы думаете, кто играет ее любимый вальс? Только она может так играть. Не понимаю, почему молитвы местного священника не действуют на эти несчастные души? Пора бы им упокоится с миром.

– Возможно все дело – в силе молитвы?

– Думаю, у Вас бы получилось, отче!

Расставшись с Матильдой, я еще немного прогулялся по парку. Аллея из штамбовых роз привела меня к узелковому саду из вечнозеленого самшита. Здесь царил французский дух изысканности и математической выверенности. В центре композиции возвышался фонтан с пастушкой, – каменная девушка поддерживала на плече кувшин, из которого струилась вода. Созерцая вытекающую воду и любуясь замысловатым узором стриженых кустов, мысленно я постоянно обращался к только что услышанному диалогу, – встреча в беседке с госпожой Алисой и неожиданное откровение ее свекрови не шли у меня из головы. «Неужели убийца – госпожа Алиса? – настойчиво пробуравливала мозг сверлящая мысль. – Нет. Скорее всего, – это фантазии старой дамы». Однако положительным было то, что Матильда так же знала о существовании призрака Амалии, и «музицирование» было фактом. Так же подтвердилась моя догадка, – старушка в инвалидном кресле прекрасно может обходиться и без него!

13

Неожиданно дождливая погода принесла и соответствующее настроение. Матильда не выходила из своей комнаты, жалуясь на радикулит. Госпожа Алиса занималась с утра вместе с домоправительницей и Семеном балансом, счетами в кабинете. Кэтти была завалена бумагами и звонками, связанными с предстоящим благотворительным праздником, но после обеда хозяйка настояла на ее отдыхе и, она слонялась по дому, скучая. Я решил воспользоваться ситуацией, чтобы завести незначительный разговор, с целью сбора информации об обитателях особняка, но Кэтти опередила меня:

– Алекс, помните, Вам рекомендовали посетить наш местный театр? – Я кивнул головой. – Сегодня вечером там премьера «Гамлета» по Шекспиру. У меня лишний билет, – подруга отказалась. Почему бы нам не развеяться?

– Видимо, мне не избежать столкновения с английским джентльменом, даже если он давно умер – пошутил я.

– Вернее, с его детищем – принцем Датским. – Усмехнулась Кэтти.

Сидя возле камина в Большой гостиной и попивая кофе, который мило согласилась сварить нам горничная, мы слово за слово продвигались к главной цели разговора, интересовавшей меня, и, наконец, как можно спокойнее, между прочим, я спросил Кэтти:

– А что это за история с племянницей, умершей такой юной?

– Об этом не любят здесь говорить – понизив голос, ответила Кэтти.