Поверь в любовь - Спенсер Мэри - Страница 64

Однако проклятое солнце чертовски резало его воспаленные глаза. Голова гудела как адский котел, и вдобавок он умирал от жажды. Язык, казалось, свернулся, как пожухлый прошлогодний лист, и с трудом ворочался во рту. Пересохшие, потрескавшиеся губы невозможно было разлепить.

А затем, кое-как обведя мутным взором комнату, он сообразил, что не у себя в спальне. Где же, черт побери? Тупо уставившись в пространство, он в конце концов догадался, что спал в одной из пустующих комнат в Лос-Роблес. Слава Богу, он хотя бы дома!

Слава Богу!

С отвращением оглядев себя, Джеймс решил, что выглядит так же мерзко, как и пахнет.

Остается только порадоваться, что у него хватило сил добраться до дома. Куда хуже было бы проснуться в какой-нибудь сточной канаве.

Кроме того, раз он дома, значит, где-то рядом Элизабет. А если так, она о нем позаботится. Последняя мысль заставила его немного приободриться. Элизабет всегда знает, что делать. Она живо поставит его на ноги. Надо только отыскать ее, а там он пожалуется, что ему плохо. Представив, как Элизабет хлопочет над ним, как заботливая мать, Джеймс невольно улыбнулся.

Обхватив руками раскалывавшуюся голову, он глухо замычал от боли. Перед глазами все поплыло. Наконец, с трудом сфокусировав взгляд, он обнаружил лежавшую неподалеку чистую одежду. Все как всегда, подумал он. Вычищенные ботинки стояли тут же, у постели. Над ванной еще поднимался пар. На тумбочке стоял графин с ледяной водой.

– Дьявольщина! – Джеймс жадно припал к нему губами. Стало быть, Бет все знает. Остается только надеяться, что прошлой ночью он вел себя по крайней мере прилично Конечно, она разозлилась Скорее всего его ждет проповедь, а может, и не одна. Но это не так страшно – ведь Бет наверняка уже сварила какой-нибудь отвар, который приведет его в чувство. Надо отдать должное Элизабет – никто не умеет так заботиться о муже, как она.

Кряхтя, он спустился по лестнице и приоткрыл дверь на кухню.

– Бет? Милая? – как можно жалобнее простонал он Никакого ответа.

Обшарив кухню, Джеймс недоумевающе поднял брови, потом заглянул в гостиную, в сад и наконец стал звать жену в полный голос.

«Куда, к дьяволу, она запропастилась?!» – с досадой подумал он, обыскивая одну комнату за другой.

– Элизабет! – крикнул он, просунув голову в спальню, и замер на пороге, не в силах поверить своим глазам. – Черт меня возьми... что это такое?!

Зрелище и впрямь было впечатляющее. Все вещи разбросаны по комнате, словно тут пронесся ураган Пол усеян битым стеклом. Незастеленная постель, на которой сиротливым комочком валялась ночная рубашка Элизабет. И тут при виде ее память Джеймса вмиг прояснилась. Словно во сне он пересек комнату и взял в руки мягкую ткань. Из тумана, клубившегося перед его глазами, вдруг выплыло лицо Элизабет: дрожащее, залитое слезами, с прижатой ко рту ладонью.

«Как меня угораздило связаться с такой ледышкой?!» – прозвучало у него в голове.

Джеймс со стоном зарылся лицом в мягкую ткань.

– Нет, – прохрипел он. – Элизабет, нет! О Господи! – Уронив рубашку, Джеймс бросился к двери и позвал жену. Никакого ответа. – О Боже! – вновь простонал он. – Элизабет!

Еще раз сверху донизу обыскав весь дом, Джеймс замер, и страшная истина дошла наконец до его сознания.

– Она ушла. – Он замотал головой. – Ушла. Надо ее найти и привезти назад.

Джеймс ринулся во двор. Добежал до конюшни весь в поту, шепотом проклиная себя за то, что имел глупость напиться как последняя свинья.

– Стен! Стен!

Из-за ближайшего стойла появилась голова Стена. Он неторопливо направился к Джеймсу.

– Где моя жена? Ты ее видел сегодня?

– Да, конечно, Джим, – неуверенно ответил Стен, покосившись на разъяренного хозяина. – Она попросила Денни запрячь лошадь в коляску и уехала...

– Куда? Куда, черт возьми, она поехала?!

– Так я же говорю – в город!

– Одна?! – взревел Джеймс, с силой тряхнув Стена так, что у того клацнули зубы. – И вы, идиоты, позволили ей поехать?!

– Прости, Джим, но...

– У меня нет времени слушать твои жалкие извинения! – заорал он, отшвырнув ковбоя в сторону так, что тот с размаху ткнулся лицом в тюк соломы. – Оседлай мне Эндрю! И живо, дьявол тебя забери!

Джеймс как раз готовился прыгнуть в седло, когда возле конюшни вдруг появилась Мэгги в элегантной амазонке.

– О, Джим, вот ты где! А я-то тебя ищу! Стучала в дверь, но никто не откликнулся, даже твоя крошка.

Не удостоив ее взглядом, он затянул подпругу.

– У меня нет времени болтать с тобой, Мэгги. К тому же мы всласть наговорились еще вчера.

– Поэтому я и приехала. – Она придвинулась ближе, но Джеймс так и не посмотрел на нее. – Джим, я хочу извиниться. Неужели у тебя не найдется пары минут выслушать меня?

– Нет.

– Понятно. Сердишься, что я осмелилась нападать на твою собственность да еще явилась сюда! Конечно, бесстыжая любовница предстанет перед глазами твоей невинной женушки! Ну прости! Мне казалось, после вчерашнего ты будешь рад меня видеть. Видно, я ошибалась.

– Ты мне не любовница, – оборвал он, – и можешь делать все, что взбредет тебе в голову! Мэгги, у меня нет времени!

Хлыст для верховой езды со свистом взвился в воздух.

– Ну что ж, пусть так. Прощайте, мистер Кэган! Надеюсь, вы и ваша очаровательная глупышка будете счастливы!

– Не глупи, Мэгги! Я заеду к тебе потом и все объясню. – Он протиснулся мимо нее, ведя за собой коня.

– Только попробуй! Я всажу тебе пулю в лоб прямо на пороге!

Пропустив ее слова мимо ушей, Джеймс обернулся к Стену:

– Если я не вернусь через три часа, скажи Заху – пусть соберет всех и пусть они обыщут каждый клочок земли! Понял?! И не возвращаются, пока не найдут мою жену. Мне плевать, сколько времени это займет. Ступай, Стен.

– Но, Джим...

– Вот и хорошо. – Джеймс сунул ногу в стремя.

– ...миссис Кэган как раз направляется к дому. Джеймс вздрогнул и оглянулся. Вдалеке по пыльной дороге быстро катилась коляска.

– Ой-ой-ой! – фыркнула за спиной Мэгги. – Похоже, наша крошка вовсе не такая уж домоседка, как ты говорил, Джеймс! В такой час вернуться домой! Бедняжка, должно быть, ночь показалась ей чертовски долгой!