Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Сочинения

Высоцкий Владимир Семенович

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Сочинения - Высоцкий Владимир Семенович - Страница 160

160

Изменить размер шрифта:

x x x

Жан, Жак, Гийом, Густав —

Нормальные французы, —

Немного подлатав

Расползшиеся узы,

Бесцветные, как моль,

Разинув рты без кляпа,

Орут: "Виват, Жан Поль,

Наш драгоценный папа!"

Настороже, как лось,

Наш папа, уши — чутки.

Откуда что взялось —

Флажки, плакаты, дудки?

Страшась гореть в аду,

Поют на верхней ноте.

"А ну-ка, ниспаду

Я к вам на вертолете!"

"Есть риск — предупредил

Пилот там, на экране, —

Ведь шлепнулся один

Не вовремя в Иране".

"Смелее! В облака,

Брат мой, ведь я в сутане,

А смерть — она пока

Еще в Афганистане!" —

И он разгладил шелк

Там, где помялась лента,

И вскоре снизошел

До нас, до президента.

Есть папа, но была

Когда-то божья мама.

Впервые весела

Химера Нотр-Дама.

Людским химер не мерь —

Висит язык, как жало.

Внутри ж ее теперь

Чего-то дребезжало.

Ей был смешон и вид

Толпы — плащи да блузки…

Ан, папа говорит

Прекрасно по-французски.

Поедет в Лувр, «Куполь»

И, может быть, в Сорбонну,

Ведь папа наш, Жан Поль,

Сегодня рад любому.

Но начеку был зав

Отделом протокола:

Химере не сказав

Ни слова никакого,

Он вышел. Я не дам

Гроша теперь за папу.

Химеры Нотр-Дам,

Опять сосите лапу!

Две просьбы

М. Шемякину — другу и брату — посвящен сей полуэкспромт.

Мне снятся крысы, хоботы и черти. Я

Гоню их прочь, стеная и браня,

Но вместо них я вижу виночерпия,

Он шепчет: "Выход есть — к исходу дня

Вина! И прекратится толкотня,

Виденья схлынут, сердце и предсердия

Отпустят, и расплавится броня!"

Я — снова — я, и вы теперь мне верьте, я

Немного попрошу взамен бессмертия, —

Широкий тракт, холст, друга, да коня,

Прошу покорно, голову склоня:

Побойтесь Бога, если не меня,

Не плачьте вслед, во имя Милосердия!

II.

Чту Фауста ли, Дориана Грея ли,

Но чтобы душу дьяволу — ни-ни!

Зачем цыганки мне гадать затеяли?

День смерти уточнили мне они…

Ты эту дату, Боже, сохрани, —

Не отмечай в своем календаре или

В последний миг возьми и измени,

Чтоб я не ждал, чтоб вороны не реяли

И чтобы агнцы жалобно не блеяли,

Чтоб люди не хихикали в тени.

От них от всех, о, Боже, охрани,

Скорее, ибо душу мне они

Сомненьями и страхами засеяли!

x x x

Неужто здесь сошелся клином свет,

Верней, клинком ошибочных возмездий…

И было мне неполных двадцать лет,

Когда меня зарезали в подъезде.

Он скалился открыто — не хитро,

Он делал вид, что не намерен драться,

И вдруг — ножом под нижнее ребро,

И вон — не вынув, чтоб не замараться.

Да будет выть-то! Ты не виновата —

Обманут я улыбкой и добром.

Метнулся в подворотню луч заката

И спрятался за мусорным ведром…

Еще спасибо, что стою не в луже,

И лезвие продвинулось чуть глубже,

И стукнула о кафель рукоять,

Но падаю — уже не устоять.

x x x

По речке жизни плавал честный Грека

И утонул, иль рак его настиг.

При Греке заложили человек,

А Грека — «заложил за воротник».

В нем добрая заложена основа,

Он оттого и начал поддавать.

«Закладывать» — совсем простое слово

А в то же время значит: «предавать».

Или еще пример такого рода:

Из-за происхождения взлетел,

Он вышел из глубинки, из народа,

И возвращаться очень не хотел.

Глотал упреки и зевал от скуки,

Что оторвался от народа — знал,

Но «оторвался» — это по науке,

На самом деле — просто убежал.

x x x

Михаилу Шемякину — чьим другом посчастливилось быть мне!

Как зайдешь в бистро-столовку,

По пивку ударишь, —

Вспоминай всегда про Вовку —

Где, мол, друг-товарищ?!

И в лицо трехстопным матом —

Можешь хоть до драки!

Про себя же помни — братом

Вовчик был Шемяке.

Баба, как наседка квохчет

(Не было печали!)

Вспоминай!!! Быть может, Вовчик —

«Поминай как звали!»

M.Chemiakin — всегда, везде Шемякин.

А по сему французский не учи!..

Как хороши, как свежи были маки,

Из коих смерть схимичили врачи!

Мишка! Милый! Брат мой Мишка!

Разрази нас гром!

Поживем еще, братишка,

По-жи-вь-ем!

Po-gi-viom.