Полуденные врата - Роэн Майкл Скотт - Страница 42

Джеки, не веря своим ушам, покачала головой.

– Колеса? Пар? А почему не дизель или гребной винт?

Татуировки на добродушном лице Те Киоре заколыхались.

– Потому что ни в Тир-нан-Ог [72], ни в Аркадии [73], ни в Терра Аустралис [74] дизели и гребные винты не продаются. А если такой винт выйдет из строя, ныряльщики пресвитера Иоанна [75] достать его не смогут, и нигде ближе, чем у циклопов [76], его не починишь. А цены у них о-го-го! То ли дело лопасть такого колеса, её можно в два счёта починить и к востоку, и к западу от солнца. Вот так-то, красавица!

Джеки в смятении переводила глаза с меня на него:

– Аркадия? Циклопы? О чем вы? Наверное, решили меня разыграть? Оба? Если так, то вы просто последние негодяи.

– Дождись моих объяснений, – оборвал её я.

Вельбот подошел с подветренной стороны к изящно изогнутому носу корабля, ничуть не напоминавшему пузатые неустойчивые суденышки, на которые мне приходилось взбираться, иной раз и под огнём.

– Хочешь – верь своим глазам, Джеки, хочешь – не верь, но мир, в который мы попали, куда более странный и многообразный, чем тот, который большинство людей видит.

Те Киоре крикнул, и нам спустили трап.

– Мне этот мир приоткрылся когда-то, много лет назад. Но потом я не мог найти в него вход. Уж не знаю, хорошо это или плохо, но после знакомства с ним всё для меня пошло совсем по-другому.

Я помог Джеки перейти на трап, который поражал роскошью – красное дерево, медные отполированные перила, прямо как на яхте времен королевы Виктории. А может, этот корабль именно такой яхтой и был.

– Совсем по-другому, – повторил я.

Джеки посмотрела на меня, потом оглянулась на берег. Он был недалеко, но в неясном свете разбросанных там и сям огней казался призрачным, недосягаемым. Не произнеся больше ни слова, Джеки стала подниматься на борт.

Салон «Икан-Ю» превзошёл все наши ожидания. Я думал, что увижу грубоватую претензию на комфорт в духе малайских пиратов, но нет! Батанг Сен уютно расположился, поджав под себя ногу, в огромном глубоком кресле, затянутом дорогой красной парчой. Он улыбался нам и курил длинную немецкую трубку на серебряной подставке. Перед ним на стареньком столике из розового дерева стоял хрустальный графин с араком, а в медной чаше лежали листья бетеля и лимон. Под ногами у нас был выношенный персидский ковёр, стены, обшитые кленовыми панелями, говорили об их родине – далеком Ньюпорте в штате Род-Айленд. На стенах висели унылые оленьи головы или покрытые пылью чучела небольших крокодилов, кое-где виднелись выцветшие пейзажи, крашенные серебром лампы мягко позвякивали, когда волны вздымали корабль, а горящее в них масло благоухало какими-то травами. В свете ламп волосы Джеки отливали золотом, она медленно покачивалась в вытертой, но элегантной старинной качалке, наверное служившей когда-то жене какого-нибудь ост-индского купца или капитана. В длинных пальцах Джеки держала уже второй стакан подслащенного джина. Здесь подавали роскошный джин со специями. Стюард Батанг Сена мог бы кое-чему научить Гарри из бара. Джеки помалкивала, только мурлыкала что-то себе под нос, и глаза её были устремлены в пространство.

Меня это беспокоило. Я пытался рассказать ей про Спираль, и после сердитых, недоверчивых возгласов и изумлённых вздохов она, казалось, уверовала наконец в мои объяснения. Но я помнил, какое впечатление первая встреча со Спиралью произвела на Клэр, как она погрузилась в мечтательную дрему, сбросив с себя всякую ответственность за что-либо и в результате стала совершать поступки, никак не вязавшиеся с её английским воспитанием. Джеки, разумеется, была старше и гораздо умнее, но события дня, видимо, полностью вывели её из равновесия. Они и меня-то хорошенько перетряхнули, а ведь я знал, на что иду.

Теперь Джеки слушала, как я давал объяснения Шимпу, и меня это отнюдь не радовало. В присутствии Джеки я всячески старался замять эпизод с Рангдой.

– Ну, меня подозвала одна девушка из бара, вот и всё. В первый раз я встретил её ещё после драки с дакойтами.

Шимп снова набросился на меня.

– И в ту пустую тыкву, что у тебя на плечах вместо головы, не стукнуло, что она – приманка? – прорычал он.

– Нет! Во всяком случае пойми – я был не в себе! Меня поколотили, потом навалились эти священники, вовсе сбили меня с толку, к тому же я немного перебрал… ну и… были всякие другие совпадения. В общем, я был не в себе!

– Понятно, – и пошёл искать дамочку подешевле! – уничтожающе произнёс Шимп. – До того упростил дело, что сам вручил врагам ключи!

– Да никого я не искал! И не думал даже! Она меня сама подцепила! Уж не воображаешь ли ты, что я пошёл бы с любой дешевкой? Она… – Тут я замолчал.

– Да? – усмехнулся Шимп. – И что же? Чем она была так замечательна, что ты обо всём позабыл?

Я злобно посмотрел на него.

– Пошел ради того, чтобы ты мог позлорадствовать!

Он стукнул мозолистой рукой по столу.

– Злорадствовать? Я ни над чем не злорадствую, а меньше всего над тем, что ты выкинул! Я хочу понять, что же с тобой произошло! Чтобы я мог предостеречь тебя на будущее, чтобы вернуть то, чему ты так по-дурацки дал ускользнуть. Так что говори! Или я умываю руки и больше не занимаюсь ни этим делом, ни тобой!

Я даже попятился, такие молнии метали его полуприкрытые тяжелыми веками глаза.

– Ладно, ладно, слушай! Я уже один раз встречался с ней, она была со мной очень мила. Я чувствовал, что ей понравился, а может, мне только так показалось. Но главное, почему я к ней потянулся… ну, в общем, она была удивительно похожа на одну мою знакомую. Вот и все. – Я взглянул украдкой на Джеки, но та по-прежнему, тихо напевая, смотрела в пространство. Не мог же я встать перед ними и объявить: «Эта женщина привлекла меня потому, что она – вылитая Джеки, а Джеки я обладать не могу». Между тем это была бы чистая правда. – На одну знакомую, по которой, как я тогда понял, я очень тоскую. Эта девушка из бара была рядом, а контейнер, как я полагал, находится в полной безопасности.

– Что же ты, Шимп, не предупредил его? – заметил Те Киоре.

– Ну правильно, надо было ещё предупредить его, что нельзя совать в мясорубку голову или кое-что другое! – огрызнулся Шимп. – Надо было! – Он запустил толстые пальцы в волосы и заговорил спокойнее: – Ну ладно, хватит. Это-то я и хотел узнать. Выходит, твоя девица знает, чем тебя пронять, знает, где в тебе незаполненная пустота. Она этим воспользовалась, и в тебя что-то проникло и полонило тебя, подчинило и твою душу, и твоё тело своей воле. Не знаю, какой силе служит твоя девица, только сила эта заставила тебя украсть контейнер, который ты изо всех сил старался сохранить. – Он ткнул меня в грудь пальцем с толстым ногтем. – Вот и получилось, что по команде этого «чего-то», которое сидело внутри тебя, ты голый сполз по стене с сорокового этажа и взобрался потом обратно. Да ещё привёл в аэропорт толпу чёрт знает кого, то ли призраков, то ли духов, – в общем какой-то мелкой нечисти, а может, кого и похуже. Это-то сторож и видел, и рассказал всё, как было. В тебя вселился злой дух. Ты был одержимым.

Меня передернуло и замутило, будто по моим внутренностям ползали улитки и оставляли в кишках свои слизистые следы.

– Как же я не догадался! Вот сучка!

– Вряд ли она из людей, – высказал своё мнение Батанг Сен и затянулся трубкой.

– Надо же, я – одержимый! – прохрипел я, зажимая рукой рот, чтобы справиться с подступающей тошнотой. – Да я даже думать об этом не могу, до того противно! Аж рвёт!

– Конечно одержимый, – согласился Шимп. – Кто к этому не склонен, теми злые силы не интересуются. А с тобой ведь такое уже бывало?