Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе

Рождественский Роберт Иванович

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе - Рождественский Роберт Иванович - Страница 204

204

Изменить размер шрифта:

9. А он…

Над заводными игрушками,

над

жаждой

кокосовых пальм

и лип.

Над седоком твоим,

Росинант.

Над сединою твоею,

Олимп.

Над телескопами Пулкова,

над

скромным шитьем

полевых погон.

Чанами с надписью:

«Лимонад».

Чашкою с запахом:

самогон.

Над озорными базарами,

над

сейфом,

который распотрошен.

Над городами

Торжок и Нант,

под именами

Иван и Джон.

Над ресторанной певичкою,

над…

10. Одиночество

Я славлю

одиночество моста,

шальное одиночество

печурки.

Я славлю

одиночество гнезда

вернувшейся из-за морей

пичуги…

(А сам —

в игре с огнем,

тревожным,

переменчивым, —

живу

случайным днем,

живу

мелькнувшим месяцем…

Работает

в боку

привычная

механика…

А я

бегу,

бегу.

Бледнею.

Кровью харкаю.

Смолкаю,

застонав.

Жду

вещего прозрения

то в четырех

стенах,

то в пятом

измерении…

Разъехались друзья.

Звонят,

когда захочется…

У каждого

своя

проверка

одиночеством…)

Я славлю

одиночество письма,

когда оно

уже

почти нежданно…

Я славлю

одиночество ума

ученого

по имени

Джордано!..

(А сам,

припав к столу,

пью горькое

и сладкое.

Как будто

по стеклу

скребу

ногтями слабыми.

Не верю

никому,

считаю дни

до поезда…

И страшно

одному,

а с кем-то рядом —

боязно…

В постылый дом

стучу,

кажусь

чуть-чуть заносчивым.

«Будь проклята, —

кричу, —

проверка

одиночеством!..»)

Я славлю

одиночество луча

в колодце,

под камнями погребенном.

Я славлю

одиночество врача,

склонившегося

над больным ребенком!..

(Неясная

цена

любым

делам и почестям,

когда идет она —

проверка

одиночеством!..

Пугать не пробуй.

Денег не сули.

Согнись

под неожиданною ношей…)

Я славлю

одиночество Земли

и верю,

что не быть ей

одинокой!

11. А он…

Над озорными базарами,

над

сейфом,

который распотрошен.

Над городами

Торжок и Нант,

под именами

Иван и Джон.

Над баскетбольными матчами,

над

танкером,

облюбовавшим порт.

Над шелестеньем оленьих нарт,

мягкими криками:

«Поть!..

Поть!..»

Над арабеском Бессмертновой,

над

фразой,

дымящейся на устах.

Монументальностью колоннад

и недоверьем

погранзастав.

Над устаревшими твистами,

над

верностью

за гробовой доской.

Нервами,

будто манильский канат.

Темным вином.

Светлой тоской.

Над муравьями,

над лазером,

над…

12. Мертвые смотрят в небо

У развилок

холодных,

с каждой смертью

старея, —

мертвых

так и хоронят,

чтобы в небо

смотрели.

Посредине планеты

в громе

туч грозовых

смотрят мертвые

в небо,

веря в мудрость

живых…

Бродят реки в потемках.

И оттуда,

со дна,

смотрят парни

в буденовках

крутого сукна.

Те,

которые приняли

пулеметный горох.

Над зеленою Припятью

оборвали

галоп.

Задохнулись от гнева,

покачнулись в седле…

Смотрят мертвые

в небо.

Как их много

в земле?..

Тех,

кто пал бездыханно

на июньской заре.

Тех,

кто умер в Дахау.

Тех,

кто канул в Днепре…

Бредя ролью трубастой,

будто лука изгиб,

смотрит

Женька Урбанский,

удивясь,

что погиб…

Ливень

пристани моет,

жирно хлюпает грязь…

В небо

мертвые

смотрят.

Не мигая.

Не злясь…

Ах, как травы душисты!

Как бессовестна

смерть!..

Знаю:

жить

после жизни

надо тоже

уметь.

Равнодушно

и немо

прорастает былье…

Смотрят мертвые

в небо,

как в бессмертье

свое.