Человек, который любил Джейн Остин - О'Рурк Салли Смит - Страница 61

Завороженная этим волшебным зрелищем Элиза так и застыла у перил, смотрела и пыталась догадаться, какая же роль предназначена ей на этом грандиозном празднике. Обернулась спросить у Дженни, но увидела, что узкий коридор за спиной пуст.

И вдруг один из гостей поднял голову и указал на нее. Другие последовали его примеру и тоже начали поглядывать вверх. Элиза почувствовала, как ее охватывает паника – все танцующие пары замерли, по залу пронесся возбужденный шепоток. Оркестр перестал играть.

В этот момент из толпы вышел высокий мужчина в отполированных до глянца сапогах и темно-зеленом костюме охотника. Приблизился к подножию лестницы.

Больше всего Фицуильям Дарси походил в этот момент на какого-то сказочного героя. Он улыбнулся Элизе и протянул ей руку.

Тут на маленький балкончик напротив того места, где стояла Элиза, вышел Артемис Браун. Толпа тут же смолкла, Артемис заговорил низким звучным голосом.

– Леди и джентльмены, – объявил он, – мне оказана большая честь представить вам мисс Элизу Найт, которая сегодня вечером будет выступать в роли Роуз Дарси, вдохновительницы первого Бала роз и первой хозяйки поместья Пемберли!

Гости зааплодировали, оркестр тихо заиграл какую-то торжественную мелодию. Элиза осторожно поставила ногу в шелковой туфельке на мраморную ступеньку. И начала спускаться вниз, где ее ждал Дарси.

– Это была любовь с первого взгляда. В тысяча семьсот пятом году виргинский коннозаводчик по имени Фицуильям Дарси познакомился с Роуз Элиот, дочерью известного банкира из Балтимора. Она сопровождала отца в поездке в Шенандоа, где мистер Элиот рассчитывал приобрести несколько породистых лошадей из Пемберли, – продолжал тем временем Артемис. – Но когда богатый молодой Дарси предложил руку и сердце красавице Роуз, та ему отказала. Не захотела менять радости светской жизни в Балтиморе на унылую и однообразную жизнь на ферме, затерянной где-то в глуши.

Элиза дошла примерно до середины лестницы, на секунду остановилась, окинула взглядом восхищенно глазеющих на нее гостей и наградила их улыбкой.

Противоречивые мысли, раздиравшие ее прежде, куда-то улетучились, решение было принято, она не боялась встречи с Дарси и того, что скажет ему.

Артемис продолжал говорить, и она медленно и торжественно спускалась в зал, где у подножия лестницы ее ждал Дарси. Вот он протянул ей руку.

– Но молодой Дарси не терял надежды добиться ее руки, – продолжал свой рассказ Артемис. – Он нанял самого лучшего и модного в Америке архитектора и заказал ему проект этого замечательного дома. Были наняты и другие специалисты, они рыскали по дизайнерским салонам и художественным галереям Европы и Америки, подбирали мебель, картины, безделушки, обои – словом, все самое лучшее. И когда мисс Роуз Элиот прибыла вместе с отцом в только что отстроенный особняк, то увидела там и других гостей.

То были сливки американского общества, и все они собрались на балу в ее честь. Ошеломленная поступком обожателя, прекрасная Роуз приняла предложение в тот же вечер. И после этого в Пемберли ежегодно начали проводить Бал роз.

Артемис умолк, и как раз в этот момент Элиза дошла до конца лестницы, взглянула прямо в глаза Дарси и улыбнулась. Руки их соприкоснулись. Дарси показалось, что его пронзило электрическим током. Зал разразился громом аплодисментов, он наклонился и поцеловал руку Элизы, а потом вывел ее на середину зала.

– Почему ты не предупредил меня? – спросила она еле слышно.

Дарси улыбнулся.

– Боялся, что ты откажешься.

– Надеюсь, ты не думаешь, что я смогу исполнить какой-нибудь замысловатый бальный танец девятнадцатого века? – сквозь зубы пробормотала Элиза, продолжая лучезарно улыбаться гостям. – Я не знаю ни одного.

– Единственное, в чем нам пришлось пожертвовать подлинностью на нашем балу, это танцы. Они менялись из года в год в зависимости от моды, – успокоил ее Дарси.

Меж тем оркестр заиграл новую мелодию.

– Все танцуют то, что умеют, – продолжал он. – Правда, никто не подозревает, что сейчас музыканты играют вальс, сочиненный в первой четверти девятнадцатого века.

– Потрясающе! – воскликнула Элиза.

Ей стало весело и легко, Дарси обнял ее за талию, она положила ему руку на плечо, и пара закружилась в танце. К ним тотчас же присоединились дюжины других пар, и они стали частью огромного пестрого водоворота.

– Почему ты сделал это, Фиц? Я имею в виду платье, – спросила Элиза, глядя в улыбающиеся глаза партнера.

– Ты ведь говорила, что оно тебе нравится, – ответил Дарси.

Да, верно, вспомнила Элиза. Действительно говорила. Неужели все так просто?..

– Спасибо, что позволил мне его надеть. Это большая честь.

– Элиза… – начал он.

– Погоди, ничего не говори, – перебила его она. – Прежде хочу, чтобы ты знал: я приняла решение насчет писем. – Элиза оглядела зал. – Но думаю, об этом нам лучше поговорить в более спокойной обстановке.

Дарси кивнул и повел ее к дверям.

– Можно у меня в кабинете, – предложил он.

У Элизы вдруг закружилась голова, все происходящее казалось каким-то нереальным, а сердце сжималось от волнения.

– Нет, – ответила она после паузы. – Мне бы хотелось на воздух. Пожалуйста, давай выйдем из дома, Фиц.

ГЛАВА 36

Элиза с Дарси вышли на освещенное факелами крыльцо, как раз в этот момент к нему подъехала карета, доставившая несколько припозднившихся гостей. Лукас, пожилой чернокожий привратник, стоял возле кареты. На нем были красный сюртук и элегантный высокий цилиндр.

– Прекрасный выдался вечер, что скажете, Фиц? – вежливо заметил он.

Дарси кивнул.

– Ты, как всегда, прав, Лукас. Скажи-ка, у тебя есть время покатать нас немного по поместью?

– Думаю, это можно устроить, – весело ответил Лукас и подмигнул хозяину.

Он с улыбкой помог Элизе устроиться на мягком кожаном сиденье.

Дарси забрался в карету и сел напротив Элизы.

Лукас влез на облучок, прищелкнул языком, и лошади послушно тронулись с места. Великолепная пара мышасто-серых коней в сбруях, украшенных серебром, покатила карету по дорожке.

Дарси наклонился к Элизе, взял ее за руку.

– Позволь сделать тебе комплимент, – сказал он. – Ты выглядишь потрясающе. И спасибо за то, что подыграла Арти и Дженни, выход у тебя получился очень эффектный. Сама Роуз Дарси не смогла бы произвести столь ошеломляющего впечатления на гостей.

Элиза покраснела.

– В последнем все же сомневаюсь, – заметила она, – но за комплимент спасибо.

Дарси отпустил ее руку и откинулся на спинку сиденья, однако по-прежнему не спускал с Элизы глаз.

Карета въехала в туннель, образованный низко нависающими ветвями деревьев. Элиза вздохнула.

– Хочу, чтобы ты знал. Я все очень тщательно обдумала, – начала она, – и решение свое менять не собираюсь.

В тусклом свете каретных ламп ей никак не удавалось прочитать выражение, застывшее в глазах Дарси.

– Хоть мы с тобой и едва знакомы, думаю, я все же понимаю тебя, Фиц, – продолжила она. – И знаю теперь, почему ты так отчаянно хотел получить эти письма, узнать, что Джейн думала о тебе, что чувствовала. И возможно, подтвердить, что все случившееся с тобой три года тому назад в Англии было правдой.

Дарси кивнул, однако промолчал.

– Но этого недостаточно, чтобы отдать тебе письма, – поспешила объяснить Элиза. – Потому что они, скорее всего, станут достоянием гласности, и тогда будет неважно, кому они принадлежат.

– Элиза…

В этот момент карета вынырнула из темной лесной аллеи, и в свете восходящей луны Элиза увидела, как лицо Дарси исказилось от боли.

– Пожалуйста, – тихо попросила она, – дай мне закончить.

Дарси тут же умолк, они катили по полю, в воздухе кружили тысячи светлячков.

– За последние два дня я постепенно поняла, что ты за человек. Знаешь, со стороны порой виднее. Стороннему человеку легче увидеть то, чего не видишь сам.

Он поднял на нее глаза, лицо его было мрачно.