Повелитель книг - Одом Мэл - Страница 45

Краф остановил телегу у подножия ступеней, ведущих к дверям главного здания.

— Ну, Вик, вот ты и дома, живой и здоровый.

Великий магистр кивнул, заложил пальцем место, на котором остановился в книге, и повернулся к Джагу.

— Отправляйся в свою прежнюю комнату. В гардеробе найдутся одеяния, которые тебе подойдут. — Он повернулся и спрыгнул с повозки.

— Что? — переспросил двеллер.

— Одеяния, библиотекарь первого уровня, — нетерпеливо повторил Великий магистр Фонарщик. — Если вы работаете в Библиотеке, то должны носить соответствующую званию одежду. Мы в Библиотеке придерживаемся традиций и порядков, и я не собираюсь от этого отказываться. — Зашуршав своим собственным одеянием, Великий магистр повернулся и поспешил вверх по ступеням.

Наставник Джага в который раз его удивил. Двеллер посмотрел на Крафа — волшебник неподвижно сидел в повозке и наблюдал, как Великий магистр величаво удаляется. Его появление быстро призвало к порядку нескольких библиотекарей третьего уровня, которые лениво просматривали книги, вынесенные из неразобранных разделов Библиотеки для проведения классификации, и те жИво взялись за работу.

— Он может показаться слегка странным, ты согласен? — сказал Краф.

Джаг не стал отвечать, решив, что молчание в данном с тучае будет наилучшим выходом из создавшейся ситуации.

— Многие смотрят на Вика и судят о нем неверно, — продолжил волшебник. — Но если знаешь, куда смотреть а я знаю, подмастерье, потому что много лет с ним дружу, — то в нем можно заметить истинное величие. К своему делу он питает всепоглощающую страсть. — Он покачал головой. — Клянусь Древними, из Вика бы вышел отличный маг, если бы его кто-нибудь вовремя направил на эту дорожку.

На этот счет двеллер ничего сказать не мог, но он точно знал, что в жизни не встречал никого, похожего на Великого магистра.

— Такая же страсть, однако, отличает осла от остального скота. — Краф передал поводья ученику, который подошел позаботиться о животных и повозке.

Джаг спрыгнул на землю, волшебник легко спустился с козлов с удивительной для своего возраста проворством. Ученик тем временем повел упряжку к конюшням, находящимся у восточной стены на достаточном удалении от главного здания.

Краф достал трубку и посмотрел на двеллера.

— Ну и что ты медлишь? Нас ждут тайны, которые предстоит разгадать — хочешь, чтобы Великий магистр один со всем этим разбирался?

— Нет, — ответил Джаг и поспешил в Библиотеку.

— И зачем это ты вернулся?

Поправив одеяние, Джаг выглянул в открытую дверь комнаты, которую ему предоставили двенадцать лет назад, когда он стал библиотекарем первого уровня. Библиотекари второго и третьего уровня жили по двое в одной комнате, а ученики — вчетвером.

В дверях, скрестив руки на груди, стоял библиотекарь первого уровня Рандорр Котспин, на лице которого застыло брюзгливое выражение. Фигура у Рандорра, как и почти у всех две л л еров, была достаточно плотной, а вот руки и ноги напоминали суковатые палки. Лицо его из-за непомерно громадных щек, казалось, было вдвое больше по ширине, чем по высоте. Над глазами с тяжелыми веками торчали колючие мохнатые брови, и такими же колючими у него были взъерошенные черные волосы и клочковатая бороденка, которую он отчаянно пытался отрастить подлиннее, чтобы выглядеть более внушительно.

— Привет, Рандорр, — сказал Джаг.

Когда он работал в Библиотеке, Котспин всегда точил на него зуб, заявляя, что Джаг — фаворит Великого магистра, а тем фаворитов иметь не полагалось.

— Ну? — нетерпеливо поинтересовался Рандорр.

— Я пришел по просьбе Великого магистра. — Джаг аккуратно сложил дорожный плащ и свою одежду в большой дубовый сундук, стоящий в ногах простой постели, и выпрямился, окидывая свое жилище взглядом.

В его крохотной комнате на стенах были развешаны копии знаменитых картин с изображениями разрушенных Переворотом мест, в которых Джагу хотелось бы побывать. Он сделал эти копии сам, и даже Великий магистр несколько раз отмечал качество его работы.

Но вот видеть полки и стол без книг было очень странно. Он всегда работал одновременно над несколькими проектами, как по своему выбору, так и по заданию Великого магистра. Сложнее всего перед отъездом из Библиотеки было передать, некоторые из этих проектов, как свои, так и Великого магистра, другим библиотекарям. Кое-кого на замену помог подобрать Великий магистр Фонарщик, но все равно отказываться от своего дела было нелегко.

— Я думал, ты покинул Рассветные Пустоши, — недовольно заявил Рандорр.

— Так оно и было.

— А теперь ты опять здесь.

— Да. — Джагу ужасно захотелось процитировать «Самоочевидность и ее утомительное использование: Руководство для тех из числа элиты и остальных людей в своем уме, кто хочет освоить потерянное искусство беседы» Джанса Асхулла.

— Великий магистр вечно твердил, что ты вернешься, — сказал Рандорр.

— Если тебя это утешит, — вздохнул Джаг, — мое возвращение меня самого удивило не меньше, чем тебя.

— Меня оно не просто удивило, — заявил Рандорр Котспин, — но и немало расстроило. — Он зашел в комнату и начал, не спросив разрешения, бродить по ней взад и вперед. Этот поступок нарушал сразу несколько правил Кодекса поведения библиотекарей, касавшихся уважения к личному пространству другого библиотекаря.

— Ну извини, я не хотел тебя расстраивать.

— Хватит изображать наивность, — Котспин поочередно выглянул из окон комнаты. Большинство комнат имели только одно окно, и то, что у Джага их было два, он воспринимал как личное оскорбление. — Ты еще до отъезда из Библиотеки прекрасно знал, что я тебя терпеть не могу.

— Верно, — кивнул Джаг, — но никогда не понимал почему.

Рандорр сложил за спиной руки, сцепил пальцы и высунулся в окно.

— Я потому тебя не люблю, что твое присутствие здесь отвлекает Великого магистра.

— Отвлекает?

— Великий магистр должен прилагать свои усилия здесь, — сказал Котспин, повернувшись к Джагу. — В Библиотеке. Он не должен носиться по материку, а с тех пор, как он нашел тебя в какой-то там гоблинской шахте, он только этим и занимается.

Джаг, немало уязвленный его наглостью, отметил, что Рандорр Котспин оскорблял не только его, но и Великого магистра.

— Великий магистр Фонарщик, — сказал он четко и раздельно, — начал бывать на материке задолго до того, как нашел меня.

— С тобой стало хуже.

— Почему?

— У него появилась компания. Он стал уезжать все чаще и чаще и тебя с собой таскать.

— Великий магистр искал на материке книги, — возмущенно заявил Джаг. — Он узнавал о небольших библиотеках и собраниях, оставшихся после Переворота, из дневников и записей, что хранились в Библиотеке. Не все они, разумеется, оставались на указанном месте, но Великий магистр Фонарщик считал, что имело смысл идти на риск.

— Великий магистр и не только за этим ездил на материк. Когда его приятель-воришка…

— Брант, — машинально поправил его Джаг.

— Ну да. — Котспин отмахнулся от имени, будто оно не имело никакого значения. — Когда у его приятеля-вора возникли неприятности в каком-то далеком месте…

— На его родине. Он вступил в схватку с гоблинами, захватившими его наследственные земли. И с помощью Великого магистра Брант вернул себе эти земли.

— Что являлось зряшной тратой времени. Великий магистр должен был находиться здесь, в Библиотеке. Он слишком легкомысленно растрачивает свое время.

— Великий магистр таким образом закрепил отношения с новым союзником. С Брантом он дружил со времени их пребывания в горах Разбитой Наковальни, но когда тот вернул себе баронство, его люди тоже стали нашими друзьями.

— Что они знают про Хранилище Всех Известных Знаний?

— Нет. Великий магистр никогда не распространял эту информацию. — Вообще-то, Брант и еще кое-кто о существовании Библиотеки знали, но хранили это в строжайшей тайне.

— Тогда откуда ты знаешь, что они друзья Библиотеки?